Чтение онлайн

— Конечно, сделаешь! И будешь себе с Аделой! — горбун захохотал как одержимый и пошел к выходу из переулка. Пройдя всего несколько шагов, он вдруг перестал смеяться, остановился и повернул голову к Магни. — А если не сделаешь, то я вернусь за тобой, — и снова продолжил путь, насвистывая какую-то жуткую мелодию.

***

— То есть ты предлагаешь мне сначала растоптать его, а только потом прикончить, да, Магни? — король Лютер, сидя в кресле, недоуменно смотрел на своего советника, который стоял посреди кабинета, покорно склонив голову.

— Да, Ваше Величество.

— А ты жесток, Магни. Но излишняя жестокость часто приводит к оплошностям. Скажи честно, зачем ты мне это предложил?

Маркиз не смог быстро ответить монарху на этот вопрос. Уловив замешательство, Лютер Третий снова заговорил, вглядываясь в лицо советника теперь испытующе:

— Раз убийца так ее любит, и в любом случае явится к ней, наиболее рациональным шагом будет избавиться от него сразу, как только он будет обнаружен. Зачем все усложнять?

— Если позволите, Ваше Величество, то, по моему мнению, вы недооцениваете Зорана. Сейчас ему есть ради чего жить, и, если в прошлый раз он смог скрыться от превосходящего числа Воронов и даже убить одного из них, то, есть риск, что окрыленный любовью, да еще и предполагающий, очевидно, покушение на свою персону, он сможет снова отбиться и ускользнуть. Полагаю, было бы лучше сначала лишить его смысла жизни, толкнуть в болото уныния и саморазрушения. И только потом, когда Вороны будут уверены, что он уже не опасен, убить. Как видите, Ваше Величество, характер моего предложения исключительно рациональный.

Выслушав ван Кройса, король задумчиво потер подбородок. После этого слегка улыбнулся. Так, словно ему в голову пришла некая догадка.

— Приведенные тобой аргументы весомы. Твоя изощренная жестокость, пожалуй, имеет практический смысл в данном случае. Но меня не покидает ощущение, что Зоран, видимо, и твой враг тоже. — Лютер Третий сделал паузу. Магни едва открыл рот, чтобы ответить королю, но не успел. — Или, точнее, конкурент. Чародейка тебе не безразлична, правда?

— Вы абсолютно правы, Ваше Величество. Осмелюсь заметить, что вы — сама проницательность.

— Что ж, будь, по-твоему. Твоя идея хороша. Поступок чародейки наверняка надломит Зорана, а ее гнева опасаться не приходится — на мужчин нашей династии не действует ни одна магия. Разыщи мне Конрата, я дам ему дополнительные указания. А потом пошли кого-нибудь за госпожой Морелли.

— Будет исполнено, Ваше Величество, — Магни поклонился и развернулся, чтобы уйти.

Но едва Маркиз прикоснулся к дверной ручке, как Лютер Третий обратился к нему снова:

— Забыл спросить, Магни, что это у тебя на щеке?

Ван Кройс потер щеку, на которой красовалось пятно от ожога, который оставил ему своим жутким холодным пальцем демон из переулка.

— Моя неуклюжая служанка пролила на меня кипяток.

***

Ей пришлось довольно долго идти до королевского замка. Путь от Бархатной Аллеи до Анкероша был не близким. Хождение по самому замку также оказалось весьма затяжным и состояло из долгих подъемов по кривым лестницам и бесконечных шествий по длинным коридорам.

«Рыцарь-герольд решил вести меня самым длинным путем?»

На пути в королевский кабинет Адела, подводя итог собственным размышлениям, пришла к выводу о том, что Лютер Третий, скорее всего, вызвал ее лишь для того, чтобы предложить служить в замке, пополнив ряды других чародеев и чародеек, коими кишел Анкерош. На случай таких предложений у Аделы уже давно была подготовлена речь. Беловолосую чародейку с завидной регулярностью заманивали на службу дворяне разной степени высокопоставленности, но вот уже на протяжении многих лет она ни на кого не работала. Просто ей это надоело. Просто она могла себе это позволить.

«Всему миру уже известно, что я никому не служу. До короля новости доходят в последнюю очередь? Позор его информаторам».

Но когда чародейка вошла в кабинет монарха, ее недовольство мгновенно сменилось тревогой. По правую руку развалившегося в кресле короля стоял огромный, как кусок скалы, светловолосый человек с хищным лицом, полностью одетый в черное. Точно так же, как Зоран. Адела догадалась, кто это.

«Так вот кому они продались».

После предусмотренного этикетом поклона и сдержанного приветствия Адела, пытаясь скрыть тревогу, принялась смотреть на короля в ожидании разъяснения цели приглашения.

— Адела Морелли. Я представлял вас немного по-другому.

— А я по-другому представляла аудиенцию, — ответила она, переведя взгляд на мрачного великана.

— Ах, вы об этом. Знакомьтесь, это — магистр Конрат. Догадываетесь, почему я назвал его магистром?

— Догадываюсь.

— Как я и думал. Вам же не впервой сталкиваться с людьми подобного рода?

— Нет, не впервой. Но я стараюсь максимально ограничивать себя от таких столкновений.

Король усмехнулся.

— Неужели?

Адела промолчала.

— Давайте начистоту, госпожа Морелли. Тот, кого называют Зораном из Норэграда, совершил в отношении королевской власти акт предательства. Я не могу закрыть на это глаза.

Адела не сводила с Лютера Третьего взгляд. В глазах чародейки была холодная злоба, но ни одним жестом она не выдала эмоций, ни один мускул не дрогнул на ее лице.

— Вы позвали меня, чтобы уведомить об объявленной на малознакомого мне человека охоте? Я весьма польщена, конечно, но вы опоздали. И если это все, то я бы хотела уйти. Меня мало волнуют дворцовые интриги, и тем более судьбы убийц.

— В первое я верю охотно. А вот во второе — очень слабо. Вы же понимаете, госпожа чародейка, что до Зорана рано или поздно доберутся?

— Все рано или поздно умрут.

— В случае с Зораном это будет скорее рано.

— Мне все равно, — ответила Адела. Актерская игра этой женщины была на высоте.

— Это неправда. Именно поэтому я вас и вызвал. Дело в том, что я хочу предложить вам альтернативу. Если бы вы могли повлиять на мое решение о заслуженном преследовании Зорана, вы бы повлияли, так ведь?

«Нет смысла отрицать. Король все знает. Но кто ему рассказал?»

— Да.

— Отлично. Тогда к сути. Я оставлю Зорана в живых. Его не будет преследовать ни Орден, ни я лично. Для этого я потребую от вас совсем не многого. Вам нужно будет… всего лишь отказаться от него. Но сделать это так, чтобы он не догадался о том, что это произошло по договоренности. Это должно быть жестоко. Цинично. Так же жестоко и цинично, как он предал и меня, и своих братьев по оружию.

Адела не верила не единому слову. Она все прекрасно поняла. Большинство королей, с которыми она сталкивалась, были именно такими, как Лютер. Даже убить по-человечески не могли. Им всегда нужно было растоптать и унизить врага перед этим. Теперь за ней буду следить, вне зависимости от того, согласится она на предложение монарха или нет. Во втором случае Зорана убьют сразу. А в первом она сможет выиграть время и что-нибудь придумать. Выбор чародейки был очевиден.