Чтение онлайн

громче.
– - Ура, товарищи!

 Тишина во дворе как будто взорвалась. Люди кричали "ура", аплодировали, а в

одном окне даже обнимались.

 К лейтенанту подбежала взволнованная Нина.

 -- Я тебе что говорила?
– - закричала она.
– - Я тебе говорила: осторожней! А ты?

Посмотри, что ты наделал!

 -- Да я чуть-чуть...
– - сказал лейтенант, будто извиняясь.
– - Не волнуйся!

 -- Это называется "чуть-чуть"?
– - не унималась Нина.
– - Мальчик стонет!

 -- О чем и речь! Если бы я как следует -- разве бы он стонал? Он бы тогда

тихонечко лежал...

 Соседи, только что кричавшие и аплодировавшие, вдруг, как по команде, исчезли из

окон. Я даже удивился -- что случилось? Потом понял. Люди повыскакивали изо всех

парадных. Впереди, в голубой майке и в брюках со спущенными подтяжками, несся

дядя Петя.

 -- Ага!
– - кричал он, потрясая кулаком -- Доигрались! Допрыгались! Достукались!

То-то же!

 Ивченко подняли на руки и, как римского триумфатора, понесли по двору. Но

продолжалось это недолго. Послышались позывные сирены и, сигналя "мигалкой", во

двор въехал милицейский "газик". Видно, кто-то успел позвонить в отделение.

Стонущего Шурика, обалдевшего Пашу, и по-прежнему бесчувственного Валеру

погрузили в машину. Туда же влезли Ивченко с Ниной, и "газик" уехал

 -- Ну, я думаю, у вас тут теперь будет порядок, -- сказал Лешка мне и маме таким

тоном, будто это он только что кидал и обезоруживал.

 ...На следующий день нас с Лешкой вызвали к директору. Директор, округлив глаза,

сообщил, что ему звонили из угрозыска и просили срочно нас туда направить.

...Когда мы вошли в знакомый кабинет, капитан Соколов сидел за столом и молча

барабанил по нему пальцами. Лейтенант Ивченко в милицейской форме, с ссадиной на

губе, стоял перед ним по стойке "смирно".

 Кивнув нам "садитесь", капитан продолжал барабанить по столу. Вдруг он резко

повернулся в кресле.

 -- Как же ты мог, Володя?!
– - спросил он страшным шепотом.
– - Ты, милиционер,

профессионал, юрист будущий! На безоружных!..

 Тут я не выдержал.

 -- Да что вы говорите, товарищ капитан!
– - крикнул я.
– - У Шурика нож

автоматический. Трое их! Один Паша чего стоит!

 -- Они безоружны перед ним!
– - резко сказал капитан.
– - Да ты что, сам не видел?!

 -- Все равно, -- влез в разговор Лешка, -- они первые напали! Товарищ лейтенант

сначала ничего и сделать не мог... Вон по губе получил. И ногой ему чуть не

заехали!

 Капитан ехидно засмеялся:

 -- Да, да, да... Бедняжка!.. Ты мне только не вкручивай! Конечно, товарищ

лейтенант первым не полез. Он у нас на юридическом учится, законы знает. Он

сперва дождался, пока его ударят. Да небось еще и побежал от них! Наверняка на

весь двор "не бейте!" кричал. Убедился, что свидетели из окон торчат... Так

было?
– - спросил он у нас с Лешкой.

 Мы кивнули головами:

 -- Так.

 Тут я кое-что начал понимать.

 -- Ну вот, -- продолжал капитан.
– - И получилось типичное состояние необходимой

обороны. Уголовный кодекс РСФСР, статья тринадцатая. "Не является преступлением

действие, -- наизусть процитировал он, -- совершенное... при защите... от

общественно опасного посягательства путем причинения посягающему вреда, если при

этом не было допущено превышение пределов необходимой обороны".

 -- Чего-то я не понял, -- признался Лешка.

 -- А чего тут не понять?
– - хмыкнул капитан.
– - На тебя нападают -- ты имеешь право

защищаться. Вчера вам товарищ лейтенант все наглядно изобразил.

 -- А что значит -- превышение пределов необходимой обороны?
– - спросил я.

 -- Ну, это, предположим, тебя толкнули слегка, а ты кирпич схватил и обидчика по

голове... То есть когда защита не соответствует степени опасности. Ты этих

парней сильно покалечил?

 -- Да что вы, товарищ капитан?!
– - обиженно сказал лейтенант.
– - Нарочно в

песочницу кидал!

 -- Ловко!
– - прищурился Соколов.
– - Все предусмотрел!

 -- Встаньте, пожалуйста, товарищ капитан!
– - неожиданно попросил Ивченко.

 -- Что?!

 -- Ну, встаньте с кресла. На минутку.

Капитан, недоуменно пожав плечами, поднялся. Он был на голову выше лейтенанта и

раза в два шире его в плечах.

 -- Вас в детстве, Владимир Иванович, били?
– - тихо спросил Ивченко.

 -- Я тебе не Владимир Иванович... Ну и что?

 -- Били или нет?

 -- Конечно, а как же?.. Раз, помню, в восьмом классе, -- оживился он.
– - Я после

уроков иду -- они стоят. Четверо. Ждут. Ну, думаю, терять нечего. Одному с

разворота сразу ка-ак врезал! Тут меня кто-то сзади портфелем... А я другого ка-

ак!.. Тут мне ногой! А я его ка-ак!.. А в чем дело?
– - спохватился он.

 -- Это не били вас, Владимир Иванович. Это вы дрались. А меня били.

 -- А какая разница?

 -- Вот вы всегда, наверное, были такой... ну, большой по отношению к другим...

А я вот всегда таким же маленьким был... опять же все в соотношении...

 -- Сесть можно, товарищ лейтенант?
– - спросил Соколов.

 -- Садитесь, -- разрешил Ивченко.

 -- Володя, -- капитан потер лоб.
– - Володя, дорогой, ну разве я не понимаю! Я бы

этих гадов...
– - Он потряс сжатым кулаком и стукнул им по столу.
– - Но ведь нельзя

же так. Если бы кто-нибудь из соседей подобным образом действовал или прохожий,

я бы ему первый спасибо сказал. Честь и слава, что вступился, себя не пожалел. И

закон это разрешает, и по совести в самый раз! Но ведь мы не соседи и не

прохожие!.. Мы -- милиция!..