Чтение онлайн

– Отвечай, коль заговорила! – потребовала незнакомка. – Аль не учили тебя говорить, когда спрашивают.

– Простите, я заблудилась. И...

– Ишь ты, какая. Заблудилась она... Воровка. Кур моих пришла воровать! Как лисица таскать средь бела дня повадилась!

Мириа вконец растерялась.

– Не воровка! Нет! Ни в коем случае! Я не желаю вам зла. Мне нужна ваша помощь...

Услышав эти слова, женщина пристально посмотрела на светловолосую красавицу и всплеснула руками.

– Уж не с Белых Холмов родом будешь?

Мириа поспешно кивнула, молясь, чтобы старуха не продолжила расспрашивать.

– Как же ты сквозь стены прошла, деточка? Замок-то не тронут, не погнут... Али привидение неупокоенное?

В тот же миг женщина пришла в ужас от своих слов и в панике запустила в Мирию пустым ведром. Девушка едва успела увернуться.

– Что вы делаете? – воскликнула она. – Разве я похожа на привидение?

– Не похожа, - согласилась старуха, передумав швырять в девушку второе ведро. – Значит, колдунья великая, преград не знающая. Но, деточка...

В тот же миг в глазах женщины промелькнула искренняя жалость.

– Зачем же ты запрещенным способом перемещаешься? Коль узнают во дворце, не сносить тебе головы. Ах ты, дурочка, молоденькая. Баловалась, наверное, и запрет королевский нарушила.

– Я не хотела переноситься. Ни я, ни мои друзья... Они тоже здесь, но спрятались, не желая испугать вас.

– Ах ты, мать эльфийская, где же они попрятались? Пока я, старая, слепая, тут коровам песни пою, эти затаились, как змеи лукавые... Живо выходите, бессовестные!

Мириа испугалась, что женщина вновь воспримет их вражески, однако старуха продолжала ворчать под нос:

– Наколдовали запретного, а теперь прячутся. А мне потом что, перед королевой в ножки кланяться, мол, не виноватая, не прятала нарушителей, молоком их парным не поила, в бане веником не охаживала.

Первыми перед старухой предстали Ингемар и Рейвен. Женщина откровенно опешила, глядя на красавца в военном мундире, который тут же додумался ей еще и поклониться, точно какой-то вельможа.

– Ах ты, чудо-то какое дивное..., - заохала она, прижимая ладони к щекам. – Тоже с Белых Холмов спустилися?

– Да, именно с них, - подхватил Ингемар, чувствуя себя несколько польщенным из-за реакции женщины. – Воин я.

– Конечно же воин. Кто же еще! – продолжала охать старуха. – Статный, крепкий, ни дать, ни взять эльф зимнего леса.

Капитан несколько смутился, но, благо, женщина переключилась на Рейвена.

– А ты ж кем будешь? Али маг великий? Али воин храбрый? Али знахарь мудрый?

Рейвен мысленно поблагодарил Лилит за ее недавние уроки и повторил поклон.

– И я воин, сударыня.

– А ты не с Белых Холмов... Ты..., - на миг старуха задумалась, прикидывая, где она могла видеть мужчин с короткими волосами. – Из рода людей ты будешь, что правят ладьей великой в соленых водах...

– Именно так, сударыня.

Лилит слушала это, все еще не решаясь выйти. Старуха сама подсказывала им правильные ответы, но как она воспримет ее, графиню.

– Али в водоворот попала ладья твоя, что здесь ты очутился? – продолжила женщина, уже осмелев и с интересом рассматривая Рейвена. Помнится, много таких ловушек Черный Колдун наставил, чтобы жертв своих заманивать.

Полицейский кивнул, а старуха уже принялась рассматривать его одежду.

– Это так, значит, за соленой водой наряжаются. Что же перевозили вы, на ладье своей-то?

– Ткани, - попытался выкрутиться Рейвен, полагая, что ткани уж точно в этом мире продаются.

Старуха, казалось, совсем осмелела и обошла двух мужчин, оглядывая их с ног до головы.

– Жаль, дочерей у меня нет. Только сыновья. Свадьбу бы сыграли и бывали бы в хлеву нашем уже, как в своем. А вот тебе, красавице, - тут женщина посмотрела на Мирию, - жениха точно сыщем. Старший мой чуть моложе твоего воина морского будет.

– А младший?
– с этими словами из своего укрытия вышла графиня. Ее появление произвело такое впечатление, что старуха прижала руки к груди, глядя на брюнетку с благоговейным страхом.

– Ваше высочество, прошу простить меня, старую... Я тут глупости говорю, а вы ожидаете...

Женщина хотела было опуститься на колени, но Мириа задержала ее.

– Это ни к чему.

Графине, напротив, такое поведение незнакомки пришлось по вкусу.

– Я прощаю вас, - холодно произнесла она, отчего на глаза старухи навернулись слезы. Рейвен даже не представлял, что с таким трепетом можно смотреть на кого-то. Разве что молодые девчонки так ведут себя на концертах своих кумиров.

– Ваше сердце так же прекрасно, как и лик ваш, госпожа, - голос пожилой женщины задрожал от переполняющих ее чувств.
– Чем я могу услужить столь почтенной гостье с Кристальных Земель?

Графиня чуть прищурилась, прикидывая, что неплохо бы выяснить у старухи невзначай, о каких землях и народах она говорит.

– Я буду благодарна за еду и кров. И щедро награжу вас за гостеприимство, - с этими словами графиня сняла один из своих перстней и протянула его старухе.

– Мать эльфийская, помилуйте. Не смею я принимать такие дары!

– Вы примете, - холодно произнесла графиня, и пожилая женщина позволила вложить его в свою дрожащую ладонь. Старуха низко поклонилась и бросилась к дверям, услужливо распахивая их.

– Идемте, идемте в дом, прекрасные гости... Все, что у нас есть, теперь ваше!

– Видите, Мириа, - тихо шепнула графиня. – Чем больше их презираешь, тем ниже они кланяются. Вспомните это, когда в следующий раз вызоветесь вести переговоры.

– Я бы так не смогла..., - растерянно пробормотала Мириа.

Рейвен улыбнулся ей и кивнул на дверь, поторапливая девушку. Ингемар последовал за ними, невольно восхищаясь мастерской игрой графини.

«Эта ведьма – самый ценный союзник из всех, кто мне встречался», - подумал он, провожая ее взглядом.

Первое, что их поразило, было осознание пятиметровой высоты под ногами. Тонкий хлипкий мост соединял одно дерево с другим, а внизу простиралась белая равнина, припорошенная снегом. Как оказалось, большинство домов здесь находится на деревьях, и только самые состоятельные жители могли построить свое жилье внизу. Снежная равнина на самом деле была огромным болотом, по которому перемещались только на лодках и плотах. Деревья, казавшиеся столько огромными, и на которых строились местные дома, были всего лишь верхушками, а стволы уходили глубоко под воду, еще более чем на двадцать метров вниз.