Чтение онлайн

С.З.: А сколькими языками Вы владеете?

С.Л.: У меня язык, конечно, английский. Я в свое время очень хорошо, очень хорошо владел испанским языком, потому что у нас в Институте внешней торговли был преподаватель-испанец – профессор Арреги. После гражданской войны он потерял руку, во время гражданской войны, еще молодым человеком. И он приехал сюда, в Советский Союз, и вот стал преподавателем испанского языка. Он по-русски очень плохо говорил, несмотря на то что прошло много лет; но это было очень здорово для нас, студентов, потому что с нами он говорил только по-испански; а молодым ты восприимчив; это уже сейчас для меня было бы трудно воспринимать, а в тот период мы так легко его воспринимали, замечательно. И в результате вот три года обучения испанскому языку позволили мне в общем очень, очень здорово и говорить, не только читать. Я сделал несколько переводов с испанского языка. А потом, увы, вот понимаете, как получается, в будущем, после окончания Института, никакой практики с Испанией.

С.З.: Вам когда-нибудь предлагали стать сотрудником, чиновником каких-то международных организаций: ООН, ЮНЕСКО? Когда-нибудь предлагали Вам перейти фактически ну не на дипломатическую работу, но во всяком случае на постоянную работу в качестве чиновника международной организации?

С.Л.: Да, такие разговоры были, но они меня не очень увлекали. Мне не хотелось заниматься такой чиновнической работой. Другое дело, конечно, что в девяносто третьем году мне предложили стать членом Комиссии уполномоченных для рассмотрения претензий против Ирака в связи с его вторжением в Кувейт. И большое количество претензий возникло к Ираку.

С.З.: Компенсации там?

С.Л.: Да, была создана Компенсационная комиссия ООН, и в рамках этой Компенсационной комиссии было создано несколько групп уполномоченных. В одной из них оказался вот и я. Для меня это было очень интересно. Шестилетняя работа, шесть лет, в общем-то, там мы работали; в составе которой был руководителем канадский посол, юрист из Кении и я. И мы рассмотрели – это смешно сказать – мы рассмотрели более четырехсот двадцати тысяч претензий – четыреста двадцать тысяч претензий! – заявленных физическими лицами из семидесяти стран.

С.З.: Какие достижения Вы считаете наиболее важными в Вашей жизни?

С.Л.: У меня так сложилась жизнь, что мне довелось принимать участие – я не знаю, многим ли другим моим коллегам так повезло, – принимать участие в разработке международных документов. Я уже упомянул, это Совет Экономической Взаимопомощи. Сегодня это история, но в тот период это была чрезвычайно важная задача – подготовка документов, правовых документов в рамках Совета Экономической Взаимопомощи. Это была очень трудная работа, очень сложная работа. Несмотря на то что тогда была, так сказать, социалистическая система вроде бы во всех этих странах, когда мы доходили до практической работы, работы, подготовки каких-то документов, ух, сколько возникало сложностей: с поляками, с чехами, с венграми. А затем это, конечно, тридцать девять лет моей работы в Комиссии ООН по праву международной торговли. И за это время – участие в выработке очень большого количества документов: международных конвенций, регламентов, правил. Вот одна из самых значительных конвенций – это Венская конвенция восьмидесятого года о договорах международной купли-продажи: это несколько лет интенсивной работы.

С.З.: Как по-Вашему, что такое счастье?

С.Л.: Даже для меня самого это настолько многозначное понятие, что ответить на него кратко невозможно. Прежде всего это, конечно, радость семейной жизни: вот это необходимый элемент, без которого, я думаю, счастья быть не может. Ну а затем уже все остальное. Счастье – это и успешная работа, это то, что ты можешь что-то реально делать; это наличие друзей, с которыми тебя связывает дружба, тем более дружба многих лет. Вот эти вот обстоятельства. Поэтому я говорю, что это многогранное понятие – «счастье».

С.З.: Вы счастливый человек?

С.Л.: В общем, я считаю себя вполне… Ну счастливым – это очень широко. Счастливым – это слишком сильно сказано, что я доволен тем, что у меня… как я прожил и что у меня есть сейчас.

С.З.: Сергей Николаевич, большое Вам спасибо за ответы на мои вопросы.

С.Л.: Спасибо, спасибо. Я понимаю, что Вы как интервьюер всегда пытаетесь найти вопросы, которые неожиданные, и Вам это удалось, потому что по некоторым вопросам мне нужно было задуматься, прежде чем пытаться ответить.

С.З.: Спасибо.

Подборка фотографий из личного архива С.Н. Лебедева за разные годы.

Вид Гостиного двора, Рыбного переулка, фасадной вывески «Биржевая Площадь» на здании, в котором находится МАК при ТПП РФ, входа в помещения МАК при ТПП РФ и МКАС при ТПП РФ. Из него выходит С.С. Завриев.

С.З.: Самое ценное для Сергея Николаевича Лебедева – это семья, работа и, конечно же, море. Это была программа «О личном» и с вами был я, Сергей Завриев. До встречи!

Демонстрируются титры:

Ведущий Сергей Завриев

Главный редактор Сергей Завриев

Шеф-Редактор Николай Долгополов

Режиссер Артём Макаревич

Редактор Наталия Примакова

Корреспондент Марина Горячева

Ассистент режиссера Василиса Васильева

Администратор Александра Данилова

Гримеры:

Операторы:

Исполнительный продюссер:

Главный режиссер Екатерина Осипова

Продюсер Мария Рохлина

Генеральный продюсер:

Производство ООО «ТПО Ред Медиа» по заказу ООО «Закон-ТВ» © ООО «Закон-ТВ», 2009 г.

Это интервью было дано совместно с доктором юридических наук, профессором Александром Львовичем Маковским.

– Уважаемы[й] Сергей Николаевич… расскажите, пожалуйста, о тех людях, которые стояли у истоков создания МАК, определяли его развитие как одного из ведущих мировых арбитражных институтов, об их вкладе в это дело и личной судьбе…

С.Н. Лебедев: Справедливый изначальный вопрос. Известно, что арбитраж настолько хорош, насколько хороши арбитры, участвующие в рассмотрении спора. С этой точки зрения лица, входившие в список членов МАК с момента ее образования в довоенный период, затем после Великой отечественной войны и впоследствии, отличались самым высоким профессиональным уровнем – это были ученые, в том числе маринисты, капитаны дальнего плавания, руководители юридических служб транспортных, внешнеэкономических, страховых и других ведомств и организаций, связанных со сферой торгового мореплавания. Здесь невозможно перечислить всех их, да и не хотелось бы, назвавши одних, не упомянуть о других, заслуживающих высокого уважения за их вклад в развитие нашего морского арбитража. Нужно иметь в виду, что МАК, созданная в 1930 г., оказалась первым институционным арбитражем в стране для разрешения споров с участием иностранцев, а вместе с тем и одним из старейших морских арбитражей в мире.

Я попытался восстановить имена многих тех, кто стоял у истоков МАК, в докладе, посвященном ее 50-летию, в январе 1980 г. 1 Среди давних имен упомяну Ю.О. Ленгиел[я], первого председателя МАК, подвергшегося в 30-е годы репрессиям, и А.Д. Кейлина, четверть века возглавлявшего МАК, тесно связанных с ее работой и развитием морского права Ю.А. Авсова, И.А. Сергеева, Р.Л. Самойловича, П.П. Виноградова, Л.А. Фурмана, В.В. Манжина…

Среди тех, кто позже играл важную роль в развитии нашего арбитража, в том числе часто выступал в качестве арбитра, назову Г.А. Маслова, Ю.X. Джавада, А.К. Жудро, А.И. Шпектрова, Г.С. Бургучева, Е.К. Медведева, О.В. Кожевникова, З.И. Богомолову, А.П. Вислых, Н.В. Баранову…