Чтение онлайн

– Но с другой стороны, кто-то мог попытаться скомпрометировать Найджела Чэпмена из чувства мести.

– Возможно, и так.

– У него есть недоброжелатели?

– О да. Во-первых, Джин Томлинсон. И Лен Бейт-сон, с ним он тоже частенько цапается.

– Каким образом, по вашему мнению, Силии Остин могли подсыпать морфий?

– Я долго ломала голову. Конечно, сначала я подумала, что его подсыпали в кофе, это как бы самоочевидно. Мы все толклись в гостиной, Силия поставила чашку на маленький столик, рядом с собой; она всегда ждала, пока кофе остынет, пила почти холодный. Наверное, человек с железными нервами мог улучить момент и бросить таблетку, хотя это было страшно рискованно. Его могли застукать.

– Морфий был не в таблетках, - сказал инспектор Шарп.

– Да? А в чем? В порошке?

– В порошке. Вэлери нахмурилась.

– Тогда это вообще маловероятно.

– А куда, кроме кофе, могли подсыпать яд?

– Иногда она перед сном пила горячее молоко. Но в тот вечер.., по-моему, нет.

– Вы не расскажете подробнее, что произошло тогда в гостиной?

– Ну, мы сидели, разговаривали. Кто-то включил радио. Мальчики почти все ушли. Силия пошла спать очень рано, и Джин Томлинсон тоже. А мы с Салли засиделись допоздна. Я писала письма, Салли что-то зубрила. По-моему, я отправилась спать позже всех.

– Вечер был самый обычный, да?

– Ничего особенного, инспектор.

– Благодарю вас, мисс Хобхауз. Вы не пригласите сюда мисс Лейн?

Патрисия Лейн волновалась, но не слишком. Ничего принципиально нового она не сообщила. На вопрос Шарпа о конспектах Элизабет Джонстон Патрисия ответила, что это, конечно, сделала Силия.

– Однако она горячо это отрицала, мисс Лейн.

– Ну, конечно, отрицала, - сказала Патрисия.
– Наверняка ей было стыдно. Но разве это не вписывается в общую картину - учитывая все остальное?

– Знаете, я лично пока не вижу никакой общей картины, мисс Лейн.

– Я надеюсь, - покраснев, произнесла Патрисия, - что вы не подозреваете Найджела. Конечно, чернила были его, но это полнейший абсурд! Если на то пошло, он бы воспользовался тогда обычными синими чернилами, верно? И вообще он не виноват.

– Но у него же случались конфликты с мисс Джон-стон?

– О, Элизабет бывала порою просто несносной, но он не обижался.
– Патрисия Лейн даже подалась вперед и горячо произнесла:

– Я хочу вам кое-что объяснить про Найджела Чэпмена. Понимаете, он сам свой злейший враг. Он производит впечатление тяжелого человека и многих настраивает против себя. Он груб, язвителен, любит насмешничать, а людей это задевает, и они начинают к нему плохо относиться. Но на самом деле он другой. Он застенчивый, несчастный. Он очень хочет, чтобы его любили, но из чувства противоречия все делает себе во вред.

– Угу, - сказал инспектор Шарп, - ну просто бедняга.

– Но такие люди ничего не могут с собой поделать. Это все из-за неблагополучного детства. Дома ему жилось несладко. Отец у него - человек грубый, суровый, он никогда не понимал Найджела. И ужасно обращался с его матерью. После ее смерти они вконец рассорились; Найджел ушел из дому, и отец заявил, что не даст ему больше ни пенса, пускай сам перебивается как может. Найджел сказал, что ему от него ничего не нужно, и он не примет его помощи, даже если отец сам будет ему ее предлагать. Мать завещала ему небольшую сумму денег, и после ее смерти он не писал отцу и не пытался с ним увидеться. Конечно, очень грустно, что у них все так сложилось, но вообще-то его отец неприятный человек. Не сомневаюсь, что все озлобление и неуживчивость Найджела из-за его отношений с отцом. После смерти матери о нем никто не заботился. К тому же у него не очень крепкое здоровье, хотя его интеллекту можно только позавидовать. Он.., он обделен судьбой, и поэтому ожесточился, а в душе он совсем другой.

Патрисия Лейн закончила свой долгий, страстный монолог. Щеки ее пылали, дыхание прерывалось. Инспектор Шарп задумчиво смотрел на нее. Ему не раз приходилось сталкиваться с такими девушками. "Она по уши в него влюблена, подумал он.
– А он на нее плюет, но, видно, не против, когда с ним нянчатся. Папаша у парня, конечно, не сахар, но и мать тоже хороша, испортила сына безмерной любовью, тем самым еще больше усугубила конфликт с отцом. Все это старая песня... А вдруг Найджелу Чэпмену нравилась Силия Остин? Вряд ли, конечно... Но вдруг? Патрисия Лейн, вероятно, очень бы страдала, - рассуждал инспектор.
– Но неужели настолько, чтобы так жестоко ей отомстить? Убить. Наверняка нет.., тем более что после помолвки Силии с Колином Макнаббом этот мотив явно отпадал". Он отпустил Патрисию Лейн и вызвал Джин Томлинсон.

Глава 10

Мисс Томлинсон оказалась сурового вида молодой женщиной двадцати семи лет, блондинкой, с правильными чертами лица и поджатыми тонкими губами. Она села и сухо произнесла:

– Я вас слушаю, инспектор. Что вам угодно?

– Что вы можете сообщить о трагедии, разыгравшейся в общежитии?

– Это ужасно. Просто ужасно, - сказала Джин.
– Предположение о самоубийстве Силии само по себе страшно, а теперь, когда подозревают убийство...
– Она умолкла и скорбно покачала головой.

– Мы абсолютно уверены, что ее отравили, - сказал Шарп.
– Как вы думаете, где мог убийца взять яд?

– Наверное, в больнице Святой Екатерины, где она работала. Но тогда это больше похоже на самоубийство.

– Убийца на это и рассчитывал, - сказал инспектор.

– Но кто, кроме Силии, мог взять яд?

– Очень многие, - сказал инспектор.
– Надо было лишь задаться такой целью. Даже вы, мисс Томлинсон, могли бы заполучить его, если бы захотели.

– Как вы смеете, инспектор!
– Джин задохнулась от возмущения.

– Но ведь вы частенько захаживали в аптеку, мисс Томлинсон?

– Я ходила повидаться с Милдред Кейри. А вы что думаете, я ходила туда воровать яды?

– Но если бы захотели, вы могли бы?

– Я не могла бы сделать ничего подобного!

– Не надо, не горячитесь, мисс Томлинсон. Допустим, что ваша подруга расфасовывает лекарства для больных, а другая девушка стоит у окошечка и занимается клиентами. Ведь в аптеке нередко бывает только два фармацевта. И значит, вы можете незаметно проскользнуть за шкаф, который перегораживает комнату, тихонько взять флакончик и положить его в карман. Аптекарям даже в голову не придет вас заподозрить.

– Мне очень обидно все это выслушивать, инспектор Шарп. Это.., это непристойное обвинение!

– Но я вас не обвиняю, мисс Томлинсон. Ни в коем случае. Вы меня не правильно поняли. Просто вы сказали, что это сделать невозможно, а я вам говорю - возможно. Но я вовсе не утверждаю, что в действительности так оно и было. Сами посудите, - добавил он, - какие у меня на то основания?

– Вот именно. Вы, наверное, не знаете, но мы с Силией были подругами.

– Масса отравителей дружила со своими жертвами. Помните пресловутый вопрос: "Когда твой друг тебе недруг?"

– Но между нами не было размолвок. Я очень любила Силию.

– Вы подозревали ее в происходивших кражах?

– О нет, что вы! Я была потрясена. Я всегда считала ее высоконравственной девушкой. Я и представить себе не могла, что она на такое способна...

– Но клептомания, - сказал Шарп, пристально глядя на Джин, - это болезнь.

Джин еще больше поджала губы. Потом процедила:

– Не могу сказать, что разделяю ваше мнение, инспектор. Я придерживаюсь старомодных взглядов и считаю, что воровство - это воровство.