Чтение онлайн

– Олия Баше? А она здесь причем?

– Понятия не имею! Но до сегодняшнего знакомства с этой девчонкой ты мне не говорил, что нам пора расстаться!

– Боги, женщина! Как это вообще могло прийти тебе в голову? Какими путями ты в своих мыслях умеешь соединять несвязанные между собой вещи?

– Но ты и не споришь с моими выводами, Макс. А я достаточно хорошо тебя знаю, чтобы с уверенностью утверждать, что эта риса с наивно распахнутыми глазками тебя заинтересовала! Хотя не могу понять, чем. Да, она милая, такая вся свежая провинциалка и рядом с Вистасом, и правда, смотрится отлично, но ты? Что тебе могло понравиться в столь юном и чистом создании? Вряд ли такая, как эта Олия, согласится стать твоей любовницей и бесконечно терпеть все странные привычки.

– Странные? – Чуть не рассмеялся. – Что ты имеешь в виду?

– Ох, Кейд. А то ты сам не знаешь? Это твое маниакальное нежелание держать слуг в доме. Нелюбовь к вечеринкам. Отказ от приглашений гостей в твой дом. Желание проводить вечера в одиночестве. А твои ужасные конфеты? Сладости расставлены по всем комнатам в доме! Я даже несколько раз находила их в своей кровати! А еще постоянные риски жизнью! Макс, ты не один маг в патрулях и далеко не единственный защитник от хорсов. Но ведешь себя так, будто не работаешь с командой, всегда лезешь на рожон. Сколько раз тебя вытаскивали, с огромным трудом, должна заметить, практически из-за грани? Сколько раз тебе говорили, что ты выжил лишь чудом? Думаешь, милая провинциалочка будет молча мириться с таким твоим поведением? Да такие, как Олия, хотят замуж и детей. Хотят мужчину, чтобы прятаться за ним, а не идти рядом, смело смотря в будущее. Она будет выть от ужаса каждый раз, когда ты будешь уходить в патруль! Нет, милый мой, не могу поверить, что ты бросаешь меня из-за наивно распахнутых глаз.

– И правильно, потому что Олия Баше совершенно ни при чем.

Сказал, а сам задумался. Не соврал ли я сейчас? И насколько ошиблась Аура в своих выводах?

Глава 9

Лишь три маха спустя Аура покинула мой дом, оставив после себя ворох мыслей и легкое чувство досады. Времени на все запланированные на остаток круга дела уже не хватало. Перед патрулем необходимо было выспаться. Проверить амуницию. Совсем хорошо было бы выпить хорсову настойку для увеличения резерва, а значит, пару дней я снова буду просыпаться с чувством ужасного похмелья, ведь непременно потрачу весь имеющийся запас магии! И кто бы знал, как мне это уже надоело. Через два года закончится обязательная служба в патрулях. И вот тогда я действительно напьюсь. Не дурацкими настойками с побочными эффектами, а откупорю одну из тех подарочных бутылок, возьму тяжелый стакан хрусталя и сяду у камина. Буду тянуть обжигающий джин и вспоминать всех, кто погиб на этой проклятой богами службе. Всех, кто по воле жребия попал в команду со мной. Всех, кому пришлось заплатить жизнью, ради победы над хорсами, ради безопасности жителей нашего королевства, просто ради жизни других. И тогда, наконец-то, я смогу уехать в свой дом у моря, чтобы быть подальше от суетливого Саттона – от города, который принес мне столько тяжелых воспоминаний. О родителях. Милании…

Мысли о сестре, как всегда, пронзили болью воспоминаний, поэтому пришлось отмахнуться от них. Спрятать в дальний ящик памяти. Еще не время. Оплакивать все свои потери я буду позже. Через два года. Не раньше!

Дойдя до столовой, по пути взял горсть конфет из вазочки в просторном коридоре. Аура была права: сладкое в моем доме есть во всех комнатах. И эту мою маленькую слабость она никогда не понимала. Не понимала, как можно есть столько сладкого и оставаться в форме. Как не понимала и того, что все маги во время схваток с хорсами расходуют огромное количество энергии, и каждый из нас восстанавливает ее по-своему. Как по мне, быть сладкоежкой не самый плохой вариант.

Наложив себе приготовленный утром приходящим поваром ужин, вернулся в гостиную. Полмаха у меня есть, а потом пора будет приниматься за приготовления к завтрашнему кругу. Легким патруль точно не будет – в последнее время хорсов стало все больше, а их сила… Вечно голодные твари! Даже думать не хочу, что завтра домой могут вернуться не все!

Лучше сосредоточиться на нашем разговоре с Аурой. Мы с ней вроде смогли договориться. И каким-то образом эта женщина смогла подвести меня к обещанию, что в следующие свои выходные она организует небольшой прием в моем доме. В моем доме! Прием! Как я на это согласился? Хотя с другой стороны, не было в том ничего особенного. Все мои знакомые, вся команда патруля, да и другие маги из защитников постоянно устраивают нечто подобное при каждом удобном случае. Это, скорее, мой затворнический образ жизни выбивается из общепринятых правил. Как же, ведь те, кто десять лет обязан рисковать своей жизнью ради других, должны ценить эту жизнь как никто другой. Ведь, каждый раз выходя в патруль, никто из нас не знает, вернется ли домой живым. А потому маги, как правило, проживают каждый свободный миг на полную катушку. Отсюда и дурная репутация, и множество скандалов, связанных с нашими именами. Привычка жить одним кругом со многими сыграла злую шутку, но исправить это? Нет, не получится. Ведь каждый для себя решает, как ему распоряжаться отпущенным временем. И если бы меня воспитывали в другой семье, если бы перед моей фамилией не стояла приставка «тосс», вероятно, я был бы таким же оболтусом, как и остальные. Также куражился. Также торопился жить здесь и сейчас, не откладывая все сомнительные радости на потом. Многие из приятелей мне завидовали. Многие не понимали. Другие считали странным. И лишь Килий понимал. Он тоже из старого аристократического рода. Приверженцы древних правил, родители воспитывали нас в определенных условиях, накладывая ограничения, рассказывая про ответственность и многое другое. И хотя Килий был тем еще балагуром, но все же он меня понимал. И кстати, также много ел сладкого!

Так что нет, сослуживцы обязательно придут на вечеринку, а чтобы это не выглядело как смотрины для Ауры, я настоял на том, что раз уж и устраивать вечеринку, то стоит пригласить и кого-то из соседей, возможно, несколько семейных подруг самой Ауры. А то слишком очевидным станет то, что моя уже бывшая любовница ищет нового покровителя. Да и как иначе, если среди гостей она будет одной женщиной в обществе множества несдержанных магов?

Нужно будет спросить у Рэна, кто у нас в соседях подойдет для подобного ужина. Все же хотя бы видимость приличий вечеринке стоит придать, но это не значит, что стоит приглашать престарелую чету Флай, например. Но, к моему стыду, это единственные из соседей, кого я знаю. А все потому, что старушка Мона готовит просто потрясающие кексы и всегда делится ими со мной. Хотя ее муж и ворчит по этому поводу. И дело не в том, что ему неприятно внимание жены к постороннему риссу, нет. Просто он тоже очень любит эти кексы. Жадина!

Вспомнив недовольно сдвинутые кустистые седые брови, поджатые губы, всегда идеально вычищенный костюм-тройку и угрожающего вида трость, которой старик Франк потрясает в сторону моих окон каждый раз, когда проходит мимо, и улыбка сама расползлась на лице. Нужно как-нибудь зайти к старикам в гости, подарить Моне какую-нибудь шаль, а Франку – бутылку джина. Может, тогда меня не будут так явно не любить.

Нет, их, конечно, на вечеринку Ауры звать не стоит, но должен же кто-то жить на нашей улице подходящего возраста и положения? Вот пусть Рэн и выяснит. А еще, все же нужно узнать адрес Олии Баше. Как бы я сегодня себя не повел, но риса мне не сделала ничего плохого. И приготовленный для девушки подарок я все же хочу передать.

Стоило только допустить в мысли свою предназначенную, как в голове всплыли слова Ауры. Что такая, как Олия, никогда не стала бы мириться со всеми моими «странностями», и мне вдруг стало очень интересно: а так ли это? Ведь если избрали нас как идеальную пару, значит, есть вероятность, что мы могли бы быть счастливы вместе. А это значит только одно. Никакие мои привычки не должны были бы стать проблемой для Олии… Ну или то, что у нее странностей в поведении гораздо больше, чем у меня. Ведь так?

Покрутив эту мысль и так, и эдак, решительно поднялся из-за стола. Пора готовиться к работе. А то, еще чего доброго, мне станет интересно узнать, какие же странные или необычные привычки хранит Олия Баше.

***

Олия

Две меры ксая, снежного, морозного и вьюжного, я провела дома. Устраивалась на новом месте, много разговаривала с Кирой, проводила неожиданно много времени в компании Овальда, который оказался не просто смотрителем, но и отменной нянькой как для всего дома, так и для меня. Откровенно говоря, я даже с папенькой не всегда чувствовала себя настолько комфортно, как теплыми уютными вечерами перед камином в компании моих слуг. Когда окна были зашторены, и в комнате царил полумрак, несмотря на оба небесных светила в небе. Почему-то у меня никак не получалось быть важной госпожой, отстраненно общаться с теми, кому я платила. Ну и что? Неужели это так плохо видеть в простых людях хорошее, пусть даже их социальный статус был ниже моего? Почему мы не можем быть если не друзьями, то хотя бы добрыми приятелями? И не важно, что так не принято. Мне было откровенно наплевать. Особенно после того, как эти двое успокаивали меня, пережидая банальную истерику, случившуюся в холле. Когда я сидела на софе, рыдая от обиды, грусти и проклятого хорсами возбуждения. Чужого возбуждения! Когда Кира сидела передо мной на полу не в силах помочь своей магией, а Овальд без устали приносил успокаивающий чай и подавал белые носовые платки. В какой-то момент меня даже заинтересовало, сколько же их хранится в карманах этого удивительного мужчины. Но его мягкие прикосновения к моим волосам заставили забыть обо всем, когда, казалось бы, посторонний рисс принялся гладить мою голову и заверять, что, что бы не происходило в жизни, все – мелочи. Главное, что она, эта самая жизнь, есть.

Уже позже, когда истерика стихла, слезы высохли, и даже прошел ужин, Овальд, в порыве какой-то непонятной мне откровенности, рассказал, что когда-то у него была дочь. К сожалению, девушка погибла в довольно молодом возрасте из-за какой-то нелепой случайности – на нее упал кусок карниза со свежепостроенного дома. Рабочих, кто это чудо строил, конечно, наказали. Овальду, который растил дочь один, выплатили компенсацию и оплатили похороны дочери. Но разве это могло вернуть безутешному отцу ребенка? Конечно, нет. Поэтому Овальд уехал из родного города, где всё ему напоминало об утраченной семье, и устроился работать простым смотрителем в дом моей ба.

Всем этим рисс Варес поделился со мной в гостиной, когда принес очередную кружку горячего чая, от которого одуряюще пахло травами, чуточку вниманием и огромным количеством заботы. От такого напитка отказаться было невозможно. Да и живой огонь, прикрытый от меня экраном из толстого каленого стекла, располагал к разговорам.

Тем не менее такой откровенности я не ожидала, хотя не оценить ее не могла. Так и повелось, что днем мы все занимались своими делами, а вот вечера проводили в теплой компании за душевными разговорами. Благодаря Овальду, я узнала, что можно заказать каталоги как от модисток, так и из больших торговых ассоциаций, представляющих товары для дома. Ремонт в комнатах мне нравился, а вот цветов, небольших подушек для диванов, которые было так удобно подкладывать под спину – не хватало. А еще я заказала парочку ковров, так как те, что были в гостиной и в библиотеке, мне не нравились. Слишком мрачные. С модисткой я провела немало времени, обсуждая мой гардероб. Да, мои вещи были хорошими, дорогими, красивыми, но, к сожалению, не соответствовали моде Саттона, выдавая во мне провинциалку.