Чтение онлайн

– Я, конечно, впечатлен, что мне довелось общаться с самим мистером Гаунтом… – произнес Огден осторожно, все еще оставаясь на своем месте.

– Вот именно! – крикнул Гаунт.

На мгновение Гарри показалось, что он делает неприличный жест рукой, но тут же понял, что Гаунт просто показывает Огдену уродливое кольцо с черным камнем, которое он носил на среднем пальце.

– Видишь это? Видишь? Знаешь, что это? Знаешь, откуда взялось? Века оно хранилось в нашем семействе, подтверждая нашу чистокровность! Знаешь, сколько мне за него предлагали?

– Даже не представляю… – мигая сказал Огден, так как кольцо только что промелькнуло в дюйме от его носа. – И это не имеет значение. Ваш сын предал…

С воем Гаунт подбежал к своей дочери. Доли секунды Гарри думал, что он собирается ее душить – руки Гаунта потянулись к ее горлу. В следующее мгновение он тянул Мероуп к Огдену за золотую цепь, висевшей на ее шее.

– Видишь это? – ревел он, размахивая золотым медальоном перед Огденом, в то время как Мероуп шипела, задыхаясь.

– Я вижу, вижу! – поспешно произнес Огден.

– Слизерин! – вопил Гаунт. – Салазар Слизерин! Мы – его последние потомки, что ты на это скажешь?

– Мистер Гаунт, ваша дочь… – сказал с тревогой Огден, но Гаунт уже отпустил Мероуп. Она отбежала подальше от отца, потирая шею и судорожно хватая ртом воздух.

– Ну, – произнес Гаунт таким тоном, будто достиг очень важной точки в споре. – А вы говорите с нами так, словно мы – грязь на ваших ботинках! Поколения чистокровных волшебников – все, я уверен, даже больше, чем вы можете себе представить! – Морфин вновь закудахтал.

– Мистер Гаунт, – упорно продолжил Огден. – Боюсь, что ни ваши ни мои предки здесь ни при чем. Я здесь из-за Морфина, Морфина и маггла, с которым он общался вчера поздно вечером. Нам известно, – Огден опустил глаза к пергаменту. – Что Морфин наложил заклинание или проклятие на вышеуказанного маггла, увешав его осиными ульями.

Морфин хихикал.

– Тихо, мой мальчик, – прошипел Гаунт на змеином языке, и Морфин вновь затих. – Я считаю, что вы оправдываете виновного маггла.

– Вы же в это не верите, мистер Гаунт? Это было беспричинное нападение на беззащитного.

– Ха, я сразу понял, что вы – любитель магглов, – глумился Гаунт.

– Это обсуждение ни к чему нас не приведет, – твердо заметил Огден. – Судя по всему, ваш сын абсолютно не раскаивается в содеянном. – Он вновь заглянул в свой пергамент. – Дело Морфина будет рассматриваться четырнадцатого сентября. Он ответит за использование волшебства перед магглом и нанесение ему вреда. К тому же, этот самый маггл… – Огден прервался. Звон, стук копыт и громкий смех донеслись сквозь открытое окно. Очевидно, деревенский проулок находился очень близко к роще, где стоял дом.

Гаунт замер, прислушиваясь. Его глаза расширились. Морфин зашипел и обернулся. Мероуп подняла голову. Гарри заметил, что ее лицо побледнело.

– Какое безобразие! – раздался девичий голос так громко, будто его обладательница стояла совсем рядом. – Разве твой отец не мог снести эту лачугу, Том?

– Она не относится к нашим владениям, – послышался голос молодого человека. – Все по ту сторону долины принадлежит нам, но этот дом принадлежит старому бродяге по имени Гаунт и его детям. Его сын сумасшедший. Ты, должно быть, слышала истории, которые рассказывают в деревне…

Девушка рассмеялась. Звуки становились все громче и громче. Морфин попытался встать из кресла.

– Сиди, – одернул его отец.

– Том! – вновь раздался голос девушки. – Может быть, я ошибаюсь, но, мне кажется, кто-то прибил змею к тем дверям!

– О Боже, ты права! – ответил молодой человек. – Я же говорил – это сын, у него не все в порядке с головой. Не смотри туда, Сесилия, любимая.

– Любимая… – прошептал Морфин на змеином языке. – Любимая. Что ж, он все равно никогда не стал бы твоим.

Мероуп была такой бледной, что даже Гарри почувствовал ее слабость.

– О чем ты? – резко спросил Гаунт, переводя взгляд от сына к дочери. – Что ты сказал, Морфин?

– Ей нравится наблюдать за этим магглом, – сказал Морфин, довольно глядя на испуганную сестру. – В саду, через ограду, всегда, когда он проходит, не так ли? И вчера вечером…

Мероуп умоляюще посмотрела на брата, но Морфин безжалостно продолжил:

– Высовывалась из окна, чтобы посмотреть, как он возвращается домой, ведь так?

– Высовывалась из окна? – переспросил Гаунт спокойно. Все трое Гаунтов, казалось, забыли об Огдене, который выглядел изумленным и вздрагивал при каждом всплеске этого непонятного шипения.

– Это правда? – спросил Гаунт, делая шаг или два к перепуганной девушке. – Моя дочь, чистокровная наследница Салазара Слизерина, и грязный маггл?!

Мероуп отчаянно трясла головой и еще сильнее прижималась к стене, очевидно, не находя, что ответить.

– Но я проучил его, отец! – кудахтал Морфин. – Я проучил его, и он выглядел совсем не таким красавцем, весь облепленный пчелами, да, Мероуп?

– Ты – отвратительное создание, маленькая предательница! – взревел Гаунт, теряя контроль над собой, и его руки потянулись к горлу дочери.

– Нет! – закричали одновременно и Гарри и Огден. В то же время Огден поднял палочку и закричал: – Реласкио! – Гаунт отлетел от дочери, зацепился за стул и рухнул на спину. С гневным ревом Морфин выпрыгнул из своего кресла и бросился к Огдену, размахивая ножом и беспорядочно выкрикивая проклятия. Огден вынужден был бежать, спасая свою жизнь. Дамблдор приказал следовать за ним, и Гарри повиновался. Крики Мероуп эхом отзывались в его ушах. Огден пронесся по тропинке и выбежал на дорогу, наткнувшись на каштанового цвета лошадь, на которой ехал очень красивый темноволосый юноша. И он, и его симпатичная спутница, едущая рядом на серой лошади, рассмеялись при виде Огдена, который, отпрыгнув с пути лошади, вновь продемонстрировал им подол своего покрытого пылью пальто.

– Я думаю, этого достаточно, Гарри, – произнес Дамблдор, хватая его за локоть. В следующий момент они воспарили в невесомость в кромешной тьме и вдруг снова оказались на ногах в полумраке кабинета Дамблдора.

– Что затем случилось с девушкой? – спросил Гарри, как только Дамблдор зажег дополнительные лампы движением своей палочки. – Мероуп, или как там ее звали?

– О, она осталась в живых, – сказал Дамблдор, занимая место за своим столом и жестом указывая Гарри на стул. – Огден отправился в Министерство и уже через пятнадцать минут прибыл с подкреплением. Морфин и его отец пытались сопротивляться, но были схвачены и осуждены. Морфин, ранее уже нападавший на магглов, был приговорен к трем годам заточения в Азкабане. Марволо, который нанес повреждения нескольким сотрудникам Министерства, сопровождавшим Огдена, получил шесть месяцев.