Хозяйка приюта упрямых чудес
Шрифт:
– "Это не то, чем кажется".
– "Он идет за сердцем".
Последняя, как выяснилось, особенно гадкая.
– Что значит - за сердцем?
– спросила я, уже зная, что ответ мне не понравится.
Ной дрожал всем телом, но смотрел не на меня.
Сквозь стены.
Сквозь дом.
Туда, где в западной роще янтарный столб света с каждой секундой становился все ближе.
– Не за ложным, - прошептал мальчик.
– За настоящим.
Комната словно просела.
Тихо.
Незаметно.
Но у всех разом.
Лисфей перестал вылизывать лапу.
Соломея выругалась себе под нос.
Даже леди Рейн побледнела чуть сильнее, чем позволяла ее воспитанная ледяность.
– Невозможно, - сказала она.
– Ложный узел должен был увести его в сторону.
– Если только, - очень тихо произнес Северье... которого, разумеется, рядом уже не было.
То есть это я мысленно представила, как бы он сказал.
На деле ответил ворон:
– Если только он не понял подмену.
– Или не шел на нее изначально, - закончил Лисфей.
Я резко повернулась к коту.
– Объясни.
По-человечески.
Сейчас.
Он медленно поднял на меня золотые глаза.
– Леди дурные новости, хозяйка.
Ронксу не просто нужен доступ.
Ему нужен сам приют.
Целиком.
А значит - не связка как таковая.
А тот, кто может открыть ее до конца.
Я похолодела.
– То есть я.
– Да.
Леди Рейн очень тихо произнесла:
– Я так и думала.
Я резко обернулась к ней.
– Что, простите?
Она выдержала мой взгляд так же спокойно, как будто не стояла посреди чужого дома в час магической осады.
– Вас выбрал источник.
Вы встали в центр.
Дом идет на ваш отклик.
Любой, кто достаточно разбирается в древних приютах, рано или поздно придет к тому же выводу.
– И вы молчали?!
– Я ждала подтверждения.
Теперь оно есть.
– Какая вы мерзко полезная женщина, - процедила я.
– Благодарю.
Это лучше, чем быть просто мерзкой.
Вот уж кто умеет отвечать так, что хочется одновременно ее укусить и признать достоинство приема.
Но сейчас было не до того.
Янтарный свет за окнами дернулся еще раз.
По стеклам прошла дрожь.
Дети сбились теснее.
Булка глухо зарычал.
Клаус, наоборот, стал как-то меньше, словно втягивался внутрь собственной коры.
– Значит, он идет сюда?
– спросила Соломея.
– Нет, - тихо сказала я.
Потому что внезапно поняла.
Слишком ясно.
Слишком дурно.
– Он идет не сюда.
Он идет вниз.
Все замолчали.
– К источнику, - выдохнул ворон.
– Через западный корень, - буркнул Клаус.
– Через старые стоки под садом.
Я ж говорил, везде ходы.
– Я когда-нибудь тебя за это укушу, - пообещала я.
– В очередь, - буркнул домовой.
Ной вцепился в мое платье крепче.
– Он уже почти там.
Вот тут я и приняла решение.
Не героическое.
Не красивое.
Просто единственное.
– Я иду вниз.
– Нет, - одновременно сказали:
– Соломея,
– Лисфей,
– леди Рейн,
– и Тео.
Последнее особенно тронуло.
И разозлило.
– Да, - отрезала я.
– Если он идет за настоящим сердцем, я не позволю ему встретить его без меня.
– Это безумие, - сказала леди Рейн.
– Разумеется.
– Вы буквально предлагаете отдать ему то, за чем он пришел!
– Нет.
Я предлагаю встретить его на моей территории.
Есть разница.
Она прищурилась.
И, к моему глубочайшему удивлению, первой не стала спорить дальше.
Вместо этого спросила:
– А дети?
Я обвела их взглядом.
Вот здесь.
Сейчас.
Было труднее всего.
Потому что любое решение казалось неправильным.
Оставить их без меня - больно.
Увести с собой - опасно.
Доверить другим - страшно.
Тео будто прочитал это по моему лицу.
– Мы останемся здесь, - сказал он.
Я уставилась на него.
– Ты...
– Я старший.
Почти.
И если ты все время будешь бегать туда-сюда, никому легче не станет.
Агнесса тут же выпрямилась.
– И я помогу.
Буду следить, чтобы Лина не плакала, а Леви не делал вид, что не боится.
– Я не делаю вид, - буркнул Леви и еще сильнее вцепился в сестру.
– Делаешь, - шепнула она.
Ной молчал.
Только смотрел.
Слишком взросло для своих лет.
И я вдруг поняла, что выбора снова нет.
Подошла к ним.
Присела.
Взяла их лица в ладони по очереди.
Каждое.
– Слушайте внимательно.
Вы остаетесь в круге.
Никуда не выходите.
Что бы ни случилось.
Что бы ни услышали.
Понятно?
– А если это ты будешь звать?
– спросил Тео.
Господи.
До чего же умный ребенок.
Не по возрасту.
Слишком.
– Тогда особенно не выходите.
Пока не убедитесь, что я настоящая.
– Как убедимся?
– шепнула Агнесса.
Я замерла.
Потом сказала первое, что пришло в голову:
– Я скажу, что люблю вас всех до безобразия.
И что Тео ужасно храпит.
– Я не храплю!
– возмутился он так искренне, что даже Лина всхлипнула уже не от страха, а от смеха.
Вот и хорошо.
Вот и молодцы.
Я поцеловала каждого в лоб.
Да, даже Леви, который сперва сделал вид, будто ему это не нужно, а потом сам потянулся ближе.
И только после этого поднялась.
Леди Рейн уже стояла у двери.