Чтение онлайн

пересечете первым. Справа одна за другой резвые «Марути» будут

выезжать вперед и прижиматься к вам как к горячо любимой женщине.

Боковых зеркал не существует в принципе, потому что они мешают

жизненному пространству рядом стоящего автомобиля. И вполне может

быть, что от соседа вас отделяет всего пара-другая сантиметров. По

дорогам несутся грузовики, увешанные гирляндами огоньков, цветов,

ленточек и компьютерных дисков. Их сигнал напоминает рев раненого

мастодонта. Приобретение такого сигнала в виде груши всегда было

моей мечтой. При этом грузовики вообще никогда и никак не слышат

бибиканья всего более мелкого по размерам. Раскрашены они во все

цвета радуги, что отвлекает внимание водителей-иностранцев в первое

время. На одном грузовике флаг страны, на другом караван верблюдов,

увитый цветами, на третьем слоны всех размеров и пропорций, лотосы,

павлины, диковинные птицы и надписи. Все это великолепие

переливается на солнце и дополняется орущими приемниками, босой

ногой в окне водителя, которая высовывается наружу, когда надо

указать поворот (кстати, совсем не обязательно он повернет туда,

куда указывает таким диковинным образом), привязанным к заднему

борту башмаком и обязательной надписью «Horn, please» (Сигнальте,

пожалуйста). Надписи с пожеланием приятного пути выглядят

умилительно и вежливо. Но мало кто знает (и я не знала, пока мне не

написал об этом Александр Михайлович Кадакин – ныне Чрезвычайный и

Полномочный Посол Российской Федерации в Швеции, а в мою бытность

пребывания в Индии – Чрезвычайный и Полномочный Посол в Индии), что

под этими человеколюбивыми словами в обязательном порядке

присутствует надпись только на хинди или на местном диалекте (но

никак не по-английски) примерно такого, вполне садистского

содержания – «если ты меня сглазишь, то сам тогда сдохни!». «Кали

назар дален, тотумхара мункх кала пар джае». Дословный перевод –

«бросишь на меня черный взгляд – пусть твой рот почернеет».

Индийцы очень суеверны, страшно боятся сглаза, считая, что «черный

взгляд» несет в себе мощный потенциально-негативный энергетический

поток.

Хотя, «несутся», как я написала, не совсем правильно. В город-

ских условиях вы можете развить скорость до сорока километров в

час, и будете неимоверно счастливы. Автобусы и грузовые автомобили

в силу их размера вряд ли когда пропустят вас вперед. То же

касается повозок, тележек, инвалидов и машин вообще. Поэтому будьте

готовы плестись по часу с лишним за каким-нибудь груженым «TATA».

Машины грузят, что называется, под завязку, совершенного не

заботясь о том, что вообще-то в них есть мудреный центр тяжести.

Поэтому вдоль дорог вы то и дело встречаете перевернутые грузовики,

разбросанные ящики, тюки и совершенно невозмутимых водителей,

сидящих на «хозяйстве» и ожидающих помощи.

Стада легковушек, грузовиков, цистерн на колесах, бесконечных

автобусов без дверей, выстраивающихся «клином» или «свиньей», как

говорит мой муж, – это далеко не все, что есть на дороге и

стремится вас обогнать. И что совсем не всегда движется в потоке

параллельно вам. Впереди может спокойно идти пара коров, абсолютно

не реагируя ни на что и продолжая невозмутимо жевать. Повозка с

верблюдом, везущая тростник. Причем, тростник будет гружен так,

что, свисая с двух сторон, будет перекрывать вам возможность обгона

слева и полполосы встречного движения справа.

Отдельная тема – это велосипеды, мотоциклы, моторикши и

попрошайки. Для велосипеда вообще не существует знаков и преград.

Он считает себя танком. Помню, как когда-то у нас что-то

приключилось с машиной и приятели тащили нас на тросе, роль

которого исполняла хозяйственная веревка, купленная в соседней

лавке. Габаритники включены, расстояние между машинами сокращено до

минимума во избежание недоразумений, сигналы не умолкают, однако

при любой возможности велосипедисты выискивали, как им казалось,

самую удобную лазейку и старались проехать именно между машинами,

ничего не видя и не слыша нас, орущих в открытые на

сорокапятиградусной жаре окна. В конце концов мы выдохлись,

перестали дергаться и до колик в животе наблюдали очередного

бедолагу, который ставил себе целью совершение акробатического

кульбита с велосипедом или без. Так и ехали. Обошлось, к счастью,

без жертв.

Я люблю тривиллеры. Это такие черно-желтые жучки с моторчиком

на трех колесах, исполняющие роль такси и являющиеся из ниоткуда,

стоит вам захотеть. Дверей в них нет, в дождь их заменяет что-то в

виде занавесей из кожзаменителя. Водитель не всегда говорит по-

английски. Точнее, он редко говорит по-английски, потому что родом

из какой-нибудь Тмутаракани, и приехал в город заработать. На себя

тратит копейки, одет в старье и рванье, чаще бос. Все деньги

отсылает семье. Город тоже знает плохо, иногда приходится самой

объяснять дорогу – «тут направо, тут налево». Однажды меня вез

очень веселый товарищ. Только ехали мы как-то чересчур странно –

даже я, видавшая виды, была сильно удивлена. Ехали мы уж совсем

неправильно, в смысле почти суицидально. Ладно, дяденька всю

дорогу громко пел, но он абсолютно игнорировал переходящих дорогу

людей, знаки дорожного движения и сигналящих нам водителей иных

транспортных средств. Уже когда я все же вышла из такси и

расплачивалась, то заметила у водителя расходящееся косоглазие и

начинающуюся катаракту.

Мотоциклисты, с моей точки зрения, все до одного потенциальные