Игра VORoв
Шрифт:
Скоростной лифт привычно вознес Кира на поверхность, где его встретили двое вооруженных охранников в форме сержантов Спецкорпуса. Они просканировали у молодого человека его ладони, но задерживать и обыскивать не стали. «Все же офицерский мундир иногда может быть полезен», – отметил про себя Кир. Он занял место среди немногочисленной публики, которая состояла главным образом из молчаливых офицеров базы и служащих «Хартленд Оил». Последние были в дорогих костюмах и галстуках, но их выдавали загрубевшие руки и лица, а также громкая речь, изрядно сдобренная специфической лексикой. Кир сел на одно из приготовленных для гостей ток-шоу пластиковых кресел и стал осторожно осматриваться. На него никто не обращал внимания. Вокруг суетилось множество людей со значками «Первого Имперского канала», но ни Педрикуса, ни Дисконта, ни семейства МакГрегоров пока видно не было.
Непривычное сочетание тепла и свежего воздуха подействовали на Кира несколько расслабляюще. Он едва не задремал в своем кресле и поэтому пропустил появление главных действующих лиц. Лишь массовое восстание окружающих со своих мест под звуки Имперского гимна вывело Кира из состояния легкой прострации. Юноша поспешно вскочил и увидел, как к своему почетному вип-креслу в первом ряду прошел сам командующий базой. Мерзляков был одет в парадный генеральский мундир, украшенный множеством нашивок и наград. Его лысину прикрывал все тот же форменный пятнистый берет. Мерзлякова сопровождали академик Педрикус и обе Елены. Телевизионщики оперативно нацелили на них свои камеры. Арнольд МакГрегор отсутствовал. Кир едва успел порадоваться этому обстоятельству, как гимн стих и ток-шоу со скромным названием «В гостях у гения» началось.
Расчет академика на женскую красоту в науке полностью оправдался. Агрессивная сексуальность Елены-младшей была блестяще дополнена зрелым эротизмом ее матери. Ранее на базе госпожа Дисконта придерживалась более скромного имиджа, чем ее дочь, но сегодня она без труда превзошла ее. Яркое оранжевое платье Дисконти с небольшой добавкой черного цвета притягивало взоры почти с гипнотической силой. Глубокий разрез от бедра приоткрывал сильные смуглые ноги, золотистые туфли на прозрачных шпильках делали женщину выше. Грудь и плечи Дисконти были почти полностью закрыты, но обтягивающая ткань платья выгодно подчеркивала ее великолепно сохранившиеся формы. Общее сочетание формальной скромности с продуманными намеками на взрывной темперамент, а также кошачья грация движений делали Елену-старшую главным украшением шоу. На фоне матери Елена-младшая выглядела несколько простовато, но все же выдерживала конкуренцию благодаря молодости, энергии и животному магнетизму. Собравшаяся в импровизированной студии сугубо мужская публика глазела на женщин, не отрываясь. Глаза блестели, на лицах читался живейший интерес к происходящему, не было зевков, никто не отвлекался на посторонние разговоры.
Именно такой реакции и добивался Педрикус. Ведущий и главная звезда собственного шоу предстал перед камерами в элегантном темно-синем костюме. На его носу появились ранее не замеченные Киром миниатюрные очки-половинки. Они делали взгляд седобородого академика исполненным проницательности и глубокой мудрости. Свою речь Педрикус густо пересыпал всякими древними красивостями из забытого доимперского языка. Даже неплохо эрудированный Кир был сбит с толку многочисленными «эрго», «эт ал», «нота бэне», «сапиенти сат» и прочими «сик». Остальная аудитория как местная, так и та, что должна была внимать академику по комм-сети, явно не понимала ничего. Этот ораторский прием ученого шоумена неприятно напомнил Киру бессмысленное, но впечатляющее камлание магов и, видимо, служил той же цели.
Напустив туману и представ этаким продвинутым жрецом от науки, Педрикус кратко обрисовал официальную историю глобальных изменений климата. В далеком прошлом, на заре Империи, люди жили более скромно, но праведно. Они работали на земле, искренне почитали богов, не стремились к роскоши и разврату. Климат был умеренным и стабильным. Однако слуги лукавого Аримана соблазнили людей создавать различные машины и переселиться в тесные города. Для работы машин требовалось топливо: дрова, уголь, нефть и газ. Сжигая эту «плоть земли», люди совершают богопротивные поступки, за что им было послано наказание свыше. Углекислый газ и другие продукты сгорания топлива накапливаются в воздухе, образуя там невидимую человеческому глазу пленку. Она пропускает тепло Солнца к земле, но не выпускает его излишки обратно в высшие сферы. В результате суша и моря перегреваются. Засухи и прочие стихийные бедствия стали обычным делом. А главное, что за прошедшие века полностью растаяли льды на севере. Это привело к повсеместному росту уровня моря и угрозе Всемирного Потопа.
Кир припомнил, что Педрикус недавно говорил на эту тему свой любовнице, и мысленно поаплодировал его убедительности и наглости. Академик тем временем продолжал демонстрировать свой профессионализм.
«Праведные маги и святые ауты не оставляют наш грешный мир своими заботами, – гремел ученый. – Боги внимают им и даровали людям надежду на прощение. Эта созданная аутами дамба стала материальной преградой на пути морских волн. Империя уменьшила потребление топлива. Но, чтобы заслужить спасение, надо предпринять еще многое. Мы должны сжигать еще меньше нефти и газа, больше думать о духовном, а не о плотском. Только так можно вернуть золотой век Империи! Некоторые безответственные люди, выдающие себя за ученых, нагло заявляют, что глобальное потепление давно закончилось. Нет сомнений, что они действуют по наущению тайных и явных врагов Империи, экстремистов и террористов».
Тут Педрикус сделал небольшую эффектную паузу и продолжил:
«Но оставим вопросы нравственности достойнейшим. Мы, скромные ученые Империи, давно исследуем феномен глобального потепления. Действительно, реликтовые льды Севера растаяли, но это не означает, что Океан больше не наступает. Далеко на юге тоже есть льды, и они продолжают таять, повышая уровень моря. Кроме того, постоянно растущая температура океанских вод неизбежно приводит к ее тепловому расширению. Всем известно, что горячая вода занимает больший объем, чем холодная. Рассмотрим некоторые найденные мною доказательства, что глобальное потепление продолжается, и угроза Всемирного Потопа реальна как никогда».
По взмаху руки академика на огромном экране замелькали разнообразные цветные графики и схемы. Затем ассистирующие Педрикусу женщины начали подходить с микрофонами к «случайным» представителям из числа присутствующей публики, которые задали знаменитому ученому несколько «острых» вопросов. Когда Елена-младшая прошла мимо Кира, чтобы сунуть микрофон под нос какому-то красномордому нефтянику, юный вор чуть не задохнулся от возбуждающего запаха ее тела. Какое-то время он мог смотреть только на Елену. Кровь бешено застучала в висках Кира, и лишь отдаленным фоном до него доносились слова Педрикуса. Тот продолжал разглагольствовать о каком-то устойчивом развитии, пределах роста, парниковых газах и нефтяных квотах.
Когда Кир наконец-то справился с накатившим на него возбуждением, ток-шоу достигло своей кульминации. «Мы находимся сейчас на вершине огромной дамбы, построенной на берегу Северного океана, – Педрикус широким жестом обвел окружающую действительность. Послушные ему камеры дали соответствующий план. – Как вы можете видеть, господа, я и мои очаровательные ассистентки одеты достаточно легко». Переждав ожидаемые скабрезные смешки публики, академик продолжил:
«Сейчас здесь настоящее лето, светит солнце, дует теплый ветерок. Мы чувствуем себя вполне комфортно. Но еще десять лет назад здесь было царство вечного холода. Даже в летние месяцы на побережье Северного океана шел снег, люди были вынуждены носить зимнюю одежду. Вот как это выглядело».
На главном экране появилось видео, показывающее заснеженную вершину мегадамбы и впечатляющие снежные заряды на фоне проложенного по тундре нефтепровода. Кир безошибочно узнал пейзаж примерно недельной давности, когда в окрестностях базы случилось очередное похолодание. Юноша еще раз подивился нахальству Педрикуса, который легко выдал недавнюю съемку за архивные материалы. Академик, тем временем, выложил свой решающий козырь.
«Если у кого-то еще остались сомнения в реальности глобального потепления, мы можем предложить вашему вниманию действительно уникальные видеоматериалы, полученные мною непосредственно во время настоящей экспедиции. Наука творится на ваших глазах, господа!»
Вновь на главном экране появилось изображение мегадамбы. Ракурс постепенно смещался. Знакомая плоская вершина сменилась отвесной серой стеной, затем возникла выступающая из нее короткая металлическая труба. На фоне стены она казалась тонкой соломинкой, но Педрикус оперативно разъяснил ее истинные размеры и предназначение. Труба имела диаметр около трех метров и извергала в океан непрерывный поток мутной воды. Академик напомнил о протекающей в окрестностях базы реке, которую пришлось зарегулировать таким образом. Изображение на главном экране продолжало меняться. Отвесная стена резко оборвалась в океан, пошли кадры подводной съемки. Скрытая в океане поверхность дамбы казалась более темной и неровной. Наконец прожекторы подводного батискафа осветили один из ее участков. Зрители увидели немного поврежденную, но вполне узнаваемую металлическую трубу, сходную с той, что торчала над уровнем моря. Внутри подводной трубы виднелась относительно ровная и более светлая заплатка, выполненная из гипербетона или другого подобного материала.