Игра VORoв
Шрифт:
От досье Арнольда МакГрегора Кир не ожидал ничего интересного, но неожиданно наткнулся на пометку одного из судебных следователей Нью-Ромы. «В июне 999 года привлечен к ответственности за попытку покушения на своего отца. За освобождение из-под стражи выплачено две тысячи «желтых» со счета компании «Свободная Дендрария». Лишен прав на наследство». Аналогичные сведения Кир обнаружил и в досье Елены. «Арестована за соучастие… Освобождена…»
«Вот оно как! – мысленно воскликнул Кир. – Среди симплов та же история, что и у воров. И с таким же результатом. Значит, Арни не удалось по быстрому избавиться от надоевшего предка, и сейчас он отрабатывает долг этим «дендрарийцам». И Елену он тоже сюда втянул, мразь! Но почему компания из Гоморры вообще заинтересовалась этим делом? Получается, что Дисконти – действительно мать Елены, которая внезапно возникла из ниоткуда, и помогла своей дочери и ее мужу выбраться из тюрьмы. Странно все это!»
Кир знал, что официальные досье симплов в комм-сети плохо защищены от незаконного изменения. Частенько многие симплы обычно при помощи щедро проплаченных хакеров вносили в них те или иные желаемые исправления. Формально это было нарушением закона и каралось серьезным штрафом, но на практике администрация Империи не особенно следила за такими «шалостями». Симплов во Всемирной Империи насчитывалось более десяти миллиардов человек, и проверять все сведения о них было делом весьма трудоемким и мало кому нужным. При этом если какой-нибудь симпл попадал в поле зрения властей или сильно зарывался, изменяя свое официальное досье, пощады ожидать ему не следовало.
У воров ситуация была принципиально другой. Аристократов в Империи насчитывалось всего около ста миллионов, и досье на каждого строго контролировалось. Ни один симпл и даже другой вор, за исключением графов и других уполномоченных чиновников, не мог получить полный доступ к официальным файлам другого вора. Внесение даже незначительных изменений было обставлено множеством формальностей, а любые нарушения жестоко карались. Кир вспомнил показательное дело Кавилло Хитрой, которая была умелым хакером. Молодая женщина внесла в свое официальное досье пометку о замужестве с графом Ворбарра из Северного Хартленда, любовницей которого она действительно была. Заодно Кавилло «подправила» и досье своего ни о чем не подозревавшего «мужа». Реакция властей была молниеносной. Кавилло арестовали в тот же день и приговорили к пожизненному заключению. Через пару месяцев она умерла в тюрьме. Сам Император Дарий III упомянул об этом деле в своем выступлении по комм-сети. Бедняжка, которая раньше безнаказанно «подчищала» свое досье и данные других симплов, слишком поздно поняла свою ошибку.
«Любопытно, – подумал Кир, – можно ли найти в комм-сети досье аут-лордов?» Немного поколебавшись, он ввел соответствующий запрос на премьер-министра Империи Дворфина. Раньше Кир никогда такого ни делал и в последний момент слегка испугался собственной наглости. Однако ничего не произошло. «Файл не найден», – равнодушно сообщил комм.
Неожиданным событием для Кира стало вселение в бывшую комнату Андермена академика Графена Педрикуса. Уже на следующий день после гибели оруженосца люди Мерзлякова вынесли оттуда все вещи покойного, включая следящую аппаратуру. Холеный офицер Спецкорпуса в чине майора сначала попросил Кира открыть им дверь в оставшееся без жильца помещение, так как замки были запрограммированы на его биометрические характеристики. Затем тот же офицер заверил Кира, что наблюдение за его личными апартаментами вестись более не будет. Так это или нет на самом деле, юноша не знал. А вечером того же дня Кир столкнулся у дверей соседней комнаты с академиком Педрикусом и Еленой Дисконта. Сладкая парочка откровенно обнималась. Знаменитый ученый узнал Главного метеоролога и вежливо, хотя и несколько снисходительно кивнул. Его подруга-служащая также поприветствовала молодого вора и бросила на него оценивающий взгляд.
«А Педрикус не испытывает никаких комплексов по поводу «сапог покойника», – подумал Кир. – И если про историю Андермена и Кристины он мог и не знать, то о покушении на меня и гибели оруженосца он наверняка слышал. Почему Мерзляков решил поселить его рядом со мной?»
После проверки официальных досье своих старых знакомых, а также госпожи Дисконти, Кир заинтересовался их делами на базе. «Заняться мне все равно нечем. Может попробовать себя в качестве сыщика-любителя? Неужели Елена, ее мать и Арни прибыли сюда только ради научных исследований?» При здравом размышлении юноша признался самому себе, что никаких оснований подозревать сотрудников Педрикуса в чем-либо незаконном у него нет. Истинным мотивом совать нос в чужие дела были так и не остывшие чувства Кира к дочери Брутари. Его также мучила жгучая ревность к Арнольду МакГрегору. «Если судьба предоставляет мне еще один шанс добиться любви Елены, глупо им не воспользоваться!» – решил Кир.
Молодой аристократ несколько раз заглядывал в Гидрометцентр, но своих бывших одноклассников не встретил ни разу. Подчиненные Киру техники в ответ на настойчивые вопросы своего формального босса лишь недоуменно пожимали плечами. Они твердо заявляли, что видели господина и госпожу МакГрегор только один раз, непосредственно перед покушением на самого Кира. Точное местонахождение молодой семьи оставалось загадкой. Зато юноша неоднократно сталкивался с другой сладкой парочкой – пожилым академиком и Еленой Дисконта. Спрашивать их прямо о Елене-младшей Кир посчитал бессмысленным, но решил узнать больше об их собственных отношениях.
«Они фактически живут в соседней со мной комнате. Отличная возможность выяснить, что их связывает. Может, выплывет какая любопытная информация. Но как к ним незаметно подобраться?» – задался целью Кир. Тут он вспомнил о вентиляционном отверстии между комнатами, с помощью которого Андермен наблюдал за ним и записал признания Гарри. «То, что сработало в одну сторону, может сработать и в другую», – здраво заключил молодой аристократ. Такой изощренной техники, как у оруженосца, у Кира не было, но, порывшись в некоторых оставшихся у него вещах покойного, он обнаружил простенький чувствительный микрофон с наушником.
Подкрепившись растворимым супом и спам-консервами, юноша с энтузиазмом принялся за дело. Стены между помещениями внутри мегадамбы были толстые, вентиляционное отверстие узким, но тоненький незаметный проводок легко пролез сквозь грязную решетку. Как и ожидал Кир, научное светило вернулось к себе поздно вечером и снова в компании с Еленой Дисконта. Удобно устроившись на пластиковом стуле и воткнув в ухо миниатюрный наушник, юный сыщик стал слушать, что происходит в соседней комнате.
– За тебя, моя муза! – голос академика был немного писклявым. Раздался звон бокалов.
– Графен, дорогой! – хриплый грудной голос Елены Дисконти показался Киру приторным до отвращения. – Ты сумел добыть в этой дыре настоящее шампанское, ты настоящий гений!
– Я знаю! – самодовольно отреагировал Педрикус. – Но нам, гениям, всегда приходится нелегко. Твое общество – единственное, что скрашивает мое пребывание на этой мерзкой базе. И все потому, что профессор Гравицапа заявил, что глобальное потепление давно закончилось. И ладно, если бы он заявил это у себя на кухне или хотя бы на нашем Ученом совете. Так нет, пролез в комм-сеть, а этот негодяй медиа-магнат Миша Бордак еще и натравил своих ищеек-болтунов на эту тему. Независимое расследование! В результате симплы, да и некоторые воры начали волноваться. Правительство недавно урезало квоты на добычу нефти и другого топлива, как раз под предлогом борьбы с глобальным потеплением. Вроде как сжигание углеводородов ведет к «парниковому эффекту» и все такое. Старая сказка для дураков. Маги тоже не отстают. Современные люди де зажрались, слишком мало духовности, надо жить проще. Договорились до того, что сжигание нефти – это грех. В общем, если не хотите, господа, гнева богов и нового Всемирного Потопа, затягивайте пояса. Цена на нефть после этого, конечно, взлетела до небес… – Педрикус сделал паузу, а потом подозрительно поинтересовался: – Дорогая, тебе, наверное, неинтересна моя очередная нудная лекция.
– Ну что ты, дорогой, – раздался маслянистый голос Дисконти. – Ты такой умный, мне так нравится тебя слушать. Я, конечно, не все понимаю, но твой сексуальный голос так меня возбуждает. Я уже трепещу от страсти.
Раздались подозрительные шорохи, звуки поцелуев. Кир невольно поморщился.
– Ах, какая у тебя грудь, – похотливо пропищал Педрикус. – Такого потрясающего секса у меня не было уже много лет. Ты настоящая тигрица в постели!
– Мы можем туда отправиться прямо сейчас, – игриво проворковал женский голос.
– Эти проклятая работа лишает меня потенции! – неожиданно взорвался академик. – Вместо того чтобы думать о тебе, дорогая, я все время думаю о доказательствах глобального потепления. Наш ректор еще в Нью-Бабилоне мне прямо сказал: «Результаты проекта «Канут» должны быть однозначны. Глобальное потепление продолжается, уровень океана все время растет. Такова воля Императора, да правит он вечно!» То же самое мне сказали и в Имперской СБ. Как назло наш профессор-правдоруб оказался прав, и все обстоит ровным счетом наоборот. Уровень Северного океана уже лет двести медленно, но падает, и средние температуры воздуха – тоже.