Чтение онлайн

Геомантка заинтересованно подняла бровь:

— Эх, ну давай.

— Тогда держись за меня и не отпускай, что бы ни произошло.

Она с опаской взяла меня за руку. Её пальцы были прохладными и чуть дрожали — то ли от волнения, то ли от утреннего холода. Я сосредоточился, позволяя магии земли наполнить меня. Земля откликнулась мгновенно.

С помощью Каменной поступи мы шагнули вперёд и погрузились в породу, словно в густую воду. Василиса судорожно сжала мою ладонь, но не издала ни звука. Вокруг царила абсолютная тьма и тишина, только наши тела скользили сквозь толщу земли, направляемые моей волей.

Через минуту мы вынырнули в пещере. Василиса тяжело дышала, её глаза расширились от пережитого опыта.

— Это было… невероятно, — выдохнула она. — Я чувствовала твердь вокруг, но не могла его контролировать. Словно плыла в каменном океане.

Я достал из кармана светокамень, осветив пространство вокруг. Пещера оказалась просторной — метров двадцать в диаметре, своды терялись в темноте. Часть потолка обрушилась от поспешного выхода Кощея, но большая часть пространства сохранилась.

И тут Василиса ахнула.

— Прохор, смотри!

Она указывала на дальнюю стену. В свете кристалла там мерцали серо-синие прожилки, пронизывающие породу густой сетью. Сумеречная сталь. Но не обычная — даже издалека чувствовалось, что она иная.

Мы подошли ближе. Голицына провела рукой по металлическим жилам, и те откликнулись слабым свечением.

— Невероятная концентрация, — прошептала геомантка. — И структура… Прохор, эта руда веками пропитывалась энергией Кощея. Она изменилась на молекулярном уровне.

Я коснулся металла, почувствовав его суть. Сталь жаждала формы, жаждала стать чем-то большим. В ней дремала сила, способная усиливать магию носителя, впитывать заклинания, сохранять остроту веками.

— Из этого выйдет легендарное оружие, — произнёс я, оценивая объёмы. — Или доспехи, способные выдержать удар Лорда.

— Сколько тут? — Василиса уже доставала планшет, делая пометки.

— Навскидку… тонны три чистого металла после переплавки. Но добраться сюда будет непросто. Придётся пробивать наклонную штольню от основного ствола.

Княжна кивнула, продолжая делать записи. В полумраке пещеры её сосредоточенное лицо казалось особенно красивым — тонкие черты, решительный изгиб губ, блеск азарта в глазах.

— Зато оно того стоит, — заключила она. — Такое качество Сумеречной стали не купишь ни за какие деньги. Демидовы и Яковлевы лопнут от зависти.

Мы ещё с полчаса исследовали пещеру, отмечая расположение рудных жил и оценивая объём работ. Потом я снова взял Василису за руку и перенёс нас обратно на поверхность.

Возвращаясь с шахты к дому воеводы, я решил пройти через жилые кварталы, чтобы лично увидеть то, о чём докладывал Захар. В последние недели я слишком сосредоточился на большой картине. Всегда нужно держать руку на пульсе, потому что из мелких проблем часто складываются большие неприятности.

То, что я увидел, заставило остановиться.

У деревянных бараков, построенных перед Гоном для беженцев, толпились люди. В дверном проёме двое мужчин спорили, почти переходя на крики:

— Моя очередь спать на койке! Вчера ты занимал!

— Да я только четыре часа поспал, потом на смену ушёл!

Заглянул внутрь через окно. В комнате, рассчитанной на четверых, втиснулось не меньше десятка человек. Матрасы лежали прямо на полу, вещи свалены в углах, воздух спёртый, тяжёлый. На одной койке спали двое детей валетом.

Пошёл дальше. У колодца стояла очередь человек в двадцать — единственный источник воды на весь квартал не справлялся. Женщина с ведром устало прислонилась к срубу и пожаловалась соседке в очереди:

— Час уже жду. А дома трое детей, есть приготовить надо.

Свернул к старым избам. Из курятника — да, самого настоящего курятника — выглянул пожилой мужчина в опрятной одежде. Увидев меня, смутился, попытался пригладить растрёпанные волосы:

— Ваше Сиятельство… Я… Мы временно здесь, пока не найдём что-то подходящее.

За его спиной мелькнули детские лица. Трое. В курятнике.

— Вы магистр Аронов? — узнал я по недавнему докладу того самого нового преподавателя.

— Так точно. Простите за… обстоятельства. Вдова Матрёна любезно сдала нам это… помещение. Тридцать копеек в день, — он криво усмехнулся. — Весьма… расчётливая особа.

— Вам не за что извиняться, — глухо ответил я.

Дальше, у трактира, кучка местных парней обступила двух студентов:

— Понаехали тут! Цены задрали, жить негде стало!

— Мы сами платим втридорога за угол в сарае! — огрызнулся один из студентов.

— Так нечего было сюда переться!

Стражники Крылова, патрулировавшие улицу, уже спешил разнимать готовую вспыхнуть драку.

У торговых рядов картина была не лучше. Люди устраивались кто как мог.

Пока шагал к дому воеводы другой дорогой, мысли мои крутились вокруг увиденного. Я обещал этим людям новую жизнь, образование, работу. А дал им курятники и драки у колодцев.

Университетский городок нужен был не через месяц. Он нужен был вчера.

Но тут же, на пустыре за рядами, увидел и другое. Десяток рабочих под руководством плотника Михея ставили первые шатры — большие, крепкие, с деревянными настилами. Глава артели плотников командовал разгрузкой телег с брезентом и досками.

— Воевода! — заметив меня, он подбежал. — Будет тридцать шатров, каждый на двенадцать человек. К вечеру поставим половину.

— Печи?

— Будут завтра. Походные, железные. По одной на шатёр. И дрова уже заготавливаем.

Подошёл к одному из почти готовых шатров, заглянул внутрь. Просторно, сухо, деревянный настил поднят над землёй — никакой сырости. Нары в два яруса вдоль стен, в центре место для печи.

— Венедикт Павлович, — вернувшись, окликнул я профессора.

Аронов выглянул из курятника, смущённо поправляя мантию.

— Там шатры ставят для тех, кому не хватает жилища. Можете переехать туда утром, если хотите.

Глаза пожилого мага расширились:

— Но… Ваше Сиятельство… Это же…