Чтение онлайн

Перед уходом я заметил, как Шайнер пытается клеиться к одной из девушек, с которыми обычно крутится Бэйн. Тот моментально переключился на них – а значит, мой план сработал как надо.

Джеммы нигде не было видно в общей зоне – и это потому, что она находилась в художественной студии. Меня это вполне устраивало, тем более что Бэйн сейчас был у нас под наблюдением.

Последние несколько вечеров наших занятий были напряженными. Помимо редких колкостей с её стороны о том, что мне «пора бы уже делать домашку, чтобы Комитет поверил в её полезность как репетитора», да моих собственных горящих взглядов (которые она, уверен, даже не замечала), мы в основном держались каждый в своей стороне. Чувствовал, что она всё ещё злится из–за моего отказа рассказывать о Бэйне, но так было лучше.

Кейд, Брентли и Шайнер выложились по полной, не спуская глаз с Бэйна после того прокола во вторник. С тех пор он ни разу не покидал территорию школы, хотя раньше делал это регулярно.

В ту ночь Бэйн явно дразнил нас, будто знал, что за ним следят. Я давно подозревал, что он начинает нервничать, и вторник это подтвердил. Когда Кейд увёл Джемму, в библиотеке не оказалось ни души. Мы обыскали каждый тёмный угол – ни единой страницы не было сдвинуто с места. А потом Бэйн внезапно объявился в своём общежитии, будто никуда и не исчезал. Чудо, что в ту ночь никто из нас не попался дежурным преподавателям, рыскавшим по коридорам.

Сбросив с плеч груз тревоги, я бесшумно поднялся по лестнице и замер перед дверью Бэйна. Оказаться внутри было делом пары секунд – у меня же был мастер–ключ.

Ну, почти мастер–ключ.

Точнее, копия, которую я сделал в первую неделю, стащив оригинал у дяди. Вряд ли он об этом догадывается.

Я знал, что он пригодится.

Всегда думай на шаг вперед, Исайя. Закрывай все дыры.

Горло сжалось, когда в голове всплыл очередной урок отца. Он вбивал в меня это правило, и хоть я ненавидел его больше всего на свете, следовал ему неукоснительно. У меня был запасной план на любой случай, кроме одного.

Стать наследником его бизнеса.

Не было «плана Б» для не превращения в Охотника. Потому что это означало бы подставить Джека. А Джек был моей красной линией.

Дверь щёлкнула за моей спиной. Зрение обострилось, слух напрягся.

Я не знал, что именно отец хотел, чтобы я нашёл. Вчерашний звонок был слишком загадочным, а переспрашивать я не мог. Предполагал, что это связано с поставками или продажами.

Телефон Бэйна, конечно, хранил бы больше ответов, но стащить его было куда сложнее. Так что поиски начинались с его комнаты.

Я перешагнул через груду одежды на полу и приподнял матрас, проверяя, нет ли в нем потайных вырезов для хранения. Подушки в руках оказались обычными – мягкими, воздушными, без подозрительных утолщений. В комоде лежали лишь боксеры, запасная форма и парочка повседневных вещей на выходные.

Отойдя от стола, я замер – в углу притаился полароид. Брови сами собой сдвинулись, пока я вертел камеру в руках. Странный выбор для Бэйна.

Положив её обратно, я продолжил обыск. Где–то здесь должно было быть то, что я искал. Отец не ошибался в таких вещах.

Я замер посреди комнаты, впитывая каждую деталь, пока взгляд не зацепился за книгу.

На столе в школе–пансионе книга – ничего необычного. Но эта стояла слишком ровно, прижатая к дальнему краю стола. Все корешки были выстроены как солдаты на параде – больше напоминали декоративные тома из богатой гостиной, а не потрёпанные учебники.

Палец медленно скользнул по корешку.

Вместо ожидаемой кожи или картона под подушечкой ощутился холодный пластик. Твёрдый, негнущийся. Когда я наклонил «книгу», вся конструкция подалась вперёд единым блоком, обнажая аккуратный вырез в стене.

Ну и идиот.

Я мгновенно пересмотрел мнение о Бэйне. Гений конспирации явно переоценил свои способности.

Лаз был не больше пары дюймов в ширину. Края гипсокартона неровно осыпались. Я просунул руку внутрь – и сразу нащупал фотографии.

Я листал снимки быстро, зная, что Бэйн может подняться в любой момент. Ребята должны были сразу написать, если он выйдет из общей зоны, но даже это не оставляло мне много времени на побег. Возможно, но впритык.

Первые несколько фотографий были с Джорни – без сюрпризов. Все знали о его одержимости ею. И хотя её смерть списали на несчастный случай, я был уверен: он замешан. Его алиби не внушало доверия, но раз никто не сомневался в версии о самоубийстве, то и копать не стали.

А я копал.

Именно поэтому не хотел оставлять Джемму одну – особенно после прямых угроз Бэйна.

Отбросив в сторону фото Джорни (явно сделанные без её ведома), я наткнулся на снимок мисс Гленбург. Зубы сжались сами собой.

Не из–за ревности – судя по фото, она ублажала не только меня, но и Бэйна. Её грудь выпирала из кружевного бюстгальтера, а губы, подведенные красной помадой, обхватили его палец. Мне было плевать на их похотливую связь.

Но следующее фото заставило кровь ударить в виски.

Я стоял над ней, засунув руку под юбку.

Вот же ублюдок.

Так это Бэйн донёс Комитету.

Не то чтобы это стало неожиданностью – я давно подозревал, что он следит за мной, особенно после его слов Джемме. Но теперь, когда я убедился, что это он пытается вышвырнуть меня из Святой Марии, всё стало яснее.

Значит, он знает.

Знает, что я слежу за ним и докладываю отцу о его перемещениях. Но насколько далеко простирается его осведомлённость?

Отец для него – Карлайл Андервуд? Или Охотник?

Челюсть свело от того, как сильно я стиснул зубы. Эта находка означала одно: Бэйн знал слишком много.

Звонок отцу был неизбежен. Он должен узнать, что Бэйн раскрыл меня. Но что это будет означать для меня?

Для Джека?

Я сунул фотографию мисс Гленбург за следующую, стараясь не помять края, но когда взгляд упал на изображение передо мной, пальцы сжались сами собой.

Золотисто–каштановые волосы ниспадали по спине мягкими волнами, которые так и хотелось потрогать – просто чтобы убедиться, что они такие же шелковистые, какими кажутся. Она прикусила нижнюю губу, уставившись в экран ноутбука. Даже сквозь некачественную печать было видно, как свет монитора выхватывает идеальные скулы и...

Это что, Кейд рядом?

Так и есть.

Хватка стала железной, уголки снимка смялись в пальцах. Фото было сделано во вторник – после того, как я оставил Джемму с Кейдом в библиотеке, отправившись на поиски Бэйна.

Черт возьми.

Сердце застучало так сильно, что грудная клетка вибрировала. Резко встряхнув головой, я запихнул фотографии обратно в стену.

В кармане завибрировал телефон. Я грубо вернул фальшивую книгу на место и глянул на сообщение.