Игра VORoв
Шрифт:
«В прошлом эта труба служила для выхода реки в океан, – прокомментировал Педрикус. – Ее современный аналог расположен выше более чем на двадцать метров. Это дает нам наглядное представление о подъеме уровня моря. Если бы не дамба, построенная здесь нашими предками по велению мудрых аутов, значительная часть Северного Хартленда находилась бы сейчас под водой. Как вы сами можете видеть, господа, угроза Всемирного Потопа реальна как никогда!»
Зрители в импровизированной студии как завороженные следили за изображением на экране. Рассказ Педрикуса и показанное им видео «зацепили» даже офицеров Спецкорпуса и нефтяников. «Действительно сильный сюжет и выглядит подлинным, – отметил про себя Кир. – За одним небольшим нюансом».
Ведущий немного насладился произведенным эффектом и перешел к заключительному слову. «Глубоко заблуждаются те, кто считает приоритетом пресловутый «прогресс», «свободу» и «права человека». Все это – проявление человеческой гордыни, которой мы не можем более потакать. Боги желают видеть людей скромными и праведными, а не «свободными». Наказание за грехи и своеволие – разгул стихий, перед которым бессильны любые жалкие достижения человечества! От имени науки я заявляю: естественные богатства, дарованные нам богами, должны цениться максимально высоко. А мы, ученые, должны подавать пример смирения».
На этой пафосной фразе Педрикуса специальный выпуск ток-шоу «В гостях у гения» завершился. Как и было заранее условлено, раздались бурные аплодисменты присутствующей публики. Кир поймал себя на том, что машинально аплодирует вместе со всеми, и раздраженно сунул руки в карманы. «Я пришел сюда поговорить с Еленой, а не помогать этим мерзавцам дурить людей!» – яростно подумал юноша. На экране пошла очередная реклама. На съемочную площадку выскочил какой-то холеный толстозадый телевизионщик со значком «Первого Имперского канала» и заорал:
«Стоп! Снято! Господа, не расходитесь! У нас еще реклама от спонсора». Затем он повернулся к Педрикусу и добавил: «Прямая трансляция на большую часть Хартленда прошла успешно. Римленд, как и планировалось, попал в прайм-тайм. Трансляцию на Айленд и восточные сатрапии Хартленда дадим позже. Сами понимаете, разница во времени. А сейчас давайте быстренько запишем рекламу. Она пойдет уже в наш следующий блок».
Герр академик брезгливо поморщился и слегка коснулся миниатюрного скрытого наушника. Видимо получив от невидимого суфлера какие-то подсказки, он кивнул телевизионщику Тот дал отмашку камерам. Педрикус небрежно притянул к себе обеих прекрасных Елен и, обняв их за талии, наградил белозубой улыбкой потенциальных зрителей. Продолжая улыбаться и обнимать женщин, ученый шоумен выдал заготовленный текст: «Ворбит» – это по-настоящему научный способ борьбы с кариесом! «Ворбит» лучше, чем инструмент стоматолога!»
Кир догнал предмет своей страсти, когда Елена заходила в лифт, идущий вниз. В кабине больше никого не было, и Ворсмит счел, что лучшего момента для решительного объяснения ему не представится. Молодой аристократ ловко проскользнул через уже закрывающиеся двери лифта и, оказавшись наедине с девушкой, решительно заблокировал это средство передвижение нажатием кнопки. Елена посмотрела на него с некоторым удивлением, но без страха.
– Если ты собрался меня изнасиловать, то хочу сразу предупредить. Я тебе не отдамся, – спокойно заметила молодая женщина. – Кроме того, в каждом лифте есть видеокамера.
Такое начало разговора несколько обескуражило Кира, но он уже не мог остановиться. Наплевав на видеосъемку, юноша довольно бессвязно начал излагать Елене свои потаенные мысли о любви к ней, а также все, что он думал о Арнольде МакГрегоре. Елена терпеливо слушала его с несколько ироничной улыбкой. Еще не успев закончить свои излияния, Кир почувствовал, что полностью провалился.
– Скажи, что я тебе нравлюсь хотя бы немного! – отчаянно взмолился несчастный влюбленный.
– Ты жалок, смешон и совсем мне не нравишься, – убила все надежды Кира Елена. – И вообще, что ты знаешь о любви и ненависти, мальчик?
Красавица наклонилась к юноше и небрежно коснулась его мужских органов через ткань форменных брюк. От такого воздействия и без того перевозбужденный Кир невольно вскрикнул и самым позорнейшим образом кончил в штаны. Елена презрительно усмехнулась, разблокировала лифт и через несколько секунд вышла на нужном ей этаже. Двое охранников в мундирах Спецкорпуса проводили роскошную брюнетку восхищенными взглядами, а затем со смесью удивления и раздражения уставились на скорчившегося Кира. От необходимости объясняться с ними сраженного оргазмом юношу милосердно избавили закрывшиеся двери лифта.
Глава 17. Лабиринт
Ночью Киру не спалось. Долгожданное объяснение с Еленой оказалось совсем не таким, каким оно представлялось в его романтическом воображении. Юноша чувствовал себя опозоренным, преданным и оскорбленным. А самое главное – смысл жизни снова ускользнул от Кира. «Я потерял Брутари, Гарри, Андермена, а сейчас и Елену, – мрачно думал он. – Получается, что я никому не нужен и всем приношу одни несчастья». От таких мыслей Кир даже расплакался. С большим трудом он взял себя в руки, встал с постели и умылся холодной водой. «Я не плакал, когда убили Брутари, Андермена и даже Гарри, – несколько отстраненно отметил он. – Мне было очень плохо, но слез не было. Почему они появились сейчас? Из жалости к себе?»
Кое-как одевшись, Кир на всякий случай прихватил заряженный пистолет и отправился немного прогуляться. Сначала он хотел подняться на вершину мегадамбы, подышать свежим морским воздухом, увидеть небо, но остановился, едва пройдя немного по коридору. Его внимание привлекла простая пластиковая дверь, расположенная между помещениями Гидрометцентра и общественным сортиром, где ему вчера предлагали суперпентотал.
«А ведь это тот самый чулан уборщика, где жил Гарри, – подумал Кир. – Я много раз проходил мимо, но так ни разу здесь не был. Может, там остались какие-нибудь личные вещи бедняги?» Молодой человек огляделся по сторонам. Ночной коридор был пуст и тих, под низким потолком тускло горели дежурные лампы. Поддавшись внезапному импульсу, Кир решительно толкнул дверь чулана. Она оказалась не заперта.
Кир прошел внутрь помещения, которое оказалось едва ли больше какого-нибудь платяного шкафа в особняке Ворсмитов. Здесь никого не было, тусклый свет из коридора почти не рассеивал тьму. Чувствительный нос Кира уловил запах застарелой пыли, грязных тряпок и каких-то химикатов. «Наверное, чистящие средства», – подумал он. Присмотревшись, юноша обнаружил груду пустых картонных коробок, подтвердивших его догадку. Переместив взгляд себе под ноги, Кир заметил на полу что-то вроде пластикового сидения с крышкой для унитаза. Пластик был старый, грязновато-серый, покрытый множеством трещин.
Наклонившись, чтобы рассмотреть неожиданную находку внимательнее, молодой человек сделал неловкий шаг в сторону и тут же споткнулся о попавшееся под ноги металлическое ведро. Орудие труда уборщика с ужасающим грохотом рухнуло на каменный пол. Сам Кир потерял равновесие и свалился на груду коробок. От души выругавшись, он стал разгребать окружавший его хлам в поисках точки опоры. Кое-как встав на четвереньки, юноша нащупал пластиковую поверхность. Уже привыкшие к полумраку глаза Кира помогли ему рассмотреть, что обнаруженный им в чулане странный овальный предмет расположен в небольшом углублении бетонного пола. Кир подумал, что Гарри мог обустроить себе импровизированный сортир, но все же решился открыть то, что оказалось замаскированным люком в полу. В подполье было темно, снизу поднимался затхлый сырой воздух, но характерного зловонья канализации не ощущалось.