Холодный кофе, или Новая жизнь Офелии Коулман
Шрифт:
Мы шли до сестринства пешком, и я растирала замерзшие руки. Определенно, пришла пора достать из шкафа верхнюю одежду.
– Я смогла пережить это на трезвую голову, – ответила я, закатывая глаза.
В коммуне мы пожелали друг другу спокойной ночи, измотанные и сонные, и разбрелись по комнатам.
Я вошла в свою спальню и оцепенела: все стены были разрисованы красным, а над кроватью огромными буквами написали: «Держись от него подальше». На вещи кто-то вылил литр ярких красок. Сломали жалюзи и перевернули кровать. Я сразу поняла, чьих это рук дело, только вот как они пробрались в наш запертый дом? Окно вновь стало незащищенным и слишком большим для такой маленькой комнаты. Теперь я снова была у Беннета как на ладони. О сумме, которую придется потратить, чтобы сделать ремонт и восстановить гардероб, страшно было представить. Зато теперь месть не казалась таким уж детским порывом.
Перешагнув через разбросанные вещи, я присмотрелась к окну Реймонда. То, что я увидела, уничтожило остатки надежды. К подоконнику подошла Тиана, ее коротенькое коктейльное платье, едва прикрывающее задницу, сверкало в слабом свете настольной лампы. Реймонда не было видно, зато эта стерва взглянула прямо на меня и с наглой ухмылкой резким движением сомкнула шторы, и комната исчезла во мраке. Представив, как, вероятно, прямо сейчас эта светловолосая курица касается Реймонда, я несколько раз моргнула и выбежала в коридор. Почти скатившись по лестнице, я подскочила к спальне Брианны.
– Бри, я войду? – Я с силой стукнула по двери.
– Что стряслось? – Бри тут же вылетела мне навстречу, завязывая на себе халат.
Я молча привела ее в свою разгромленную спальню.
– Охренеть, вот это ты им насолила. – Бри оглядела изрисованные стены. – Странно, что не сработала система безопасности. Ладно, пойдем ко мне. Завтра переселим тебя в другую комнату, пока в этой ремонт не закончим.
7
Я проснулась, когда Брианна уже ушла. В ее комнате царил сумрак, несмотря на то, что уже пробило час дня – свет снаружи перекрывал толстый ствол клена. Аштон должен был зайти через два часа, так что я решила не набивать желудок перед походом в ресторан и сразу начала собираться. Кудри со вчерашнего дня превратились в гнездо, пришлось вновь мыть голову. Выйдя из ванной, я попыталась найти вещи, не пострадавшие от краски, и выудила затасканные широкие джинсы и черный топ без бретелей. Нацепив кеды, я спустилась из своей разрушенной спальни, в которой уже орудовали мастера и маляры, прямиком в комнату отдыха, где собрались девчонки.
– Вы проверили систему безопасности? – спросила я.
– Да, был введен код. Скорее всего, они его пронюхали. Так что нам уже поставили новый, – ответила Дори и протянула мне лист с новыми цифрами. Я сохранила их в заметках телефона. – Все в порядке? Ты сильно расстроена?
– Плевать я на них хотела, – равнодушно ответила я.
– Если тебе понадобится одежда, обращайся. Думаю, у нас с тобой один размер, – дружелюбно предложила Ирма. – Но, знаешь, может, тебе не конфликтовать с этими выскочками? Не хочется, чтобы страдало сестринство.
– Спасибо за предложение, если что обращусь. А конфликтов у нас и нет. Если не считать моей пьяной выходки, я стараюсь их избегать, и, поверь, для меня это тяжелое испытание.
– Ты уходишь? – спросила Бри, когда вошла в гостиную, хитро улыбаясь.
– А, да, Аштон пригласил меня в кафе, – призналась я и отвела глаза.
– У-у-у-у-у! – протянули девочки.
– Мрачная Офелия Коулман, которой «никакие парни не нужны и неинтересны», идет на свидание! – нараспев протянула Лайла.
– Это не свидание!
В дверь позвонили.
– Это Аштон? – воскликнули Викки и Камми. Близняшки штопали чирлидерские костюмы, сидя в одинаковых позах на диване.
– Все, пока, не скучайте!
Аштон приветливо улыбнулся и поправил воротник горчичного пальто. Из-под него выглядывало белое поло, на ногах – белые джинсы. По сравнению с Холлом я была одета безвкусно, зато удобно.
– Привет!
Аштон протянул руку, я машинально подала свою, но, когда он коснулся ее губами, немного смутилась. Со мной никогда не обращались по-джентльменски. Да я и не танцевала ни разу до вчерашнего вечера, меня лишь изредка дубасили на тренировках и подбадривали матерными словами. Вот и весь мой опыт взаимодействия с мужчинами. Меня находили хорошим другом и слушателем, но точно не леди. И раз уж мне удалось вырваться из неблагополучного района Филадельфии, нужно было работать над собой, чтобы хоть немного соответствовать Принстону. Так что я скромно улыбнулась в ответ и элегантно вернула свою руку на место.
– Прекрасно выглядишь, – явно соврал Аштон, учитывая мой наряд.
– Спасибо, – испытывая неловкость, ответила я. – Ух, похолодало, оказывается! Я сейчас схожу за курткой и вернусь.
– Конечно, – кивнул он и нажал на кнопку автозапуска автомобиля.
Я возвратилась уже через минуту, на ходу застегивая косуху.
– Пойдем!
Аштон всю дорогу рассказывал о том, как учился на первом курсе, что ему пришлось испытать, и упомянул, что, оказывается, недавно пробовался на роль Гамлета. Я поделилась тем, что проходила пробы на роль Офелии, и он выразил надежду, что нас возьмут и мы с ним составим отличный тандем.
– А тебе могут отказать? – удивилась я.
– Думаешь, я всех купил? – с хитрым прищуром спросил Аштон, и я чуть было не ответила «да».
– Думаю, тебя возьмут, – подметила я и лукаво улыбнулась.
– В Центре искусств довольно консервативные сотрудники, им важно, чтобы в постановках участвовали в первую очередь талантливые студенты. А не богатые.
– Как скажешь, – смиренно кивнула я, когда мы подъехали к ресторану.
Мы шли умеренным шагом, не замечая прохожих, вдыхая ароматы принстонского парка. Я надеялась, что встреча с Аштоном поможет мне узнать побольше об их с Реймондом прошлом и о том, что происходит сейчас. Как бы я ни злилась на Беннета, мне было до смерти любопытно, во что он ввязался. Из подслушанных обрывков его разговоров невозможно было сложить цельную картину.
В ресторане, в который меня привел Аштон, аппетитно пахло говядиной и восточными специями. Я заказала себе лапшу, а Аштон жареную острую курицу с рисом. Нас разместили в уютном уголке рядом с подоконником, на котором стояла статуэтка машущего лапой кота.
– Сколько раз в неделю ходишь на свидания? – спросила я, вытирая губы салфеткой.
– Я бы сказал, что это впервые за два месяца, – ответил мой собеседник и коварно ухмыльнулся. Конечно, я не поверила.
– Почему ты позвал меня? – Я решила спросить прямо.
– Все очень просто – мне интересно узнать тебя поближе. Скажем так, мне нравится неординарность. – Аштон искренне улыбнулся и поправил светлые волосы. – С той самой подножки. Ты стояла с таким гордым лицом, будто опустила меня головой в унитаз, хотя я так и не понял причины твоего поступка.
– Все очень просто – ты выглядел до ужаса самодовольным, – парировала я с набитым ртом. – Знаю, я поступила по-детски, но не смогла удержаться.
– Вот оно как! Обидно, вообще-то. Ты всегда такая прямолинейная? – Аштон отпил холодный чай, позвякивая льдом. – Мне нравится, что у тебя есть свое непредвзятое мнение, что ты не обладаешь стадным чувством. То, что ты оказалась в коммуне Брианны, а не в «Дзете», уже многое объясняет. Все девушки, что окружают меня, преследуют свои цели: деньги, секс, популярность. Так уж заведено в обществе, что сейчас невинность не в моде, как и самодостаточность или независимость. Хотя, наверное, люди всегда и во всем искали выгоду.