Чтение онлайн

– Я Джианна, как и раньше, - зарычала пленница.
– Избавьте меня от фальшивой заботы, Глайниф.

Жрица заключила ее в объятия, и Джианна шепнула ей в ухо: - Кошмарная сука.

Глайниф в ответ прошептала: - Глупое дитя, - и посмотрела на Хедрана.
– Дело окончено.

– Может прыгнуть, - предостерег тот, указывая на воду.

– У нас тут стены со всех сторон, - спокойно отозвалась Глайниф.

Хедран склонил голову.
– Разумеется, Аббатиса.

Глайниф схватила руку Джианны костлявыми крепкими пальцами и втянула в середину свиты, все направились вдоль причала.
– Неужели ты искренне думала, что сможешь ускользнуть?
– сказала жрица с преувеличенной нежностью в голосе.

– Каждый день вдали от вас был полон радости, - ответила Джианна столь же медоточиво.

Глайниф лишь улыбнулась и крепче сжала хватку острых ногтей.

Настоятельница и эскорт поднялись по широким ступеням к пути в одно из крыльев огромного комплекса зданий Базилики Маэла. Здесь, отлично знала из горького опыта Джианна, находится Аббатство, жрицы коего хранят самые священные места храма, в том числе само Святилище Маэла. Глайниф провела ее через ряд прочных дверей к узкой лестнице, через полные охраны залы к палатам на верхнем этаже.

У двери аббатиса резко остановился Джианну и толкнула внутрь. Встав в проеме, Глайниф скрестила руки на груди, губы наконец изобразили презрительное недовольство.
– Приветствую Вас дома, о Верховная Жрица, - возгласила она торжественно и захлопнула дверь. Лязгнул замок.

Пережившие кораблекрушение показывались из ночной тьмы по одному. Подходили, привлеченные ревом костра из сухого плавника, что пылал на безлюдном берегу, среди камней и снега.

У костра сидели мужчина и женщина. Он - пожилой, нечесаные волосы и борода седы, шерстяная одежда насквозь промокла. Она - средних лет, в кожаном доспехе, длинный меч у бедра, густые темные волосы распущены по плечам; она сидела так близко от огня, что над доспехом поднимался пар.

Всего к ним подошли трое. Итак, пятеро выживших.

Женщина швырнула в костер камешек, вздыхая.
– Ну ладно. Обдумаем.

Самый крупный среди них, гигант с густой кустистой бородой, в промокшем кожаном костюме, огляделся и прогудел: - Ваш северный рейд прошел не особо удачно, капитан.

Женщина в коже подняла глаза к ночному небу, протяжно выдохнув: - Да уж.

По бокам гиганта сидели двое, мужчина и женщина, молодые, одинаково крепкие и почти неотличимые на лицо, с одинаково коротко стрижеными каштановыми волосами. Костюмы близнецов были почти черными.
– И что теперь, Хесса?
– сказал парень, озираясь на свинцовые волны.

– Теперь сохнем. Отдыхаем. Подбираем что сумеем.

– Нет, - бросила его сестра, - что теперь?

Капитан Хесса провела рукой по почти высохшим волосам, снова вздыхая.
– Поймем наутро.

Они бросили в костер больше дров. Утро застало всех сухими, хотя утомленными - спать среди холодных валунов было неудобно, да и голод давал о себе знать. Хесса велела близнецам, Хайду и Айел, прочесать берег в поисках пищи, Корбина - лучшего после нее самой бойца - отправила на разведку вглубь суши. Сама отправилась с Турнажином, корабельным магом, искать в полосе прибоя любые полезные вещи.

Они вытащили канаты и парусину, сняли вещи с тел троих погибших членов команды, навалили над покойными груду камней. Хесса затихла, стоя над неприметной могилой.

Вскоре они обнаружили две бочки солонины, приз дня. Выложили куски конины на камень, чтобы повялить на ветру и солнце.

Наконец Турнажин сказал: - Идея была хорошая, Хесса.

– Какая?
– ответила она рассеянно, явно обдумывая что-то другое.

– Идти на север. Бежать. Фаларийцы нас не приняли бы, уверен. Шхуна была хорошим суденышком.

Она кивнула, рассматривая куски мяса, надеясь, что они высохнут быстрее, чем протухнут.
– Ага, - сказал она вскоре.
– Не остается места для свободных дельцов, как мы. Треклятые малазане хватают всех.
– Покачала головой.
– Я не склоню колени перед каким-то тенеплётом, колдунишкой, не знающим моря... Эй, я не в обиду.

Турнажин чуть заметно улыбнулся.
– Мой талант - Тень, верно. Но я никому не служу. Мы, маги, народ разобщенный. Особенно маги Меанаса. К том же для меня это не главное призвание. Я скорее ученый, философ.
– Он поморщился, разгибаясь.
– Если у него нет времени философствовать - я считаю, что должен потрудиться за двоих.

Хесса кивнула.
– Я заметила, что ты мало когда призываешь силу и так далее. И уже удивляюсь... затем ты пошел служить на корабль?

Он снова улыбнулся, хотя не особо весело.
– Много времени, чтобы думать.

Морские птицы собирались вокруг; они бросали заинтересованные взгляды на пищу, она следила за ними.
– И за всё время, - продолжила капитан, не меняя позиции, - ты ничего не предвидел?

– Я не пророк. Если бы попытался смотреть, не заметил бы ничего особенного. Оттенки. Чем темнее, тем хуже.

– И что ты видишь впереди?

– Нечто очень темное, - тихо сказал маг.
– Саму тьму.

Хесса искоса поглядела на мага: он оперся подбородком о посох, взор улетел куда-то вдаль, в восточные просторы суши. И вдруг вскочил, воздев посох, крича: - Пошли прочь, проклятые!

Хесса помахала куском парусины на обнаглевших птиц, а те щелкали клювами и верещали на людей.

К вечеру они снова разложили огонь, нанизали мясо на прутья, чтобы закоптить, и сели ждать остальных. Почва зашевелилась под ногами, словно проснулась в удивлении; камни падали, лязгая. Она тревожно поглядела в глаза Турнажину.
– Бёрн ворочается.

– Так говорят, - согласился Турнажин.
– Последнее время она поистине беспокойна.

Близнецы показались первыми, они шли вдоль берега, глядя на валуны. Хайд казался весьма бледным и больным.

– Что с тобой?
– спросила Хесса.

Хайд схватился за живот, скривил губы: - Съел что нашел.

– И блевал как бешеный пес, - радостно подхватила Айел.
– Было смешно.

– И что ты ел?
– озабоченно спросил Турнажин.

Парень пожал плечами.
– Не знаю. Что-то уродливое и мокрое.

– Ты его сварил?
– сказал маг.

Близнецы поглядели на него, как на идиота.
– И как, во имя Худа, мы могли это сделать?
– воскликнула Айел.

– Находишь впадину. Наливаешь свежей воды и кидаешь горячие камни.

Хесса кивнула себе, поразившись таким практическим умениям.

Айел презрительно засмеялась: - И где мы бы нашли свежую воду?

– Из снега.

Коренастая женщина растеряла апломб.
– О. И не подумала.

– Кстати, - вмешалась Хесса, - вы нашли хоть что-то полезное?