Чтение онлайн

– Джемма... – Исайя снова прошептал, притягивая меня вплотную к себе. – Нам стоит вернуться к костру.

Разочарование нахлынуло волной.

– Да... Ты прав.

Но мы не двинулись с места. Вместо этого пальцы Исайи заскользили быстрее. Длинный палец, до этого лишь едва касавшийся моего живота, теперь опустился так низко, что проник под пояс юбки и коснулся края трусиков.

Голова сама откинулась на его твёрдую грудь, где я ощутила бешеный ритм его сердца. Землистый аромат его одеколона смешался со звуками пары в нескольких шагах от нас, сводя меня с ума.

– Но разве... – я вздохнула, когда его вторая рука сжала моё бедро ещё сильнее, приковывая к месту, – разве директор не велел нам сегодня «быть обычными подростками»?

– Мм–хм. – Его торопливый шёпот разбудил что–то глубоко внутри.

Мне потребовались все силы, чтобы не развернуться и не прижать свои губы к его. Потому что именно этого жаждало моё тело. Оно требовало целовать его. Прикасаться. Позволить ему прикасаться ко мне.

– Разве это... – я вздохнула, когда его губы коснулись моей шеи, – нормально? Сбежать со школьного костра, чтобы...

– Чтобы заниматься очень–очень грязными вещами?

– Д–да...

Исайя притянул меня ещё сильнее, так что наши тела слились вплотную – между нами не осталось и места для дыхания.

– Нам нужно вернуться в школу, Джемма.

Но хриплый тон его голоса и бешеный стук сердца выдавали ложь. Он хотел остаться здесь не меньше, чем я. Мне же хотелось взять его руку и опустить её ниже – туда, где пульсировал тот самый чувствительный узел нервов. Это было спонтанное желание, взращенное тем, что он пробудил во мне в ту субботу.

– Ты правда хочешь вернуться? – Спросила я, затуманенным взглядом следя, как Шайнер ритмично двигает бёдрами, а девушка почти кричит его имя: «Боже, Шайнер, не останавливайся!»

– Блять, нет, – ответил Исайя, сжимая меня так крепко, что завтра у меня наверняка будут синяки. Рука, которая двигалась взад–вперед по верху моих трусиков, замерла.

– Тогда почему ты предложил нам вернуться?

– Потому что я не могу держать свои гребаные руки подальше от тебя. – Его нос так медленно и неспешно гладил мою челюсть, что я начала пульсировать в местах, о которых не знала, что они существуют. Внезапно в моем животе что–то сжалось от его признания. – Ты стоишь здесь, тяжело дыша, с моими руками на тебе, наблюдая за чем–то таким чертовски грязным, с невинностью, которую я так сильно хочу запятнать. – Его губы нежно коснулись уголка моего рта, и моя рука сжала его запястье, которое было так близко к тому месту, где я страстно желала большего.

– Я не порядочный человек, Джемма. Я видел всякое дерьмо. Ужасное дерьмо, которому я не положил конец, но, черт возьми... ты хорошая, и я не собираюсь тебя губить. Я уже перешел черту и…

– И я хочу, чтобы ты коснулся меня, Исайя. Так что сделай это. – Если бы я не была так перевозбуждена от всего, что я чувствовала, я бы была в шоке от своего требования. – Хотя бы на эту одну ночь.

Он зарычал, когда его зубы укусили мое ухо. Я громко ахнула, выгнувшись. Я почувствовала, как жар так быстро прилил к моей коже, что мне захотелось, чтобы на нас подул ветерок, чтобы немного охладить меня.

– Не говори мне таких вещей. – Его тяжелое дыхание обдавало мою кожу, когда он развернул меня, чтобы встретиться со своим темным взглядом. – Я чувствую себя неуправляемым рядом с тобой. Честно говоря, я не знаю, смогу ли я даже замедлиться с тобой и обращаться с тобой так, как ты заслуживаешь.

Ладони Исайи обхватили мое лицо, а его пальцы зарылись в мои волосы.

– И ты должна кое–что понять, Джемма. – Его рот был так близко к моему, что я почти могла почувствовать его вкус на своем языке. Я облизнула губы, и он каким–то образом притянул меня еще ближе. – Ты уходишь. Я остаюсь. Это не продлится долго.

– Я знаю это.

Он покачал головой, прижимая наши тела друг к другу. Я чувствовала между нами что–то твердое, и я знала, что это такое. Только на этот раз меня это не пугало.

– Ты не понимаешь. Я не захочу тебя отпускать. Особенно, если мы продолжим в том же духе. С тобой все по–другому.

В моем сердце раздался легкий стук, прореагировавший на его слова. Я уже чувствовала это. Я уже не хотела покидать Святую Марию, но мне это было абсолютно необходимо.

Мои дрожащие руки опустились на талию Исайи, а голова непроизвольно склонилась чуть ближе к нему.

Неужели мы не можем притвориться нормальными? Хотя бы на одну ночь? Будто мы просто двое подростков без груза прошлого за плечами?

Я не произнесла этого вслух, но с ним было так легко забыть, кто я есть. Забыть ту настороженную девушку, которая боится будущего, если задержится в этой школе хоть на мгновение дольше положенного.

С ним я растворялась – хотя на самом деле должна была, наоборот, обрести себя. Но не было ни страха, ни сомнений, ничего. Рядом с ним я просто чувствовала. Впервые позволила разуму, сердцу и телу слиться воедино. Возможно, так и должно было быть.

Исайя молча смотрел на меня сверху вниз. Кажется, Шайнер с девушкой уже ушли – вокруг не было слышно ничего, кроме стука моего сердца и его прерывистого дыхания.

– Как только я осознаю, что сознательно переступаю эту черту... снова... мне уже не будет пути назад, Джемма. Я, черт возьми, не смогу. Я чувствую дикую одержимость тобой, и это должно тебя пугать.

– Ты настолько одержим, что, когда придет время меня отпустить, не сможешь? – Сердце подкатило к горлу, сжимая его в ожидании ответа, который мне так нужен был от него. Пожалуйста, подари мне это. Хотя бы на одну ночь.

Его ответ был резким, как удар:

– Нет. Потому что, даже будучи одержимым, я остаюсь тем, кто защищает тебя. И твой побег от меня – в твоих же интересах. И это никак не связано с истинной причиной, по которой ты уходишь.

Я замолчала на несколько мгновений. Пальцы бессознательно теребили край его футболки, пока его руки медленно скользили по моим рукам – так медленно, что по коже пробежала дрожь.

Его дернувшийся кадык привлек мое внимание к губам, когда прозвучал вопрос:

– Ну что, решено? Возвращаемся к костру, пока это не зашло слишком далеко? Или остаемся здесь?

– Здесь, – выдохнула я, вцепившись в его футболку. – Я хочу остаться прямо здесь. С тобой. Нам даже не придется говорить об этом завтра. Пусть это будет только сегодня ночью.

Исайя не ответил. Вместо этого его руки резко сомкнулись на моих бедрах, поднимая меня так, чтобы я почувствовала его возбуждение. Его губы накрыли мои в поцелуе, который перевернул все внутри. Грубый, с лязганьем зубов, с языком, уничтожающим мою невинность, будто без нее он умрет от голода.