Чтение онлайн

Нижняя рука Ракшаса, остававшаяся ещё рабочей, метнулась ко мне и сомкнулась на лодыжке. Острые как бритвы когти впились в кожу, пронзив ботинок, как бумагу. Боль выстрелила от стопы до колена, и мир на секунду побелел перед глазами. Ракшас рванул, и меня подбросило в воздух. Мелькнул потолок с острыми шипами кристаллов, потом пол, потом потолок снова. Демон швырнул меня через весь зал, и я врезался в постамент с кристаллами, разбив его в осколки, которые впились в спину и руки десятками мелких жалящих уколов.

Я лежал на полу среди кристаллического крошева, и перед глазами плыли цветные круги. Лодыжка горела огнём, из порезов и проколов сочилась кровь. Спина была усеяна осколками, каждый из которых саднил отдельно. Арбалет за спиной хрустнул при ударе, и я понял, что ложе сломано. Нож на поясе, единственное оставшееся у меня оружие, казался жалким против трёхметровой четырёхрукой громадины.

Сульфур выпустил три стрелы подряд. Золотые росчерки впились демону в бок, в бедро, в верхнюю левую руку. Каждый выстрел прожигал чешую и вырывал рёв боли, но демон не падал. Раны дымились, чёрная кровь текла, но Ракшас продолжал двигаться так, как будто даже световые стрелы были комариными укусами.

Тут Гелиос, про которого я, надо сказать, успел забыть, снова ринулся в бой. Паладин был залит кровью от рёбер до колена, четыре борозды на боку сочились при каждом движении, но меч в его руке описывал те же выверенные дуги, что и в самом начале боя. Двенадцать лет тренировок в Ордене не позволяли телу остановиться, даже когда разум кричал от боли.

Гелиос ударил снизу, целясь Ракшасу в пах. Демон отступил, и клинок рассёк воздух в сантиметре от чешуйчатого бедра. Паладин довернул кистью и рубанул обратным ходом – на этот раз попал. Лезвие вошло в бедро, распоров чешую и мышцу на ладонь в глубину. Чёрная кровь хлестнула, залив Гелиоса с ног до головы.

Ракшас вновь ударил руками, теперь уже разбалансированно, вразнобой и от этого непредсказуемо. Верхние обрушились на голову и плечи, нижние рванули с боков. Гелиос успел парировать одну верхнюю руку мечом и уклониться от второй, но нижние достали его. Одна рассекла бедро от колена до паха – до самой кости. Вторая ударила в живот, вминая мышцы и выбивая воздух из лёгких.

Гелиос согнулся пополам, рухнул на колени. Меч зазвенел по камню. Паладин попытался подняться и не смог. Левая нога не слушалась, из рассечённого бедра кровь лилась ручьём, и камни вокруг его колена лаково заблестели.

Ракшас навис над ним. Четыре глаза горели голодным огнём. Верхняя рука поднялась для финального удара, когти блеснули в кристаллическом свете.

Я на секунду сосредоточился. Истерика сейчас ни к чему, истерика не поможет…

Шу, мой верный страж, охотно откликнулся на зов.

– Фас! – мысленно и вслух одновременно, потому что в такие моменты разделять мысли и слова бессмысленно.

Чёрный дым поднялся столбом, густой и плотный, пахнущий серой и мокрой шерстью. Шуссува материализовался в полёте, чёрная тень размером с телёнка, с горящими жёлтыми глазами и оскаленной пастью – и врезался в Ракшаса на полном ходу, сбивая его с ног.

Демон против демона. Шуссува вцепился противнику в горло, клыки заскрежетали по чешуе, и чёрный дым обвил багровое тело, как удав обвивает добычу. Ракшас взревел и ударил всеми четырьмя руками, хлеща по дымному телу волка. Когти проходили сквозь дым, не причиняя вреда. Зато зубы Шуссувы были вполне материальны, и чёрная кровь Ракшаса потекла из прокушенной шеи.

Но он всё равно был сильнее. Намного сильнее. Шуссува был демоническим волком, быстрым и хитрым, но его размер и мощь не шли ни в какое сравнение с четырёхруким великаном, пережившим тысячелетия в кристаллическом подвале. Ракшас ухватил Шуссуву верхними руками за загривок, оторвал от себя и швырнул в стену. Волк ударился о кристаллы, пролетел сквозь друзу, разбив её в осколки, и покатился по полу, рассеивая вокруг дымные клочья.

Шуссува попытался встать, но ноги подкосились. Дымное тело мерцало, теряя плотность. Призыв стоил мне сил, и эти силы иссякали, а вместе с ними рассеивался и волк. Через несколько секунд Шуссува втянулся обратно в печать, а я с удивлением обнаружил, что стою на четвереньках, с гудящей головой и чёрными кругами перед глазами.

Ракшас встряхнулся. На его шее остались следы зубов Шуссувы, из прокусов всё ещё текла чёрная кровь, но раны затягивались на глазах. Не мгновенно, а медленно, с хрустом срастающейся чешуи и мокрым чавканьем восстанавливающейся плоти. Регенерация. Демон залечивал повреждения, питаясь энергией кристаллов, которые его окружали.

Я огляделся. Практически все мои спутники были серьёзно ранены, а сам я измотан призывом Шу. Оружие потерял не я один, все мы, пожалуй, кроме Сульфура, который где-то затаился, вероятно, лихорадочно думая, что ещё он может предпринять… Оценив ситуацию, надо было сделать соответствующий вывод.

Но выводов не будет. Когда выводов нет, остаётся действовать.

Я нащупал за пазухой кристалл Воды. Потом посмотрел на Ракшаса. Потом на зал, усеянный кристаллами всех мастей. Влаги в воздухе нет. Источника воды поблизости нет. Но кристалл воды, который я забрал из сейфа Марты, это не просто батарейка. Это источник стихии, заключённый в минеральную оболочку. Источник, который маг Воды способен раскрыть.

Я выхватил кристалл. Голубое свечение залило ладонь, и я почувствовал его энергию, чистую и холодную, как горный ручей. Потянулся к нему магией, установил визуальный контакт с пульсирующим ядром, и вода откликнулась. Не из воздуха, не из реки, не из облаков. Из самого кристалла, из его сердцевины, где тысячи лет хранилась сконцентрированная влага.

Струя воды вырвалась из кристалла и ударила Ракшаса прямо в нелепое лицо. Не капля, не брызги. Поток, плотный и узкий, как из пожарного шланга, с давлением, способным сбить человека с ног. Ракшас на миг захлебнулся, четыре глаза мигнули, и демон пошатнулся, ослеплённый и оглушённый. Вода заливала ему ноздри, рот, забивала горло, не давая дышать.

Две секунды. Три. Четыре. На пятой Ракшас с рёвом стряхнул воду, рванулся вперёд и ударил верхними руками по камням, на которых я стоял. Плиты раскололись, и меня подбросило в воздух ударной волной. Я перелетел через постамент, ободрал бок о кристаллическую друзу и рухнул на пол, чудом не выронив кристалл.

– Сульфур! – заорал я. – Глаза! Цель ему в глаза!

Лучник не ответил. Но услышал, и этого было достаточно. Тетива щёлкнула, золотой росчерк прочертил полумрак зала и ударил Ракшаса в верхний правый глаз. Глаз лопнул, как перезрелый плод, густо брызнув чёрным. Тварь завизжала, тонко и пронзительно, и визг был настолько нечеловеческим, что от него свело зубы и волосы на затылке встали дыбом. Демон схватился за лицо верхними руками, закрывая повреждённый глаз, и на секунду потерял ориентацию.

Сульфур выстрелил снова. Стрела вошла во второй верхний глаз. Ослепительная вспышка, визг, от которого на стенах затряслись кристаллы. Ракшас заметался по залу, молотя руками вслепую. Верхняя левая рука снесла целый постамент, кристаллы разлетелись по полу, звеня и подпрыгивая. Нижняя рука врезалась в стену, пробив стену и увязнув в ней по локоть.

Два глаза из четырёх. Боковые, маленькие, ещё работали, и Ракшас ориентировался по ним, но обзор существенно уменьшился, и движения демона стали дёрганными, неуверенными.