Чтение онлайн

Император повернулся к Морскому Ястребу.

— Что касается вас, адмирал дил Виссар…

Морской Ястреб в упор смотрел императору в глаза. Глаза у него были светлые и не моргали — и правда, птичьи какие-то глаза.

…То я готов удовлетвориться вашим словом дворянина, что вы не попытаетесь оставить Тинмоуд до официального заключения мира с Архипелагом.

— Значит ли это, что после того, как вы заключите мир с Госпожой, я буду свободен?

— Разумеется. Слово императора.

— В таком случае я даю вам слово дворянина.

— Неудобно как-то, — смущённо сказал Дерваль. — По сути, главное сделал ты, а весь почёт и награды достались мне.

— Меня трудно наградить, — усмехнулся Кеалор. — Дворянство у меня и так есть. Именную шпагу мне вручать нет смысла, у меня фамильная есть. На крупное земельное пожалование моя эскапада ну никак не тянет, а мелкое мне давать как-то неудобно. Ну и вообще, подумай, кто ты и кто я? Ты — уважаемый человек, капитан с отличным послужным списком, тал Сиол тебя отличает. А я — так, начинающий офицер, да ещё и подозрительный тип. Так что всё правильно. Тем более что главное, что мне нужно было от всей этой истории, я получил.

— Что же это, интересно?

— А то, что император оч-чень внимательно на меня посмотрел.

— Не понял?

— Он меня заметил. И запомнил. Пока мне этого достаточно. Что мы будем делать дальше?

— По-хорошему, нам надо подремонтировать корабль и идти в море на воссоединение с эскадрой. Вот только, учитывая, что послезавтра зимнее солнцестояние, я не уверен, что нам это удастся.

Дерваль оказался прав. Пока «Олень» стоял в доках, с океана задули такие ветры, что выход в море оказался невозможен.

Это никого не огорчило. Дерваль занялся устройством своих дел, необходимых новоиспечённому дворянину. Он навестил пожалованное ему поместье — землю вокруг устья реки в сотне миль к северу от Тинмоуда. Жители тамошних рыбацких деревушек отнеслись к переходу из-под казённого управления в поместное довольно равнодушно, тем более что Дерваль и сам не знал толком, что ему делать с этим поместьем. Про оброк он, конечно, слышал, но, заглянув в пару домов и посмотрев в глаза нескольким женщинам, махнул рукой и решительно заявил, что требует только снабжения продуктами его и его сопровождающих во время его присутствия в поместье. Эта новость была встречена настороженно — кажется, рыбаки ей не поверили.

Ещё одной проблемой у Дерваля был герб. Вообще-то герб ему был нужен примерно так же, как и поместье, но раз полагается, значит, надо. Первый эскиз — золотой ястреб в серебряной цепи на лазурном поле — Дерваль с ужасом отверг.

— Понимаешь, если бы я сам захватил Морского Ястреба, это ещё бы куда ни шло, — объяснял Дерваль Кеалору. — А так — спасибо, не хочу.

После долгой ругани и пререканий они с художником сошлись на серебряном корабле и золотом мече на том же лазурном поле.

Команда Кеалора принялась весело пропивать своё тройное жалованье, а сам Кеалор вернулся к светской жизни.

Посреди менуэта Эмпи вдруг остановилась.

— У меня кружится голова, — сказала она Кеалору. — Здесь, должно быть, так душно! Проводите меня на балкон.

Кеалору и самому хотелось на балкон. Но что-то в лице Эмпи ему не понравилось. Или это в свете свечей кажется, что на щеках и лбу проступают синеватые пятна? Он принюхался, но в спёртом воздухе зала среди запахов пота и духов уловить еле заметный характерный аромат ванили ему не удалось. И все же это, кажется, не просто усталость.

— Перед глазами круги? За ушами болит?

— Ну да, слегка побаливает, — удивлённо ответила Эмпи.

Кеалор схватил Эмпи на руки:

— Эмпи, где ваша спальня?

— Но это неприлично так сразу!

— Умирать в вашем возрасте определённо неприлично!

Заметив странное поведение гостя, к Кеалору пробрался мажордом, следивший за порядком в зале. Кеалор схватил его за рукав и прошептал:

— Эрмет, отправьте кого-нибудь из ваших людей в храм Виэму. Верхом. У госпожи Эмпи ванильная лихорадка!

К счастью, мажордом название «ванильная лихорадка» знал. Не задавая лишних вопросов, он кивнул и выбежал из зала.

Слова «ванильная лихорадка» обратили на себя внимание ещё не­с­коль­ких гостей. Подвыпивший драгунский капитан изменил свою не­с­коль­ко неровную траекторию движения по залу и оказался вблизи Кеалора:

— Тал Альдо, что это вы девушку такими страстями пугаете?

— О, тал Керам, хорошо, что вы здесь, — обрадовался Кеалор. — По-моему, на этом балу присутствует человек пять офицеров из вашего полка. Поскорее соберите их и перекройте все входы и выходы из дома. Никого, кроме жриц Виэму, не впускайте и не выпускайте. Только эпидемии ванильной лихорадки нам в Тинмоуде и не хватало.

Поняв, что дело явно вышло за пределы обычной светской шутки, капитан мгновенно протрезвел. К сожалению, паники избежать не удалось. Новость распространилась по залу со скоростью степного пожара.

И не успел Кеалор дотащить Эмпи до спальни, как их разъярённым коршуном нагнала таллэ Эйкет:

— Что происходит, тал Альдо? Вы переполошили всех гостей. С чего вы решили, что у моей дочери ванильная лихорадка?

— Я видел это в Архипелаге! — конечно, ничего такого он не видел, но для таллэ Эйкет сойдёт. — Её нужно скорее в постель, где её комната? За жрицей Виэму я уже послал.

Водворив Эмпи в постель, Кеалор помчался на кухню.

Ванильная лихорадка была распространённой болезнью в тропических болотистых низменностях. Конечно, шанс заболеть ею у дочери столичного сановника был ничтожен, но ничего невероятного в этом не было. Возможно, какая-то красивая цветная одежда, привезённая с юга, или кто-то из служанок провёл ночь с торговцем пряностями. Заболевали этой болезнью не все — почему, никто не знал, — но симптомы вроде тех, что Кеалор заметил у Эмпи, говорили о том, что больному осталось жить не больше нескольких часов. Потом начиналась необратимая агония.

Сколько времени у Эмпи — два часа, час или полчаса — Кеалор не знал. А храм Виэму, как назло, находился за городской окраиной, там, где начинались поля.

Он спросил у кухарки, где находятся короба с травами и пряностями. Спаржа, лук-порей, шпинат — это всё не то. Ага, а вот эстрагон подойдёт, если тут найдутся тмин и корица. Есть? Корица есть, а тмина не видно. Зато есть эвкалиптовый лист. К эвкалипту надо бы ещё шафран, а шафрана-то как раз и нет. Ладно, попробуем обойтись тем, что есть. Кеалор быстро сложил эстрагон, эвкалиптовые листья и корицу в ступку, залил кипятком и принялся помешивать. И очень надеялся, что никому нет дела до того, что он считает повороты ложки и меняет направление помешивания после каждого десятого поворота. И ещё и беззвучно шепчет что-то себе под нос.