Чтение онлайн

— Какой еще договор? Ха-ха! Пришла договариваться, потому что поняла, как сложно ей жить без семьи? Ну что ж, пусть не старается! Все равно я никогда её не прощу! — не слишком уверенно утешал себя старик. Насколько он уже успел узнать свою внучку, то она не так давно стала очень хитрой и, что самое раздражающее, самостоятельной. Такие не идут на уступки без личной выгоды, а значит, просто так она придет, только если ей это будет нужно…

Старейшина встал, направляясь не сгибающимся шагом на выход. Сегодня была слишком хорошая погода, чтобы засиживаться в комнате и корпеть над плотными бумагами. Возможно, он даже заглянет за ворота, посмотреть в глаза бывшей внучке.

Что Глава дома чувствовал в этот момент? Нетерпеливость, от чего ладони вспотели так, будто он снова оказался отвечающим перед Императором? Единственное, на что он надеялся, что эта хитрая лиса не опозорит вновь их семью!

Старейшина уже почти дошел к двери, когда его некрасивый слуга все же соизволил закончить со всеми радостными новостями:

— Мисс сказала, что вы так и не прислали ей имущество, прописанное в договоре… Приданое своей матери… она хочет забрать его сегодня лично!

Старик так же резко остановился, шаркнув изысканной обувью по полу. Казалось, замерло и его слабое сердце. Вспоминая тот день, мужчина все больше осознавал, что от злости, которая вырывалась из сердца, грозясь разорвать одну маленькую девчонку на маленькие части, он действительно согласился подписать какую-то бумагу, и даже не попытался вчитаться в текст написанного.

Вот теперь получала старая голова по заслугам!

Старейшина кинул взгляд на стопки книг на столе, и разбросанные свитки на полу, чувствуя себя еще хуже.

Семья Мун, итак, сводит концы с концами. А если эта лисица заберет еще и 1/5 часть казны, можно сразу надевать белые одежды, класть последний кусок золота в рот, и готовиться к бедной смерти.

— Еще она сказала, что если вы не выйдите, то будет стоять там целый день, заблокировав выход… Что нам делать с ней? Не выгонять же палками при стольких людях… — добавлял масло в огонь посланный слуга.

«Ариэла! Почему ты такая дерзкая?! Как в твоей юной голове осмелилась даже родиться такая идея, чтобы прийти к моемо дому и вымогать запредельные суммы денег?!» — думал Старейшина, сдерживая порыв убить кого-либо. Под руку попадал либо маленький слуга, либо работники, либо собственный сын… — «Они все мне пока что нужны! Поэтому лучше научу глупую девчонку манерам, если собственный отец не в состоянии!»

— Бесполезные слуги! — сказал он, и мгновенно бросился к воротам, чтобы увидеть самое большое разыгрывающееся представление в своей жизни, что происходило прямо перед их поместьем.

Сразу напротив главного входа стояла Ариэла, а вокруг неё, разинув рты, собралось множество работяг. Бросив свою работу, они перешептывались, пока девушка с грустным выражением лица рассказывала свою историю:

— …Да, моя мама умерла, когда я была еще совсем маленькой, оставив только меня и отца. Думаю, вы также знаете, что после этого мой родитель пострадал, мужественно защищая нашего Императора, и не мог больше продолжать совершенствоваться! — девушка выплескивала всё свое сожаление и печаль, что со стороны невольно хотелось пожалеть её: собрать дорожки стекающих слез, сжать дрожащие хрупкие плечи, успокоить, заверить, что всё будет хорошо… И никто даже в самых глубоких мыслях не догадывался, кто скрывается внутри нежной личины, — и вот я, полностью уверенная в своем дедушке, втором дяде и тёте, доверила им приданое моей матери. Самые ценные в мире вещи для меня! После стольких лет все вернулось на круги своя, но теперь я слышу, что вовсе не заслуживаю этих денег… Возвращаясь сегодня в поместье Мун, я так расстроена и подавлена. Надеюсь, мой дедушка согласиться, наконец-то, отдать те деньги, которые он пообещал, подписывая договор 10 августа!

Люди из толпы кивали снова и снова, полностью поддерживая Ариэлу в этой ситуации. Старейшина не имел права отказываться от своих слов, даже если эта девушка не являлась его любимой внучкой!

К тому же, отношение к ней и её отцу всей семьей Мун было давно выставлено на показ. Столица знала, что всё, сказанное Ариэлой сегодня, неизменная правда.

Работяги хоть и были слишком глупы, чтобы работать высокопоставленными чиновниками, но, чтобы понять, что Мун просто решили забрать себе чужие деньги, больших умов не надо.

У этой семьи такие большие заслуги в прошлом, но она до сих пор остается жадной к монетам. Что, в конце концов, и погубит её!

— Мы все согласны с вами, мисс! Приданое ваше, и никто, даже Старейшина, не может его удерживать у себя! Вы должны вернуть все до последней монеты! — кричали люди, указывая на дорогие ворота из красного дерева.

— Вот мы и увидели истинное лицо Мун! Они одни из главных семей столицы, сколько денег может забрать одна маленькая девочка?! Если так поступать, разве это не позор для всей семьи?!

После этого было еще много злых и обидных слов, которые стоящий поодаль Старейшина больше не мог терпеть. Он вышел на свет и громко, на всю улицу, закричал:

— Что ты здесь устроила, маленькая лисица?! — ожидающая все это время похожей фразы Ариэла подняла бессовестный взгляд и лениво спросила своего «дедушку»:

— Ох, Старейшина Мун, разве вы не догадываетесь, почему я стою тут? При нашем расставании вы же обещали отправить вещи, которые по праву принадлежат мне и моему отцу. Но я ждала, ждала, а ваши люди все не приходили. Мне ничего не оставалось, как взять нескольких людей из Павильона и помочь вам, если у вас все же недостаточно времени, чтобы решить этот вопрос. Вы не согласны?

Старик стоял, забыв даже как выражать свое негодование. Это — настоящая дочь своей матери: расчетливая, хитрая, лицемерная!

Решиться на такое… Казалось, если Старейшина Мун не согласиться, деньги у него просто отберут силой! Как же унизительно!

— Ты так самонадеянна! Это поместье Мун, а не место, где ты можешь придумывать неправдивые истории о нелегкой судьбе и кричать об этом всем налево и направо! — пока взгляды были обращены на Главу дома Мун, Ариэла хитро улыбнулась. Так, чтобы это увидел только её дорогой дедушка.

— Думаете, я надменная? — с долей иронии спросила она, — Вы ошибаетесь, Старейшина Мун. Я всего лишь хочу вернуть вещи, которые принадлежат мне и моему отцу. Разве это так уж и несправедливо? — в воздухе проступала двусмысленность, провокация, напряжение и противостояние. Ведь не было справедливости, когда над десятилетней хрупкой девочкой издевались и унижали её. Хотя это была и не её вина вовсе!

Отсутствовала она и тогда, когда дорогая сестра пыталась убить девушку из-за своей зависти, и только Небеса помогли Императрице вовремя пробудиться в новом теле! Люди, называющиеся себя семьей, никогда бы не поступили так подло с ней и её отцом. Посему, откуда должна взяться справедливость в душе Ариэлы?

— … Старейшина Мун, вы не можете просто делать вид, что ничего не было. Люди, которые присутствовали в тот день возле вашего поместья, всё видели и могут подтвердить, — на лице девушки просияла легкая улыбка, — И я, как и обещала, не пришла бы сюда вновь, если бы вы сразу выполнили свое обещание.

— Маленькая… да что ты говоришь?! — лицо Старейшины приобрело мрачно-гневное выражение. Разве он знал, что всё так будет? Если бы предвидел, никогда бы не брал в руки тот договор Хаоса!

В этот же момент на крик прибежала Вторая Госпожа поместья — мать Майи, и стала позади Главы дома, сверкая растерянным, но по-прежнему злым взглядом.