Идеально неидеальная любовь
Шрифт:
Шмыгнув носом и не дожидавшись моего ответа, незнакомец поспешил прочь, втянув голову в плечи и продолжив что-то ворчать себе под нос. Горожане Саттона, впрочем, сейчас почти все вели себя так же. Ускоряли шаг, шмыгали носами, плотнее запахивали верхнюю одежду. Лишь я, как деревенская глупышка, впервые оказавшаяся в большом городе, замерла посреди дороги и стояла, подняв голову к небу, лицом ловя редкие снежинки. Мне нравилось. И ощущение легкого пощипывания щек от соприкосновения с крошечными льдинками. И покрасневший кончик носа. И даже то, как небо заволокло серыми тучами.
Свежий воздух, холодный ветер – извечный спутник ксая, танец первого снега, все это привносило в мысли упорядоченность, а еще надежду, что все наладится. Непременно все будет хорошо.
Поглубже вздохнув, полюбовалась едва заметным облачком пара, вырывающимся из моего рта, и продолжила путь. До дома оставалось совсем не далеко. И как же я этому обрадовалась, когда, подходя к калитке, почувствовала, как внизу живота начало разгораться пламя желания. Такое знакомое. Горячее. Острое. Не мое!
Тихонько застонав, я пошатнулась. Терпеть не могу, когда это происходит! Когда чужое желание вспыхивает во мне вот так. Неожиданно. Резко. Как будто кто-то щелкает кнопкой внутри Максимиана, и он из спокойного состояния переходит в режим похотливого мужлана! Надоело!
И потом, хорс его пожри, я только успела дойти до дома, они, что там, с этой дамочкой прямо на пороге решили порадовать друг друга? Как какие-то животные?!
Сцепив зубы, я стоически игнорировала горячие волны возбуждения, медленно шла к дверям. Чувствовала, как начинает гореть кожа на шее. Слышала, как участилось мое дыхание. А легкий морозец ксая уже не холодил. Но, к сожалению, и не приносил облегчения в моем случае!
Поверить не могу, целая мера спокойной жизни. С той меры, как приехала в Саттон, так даже и думать забыла о даре богов. Расслабилась. И вот – пожалуйста!
Вероятно, я могу быть спокойной, только когда вижу Макса. У меня на глазах-то он вряд ли стал бы придаваться своим похотливым желаниям или напиваться до того состояния, когда я по утрам не могла встать с постели. Или, тем более, ввязываться в какие-то драки!
Когда спину неожиданно обожгло болью, несильно, но весьма чувствительно и неприятно, я и вовсе нервно хихикнула. Интересно, если я прямо сейчас прикажу Кире собрать мой чемодан и заявлюсь с ним на порог дома Макса, он удивится?
Нет, ну а что? Так и скажу: «Поздравляю, дорогой мой нареченный, мы теперь будем жить вместе. И только попробуй при мне вляпаться в какие-то неприятности!».
Наверное, только из-за шокированного Максимиана в моем воображении мне удалось зайти в дом, не опозорившись перед соседями. Даже не хочу думать, что бы они подумали, если бы увидели их новую соседку, которая судорожно цепляется за перила короткой лестницы и постанывает от удоволь… раздражения на нареченного! Конечно раздражения, ведь что еще я могу в такие моменты чувствовать?!
Ведь я риса из уважаемой семьи, невинная молодая девушка, которая не то что знать – не знает про таинство происходящего между мужчиной и женщиной, но и даже не подозревает, что этим можно на самом деле наслаждаться. Смешно было то, что я за всю свою жизнь не видела ни одного обнаженного мужчины, если не считать случайно увиденной голой попы соседского мальчишки, который в возрасте пяти циклов плескался в озере Звезд, когда я в свои семь циклов пришла туда с родителями на пикник. Но разве это может считаться? Конечно нет! И я действительно понятия не имею, что именно происходит между мужчиной и женщиной в моменты их близости. И, как и любая риса, с волнением жду свою первую брачную ночь. Потому как, несмотря на весь мой «богатый опыт», полученный благодаря проклятому хорсами Кейду, я оставалась невинной рисой, вопреки всем домыслам и досужим сплетням жителей родного городка!
Упав на низкую софу, расположенную в просторном холле моего дома, я согнулась, уперевшись лбом в колени, и, сжав кулачки, застонала. Мне было стыдно. Неудобно. Но в таком состоянии я просто была не в силах дойти до своей комнаты, чтобы там переждать вспышку любвеобильности Максимиана. Ноги буквально тряслись от проклятого возбуждения, которое огнем гуляло по венам и сжигало меня в своем пламени.
– Риса Олия, с вами все в порядке? – Голос Овальда заставил меня поднять голову. Обведя мутным взглядом комнату, я остановилась на мужской фигуре и жалобно прохныкала:
– Кира, мне нужна Кира.
К счастью, рисс Овальд не стал задавать лишних вопросов, а верная служанка прибежала со второго этажа очень быстро.
– Олия, милая, что? – Упала она на колени рядом со мной.
– Ма-а-кс, ум-м-м, Кейд, зараза!
– Больно, риса? – Суетливые руки рыжеволосой девушки заметались по моей спине, плечам, рукам… Но мне хватило только сил мотнуть головой.
Нет, не больно. Хорошо, даже слишком. И от этого еще хуже. Стыднее.
– Ох… – Кира прижала ладошку к губам, а на ее лице я легко различила сочувствие. – Овальд, рисе срочно нужен чай с успокаивающими травами. Распорядись, пожалуйста.
Вот так я узнала, что новый слуга не покинул холл и стал свидетелем моего позора. От этого стало так горько. Так обидно, что, не сдержав очередного постыдного стона, я буквально разрыдалась. Уткнувшись лицом в ладони, расплакалась так, как не позволяла себе уже давно. Громко, с всхлипываниями и подвываниями. С причитанием о моей незавидной судьбе и проклятиями в адрес Максимиана тосс Кейда, который не мог обойтись без женщины больше недели!
И, что самое удивительное, возбуждение отпустило. Не схлынуло, как это бывало раньше, так же внезапно, как и появилось. А отступило, словно мягкая волна с песчаного берега.
Я даже притихла, удивленно прислушиваясь к ощущениям. Потому как такое происходило впервые. Первый раз с тех пор, как связь проявила себя подобным образом в момент интимной активности моего предназначенного. И сейчас я точно знала: Максимиан не получил удовольствия. И это было крайне странно…
***
Максимиан
Я смотрел на лежавшую на кровати Ауру и не понимал, какого хорса со мной творится. Красивая женщина, разнеженная после нашей близости, обнаженная нога выглядывает из-под тонкого покрывала. Ленивая улыбка блуждала по лицу, грудь стыдливо была прикрыта углом все того же покрывала, а руки обнимали одну из подушек.
Аура из-под ресниц наблюдала за мной, но делала вид, что не замечает. У нее было игривое настроение, а у меня… А я хотел бы выкинуть из головы хорсову избранную богами! Ее улыбку. Ее взгляд, когда она увидела Ауру, и проклятые руки Вистаса на хрупких женских плечах!
Он ее защищал и от кого? От меня! Можно подумать, я какой-то монстр и действительно смог бы сделать что-то плохое молодой рисе, которая виновата была лишь в том, что именно ее имя было названо, когда мои родители пошли просить благословения и счастья их сыну.