Чтение онлайн

– Я говорю вполне серьезно. Это ваших рук дело?

– Естественно, нет. Конечно, приятно бывает позлить публику, но на подобную пакость я не способен.., тем более по отношению к Черной Бесс, которая никогда не лезет в чужие дела, не в пример некоторым, не будем показывать пальцем. Хотел бы я знать, где мои чернила? Я как раз вчера вечером заправлял ручку. Обычно я ставлю их сюда.
– Он встал и подошел к полке.
– Ага, вот они.
– Найджел взял в руки пузырек и присвистнул.
– Вы правы. Туг осталось на донышке, а ведь вчера пузырек был почти полный.

Девушка в плаще тихонько ахнула:

– О Господи! Какая неприятность!

Найджел повернулся к ней и обвиняюще произнес:

– У тебя есть алиби, Силия? Девушка опять ахнула:

– А почему я? И вообще, я целый день была в больнице и не могла...

– Перестаньте, Найджел, - вмешалась миссис Хаббард.
– Не дразните Силию.

– Не понимаю, почему вы прицепились к Найджелу?
– рассердилась Патрисия Лейн.
– Только потому, что конспекты залили его чернилами?

– Давай, защищай малыша!
– ехидно вставила Вэлери.

– Но это вопиющая несправедливость...

– Честное слово, я тут абсолютно ни при чем, всерьез оправдывалась Силия.

– Да никто тебя и не подозревает, детка, - раздраженно перебила ее Вэлери.
– Но как бы там ни было, - она обменялась взглядом с миссис Хаббард, - все это зашло слишком далеко. Надо что-то делать.

– Надо что-то делать, - мрачно подтвердила миссис Хаббард.

Глава 4

– Взгляните, мосье Пуаро.
– Мисс Лемон положила перед ним небольшой коричневый сверток. Он развернул его и оценивающе оглядел изящную серебряную туфельку.

– Она была в бюро находок на Бейкер-стрит, как вы и предполагали.

– Это облегчает дело, - сказал Пуаро, - и подтверждает кое-какие мои догадки.

– Безусловно, - вежливо отозвалась мисс Лемон, не проявляя, как всегда, ни малейшего любопытства.

Но зато родственных чувств она лишена не была и поэтому попросила:

– Мосье Пуаро, пожалуйста, если вас не затруднит, прочитайте письмо моей сестры. У нее есть кое-какие новости.

– Где оно?

Мисс Лемон протянула ему конверт. Дочитав последнюю строчку, он тут же велел ей связаться с сестрой по телефону. Как только миссис Хаббард ответила, Пуаро взял трубку.

– Миссис Хаббард?

– Да, это я, мосье Пуаро. Я вам очень благодарна за то, что вы так быстро позвонили. Я была ужасно...

– Откуда вы говорите?
– прервал ее Пуаро.

– Как откуда? Из общежития... Ах, ну конечно, понимаю... Я у себя в гостиной.

– У вас спаренный телефон?

– Да, но в основном все пользуются телефоном в холле.

– Нас могут подслушать?

– Никого из студентов сейчас нет. Кухарка пошла в магазин. Джеронимо, ее муж, очень плохо понимает по-английски. Правда, есть еще уборщица, но она туговата на ухо и наверняка не станет подслушивать.

– Прекрасно. Значит, я могу говорить свободно. У вас бывают по вечерам лекции или кино? Ну, словом, какие-нибудь развлечения?

– Иногда мы устраиваем лекции. Недавно к нам приходила мисс Бэлтраут, показывала цветные слайды. Еще есть заявка на лекцию от Дальневосточной Миссии, хотя, боюсь, многих студентов не будет сегодня дома.

– Ага. Значит, так: сегодня вечером вы устроите лекцию мосье Эркюля Пуаро, шефа вашей сестры. Он расскажет о наиболее интересных преступлениях, которые ему довелось расследовать.

– Это, конечно, весьма интересно, но неужели вы думаете...

– Я не думаю, я уверен!

Вечером, придя в гостиную, студенты увидели на доске возле двери объявление:

МОСЬЕ ЭРКЮЛЬ ПУАРО,

Знаменитый частный детектив, любезно согласился прочитать сегодня лекцию о теории и практике расследования преступлений. Мосье Пуаро расскажет о наиболее интересных делах, которые ему пришлось вести

Реакция студентов была самой различной. Со всех сторон раздавались реплики:

– Никогда о нем не слышал...

– Ах, постойте-постойте, я что-то слыхал.., да-да, мне рассказывали про одного малого, которого приговорили к смертной казни за убийство уборщицы, и вроде бы этот детектив в самый последний момент его спас - нашел настоящего убийцу..."

– Зачем нам это?..

– А по-моему, очень даже забавно...

– Колин, наверно, будет в восторге. Он помешан на психологии преступников...

– Ну, я бы этого не сказал, но все равно интересно побеседовать с человеком, который непосредственно имел дело с преступниками.

Ужин был назначен на половину восьмого, и, когда миссис Хаббард вышла из своей гостиной (где она угощала почтенного гостя хересом в сопровождении невысокого человека средних лет с подозрительно черными волосами и свирепыми усами, которые он то и дело подкручивал с довольным видом, большинство студентов уже сидело за столом.

– Вот наши питомцы, мосье Пуаро. Хочу вам представить, ребята, мосье Эркюля Пуаро, который любезно согласился побеседовать с нами после ужина.

После обмена приветствиями Пуаро сел на место, указанное ему миссис Хаббард, и, казалось, был обеспокоен только тем, чтобы не замочить усы в превосходном итальянском супе минестроне <Минестроне (ит.) - суп из овощей.>, поданном маленьким шустрым слугой-итальянцем.

Потом принесли обжигающие спагетти с фрикадельками, и тут девушка, сидевшая справа от Пуаро, робко спросила:

– А правда, что сестра миссис Хаббард работает у вас? Пуаро повернулся к ней:

– Совершенно верно. Мисс Лемон уже много лет работает у меня секретарем. Лучшего мастера своего дела я не встречал. Я даже немного ее побаиваюсь.

– Понятно. А я думала...

– Что вы думали, мадемуазель?

Он отечески улыбнулся, мысленно давая ей краткую характеристику: хорошенькая, чем-то озабочена, не очень сообразительна, напугана...

Он спросил:

– Можно узнать, как вас зовут и где вы учитесь?

– Меня зовут Силия Остин. Я не учусь, а работаю фармацевтом в больнице Святой Екатерины.

– Интересная работа?

– Не знаю... Вообще-то интересная...
– Голосок ее звучал не очень уверенно.

– А чем занимаются остальные молодые люди? Мне бы хотелось побольше узнать о них. Я думал, что здесь живут в основном иностранные студенты, но, оказывается, англичан гораздо больше.

– Некоторых иностранцев сейчас нет, например, мистера Чандры Лала и Гопала Рама, - они из Индии... Да! Еще не видно мисс Рейнйеер, она голландка, и мистера Ахмеда Али, он египтянин и помешан на политике.