Чтение онлайн

Путешествие по болотам было долгим и пронизывающе холодным. Тонкие льняные одежды не могли согреть, а влажные волосы и вовсе грозили тем, что все четверо серьезно заболеют. Но эльфы, казалось, не замечали холода. На них были кожаные доспехи, но их руки были оголены. Определенно, им тоже должно было быть не жарко, но эти создания явно привыкли к такой погоде.

Лодки беззвучно шли друг за другом, разрезая собой снежную поверхность топей. Следом за последней ладьей тянулась широкая черная полоса потревоженной поверхности болот, и Лилит невольно поморщилась, чувствуя запах гнилой застоявшейся воды.

В окнах большинства домов горел свет, и кто-то из местных жителей даже распахнул окно, чтобы лучше посмотреть на чужеземцев. Но ни один из них не осмелился выйти из дома или хоть что-нибудь крикнуть. На болотах царило зловещее молчание, и, казалось, даже ветер стих, не желая привлекать к себе внимания.

– Зачем мы понадобились их королеве? Они узнали о перемещении? – на английском прошептала Мириа, обратившись к Рейвену.

– Даю руку на отсечение, что да... Но, кажется, хозяева дома нас не выдавали. Глядя на ту женщину, я усомнился, что можно изобразить столь неподдельное удивление.

– Я рада, что капитан не позволил ударить ту старушку. Это было бы... чудовищно!

Рейвен молчал. Конечно, Ларсен поступил, как нормальный мужчина, помешав остроухому размахивать руками, однако теперь, главное, чтобы эльф не захотел с ним поквитаться. А этот, определенно, может захотеть.

Замок королевы вырос из темноты, точно призрак. Его белокаменные стены сливались со снегом, лишь высокие башни пронзали черное небо, точно лёд. Крепость размещалась на небольшом болотном островке, отчего вокруг нее не было ни роскошного парка, ни бьющих фонтанов, ни тенистых аллей. Всю площадь острова занимал замок, отчего казалось, что его стены уходят глубоко под воду.

Казалось, в крепости было еще холоднее, чем снаружи. Рейвену это здание напоминало Миланский Собор, которое на десять этажей превосходил размерами итальянский храм. Казалось, его готические белые своды достигают небес. Изящные колонны стремились вверх, вырезанные искусными мастерами, пол был выложен белыми мраморными плитами, отчего складывалось впечатление, будто этот замок собран изо льда.

Пленники окончательно озябли и с трудом сдерживали дрожь. Графине претила мысль, что она предстанет перед королевой в таком жалком виде: замерзшая, одетая в крестьянские тряпки и смертельно напуганная. Но приходилось идти.

Тронный зал королевы представлял из себя большое квадратное помещение, где у противоположной от входа стены стоял длинный мраморный стол. За ним восседали двенадцать одетых по-военному мужчин и одна белокурая женщина, которая заметно выделялась среди них. Когда Анарель и остальные эльфы ввели в зал графиню и ее спутников, женщина резко поднялась с места. Ни Ингемару, ни Рейвену еще не доводилось видеть такой удивительной красоты, и они замерли, не сводя с нее глаз.

Анарель поклонился первым, и капитан последовал его примеру.

– Поклонись! – шепнул он Рейвену, и полицейский подчинился.

Лилит и Мириа присели в изящном реверансе, но в отличие от встречи с султаном, ведьма смело посмотрела незнакомке в глаза и гордо выпрямилась.

– Какая честь приветствовать вас на моих землях, дорогие гости, - светловолосая женщина вышла им на встречу и приблизилась к графине. – Мое имя – Эвелаин или, как меня еще называют, Болотная Королева.

– Мое имя – Лилит, ваше высочество. Мне очень лестно ваше внимание, и я выражаю искреннюю благодарность за проявленную ко мне заботу.

Королева тепло улыбнулась ей и коснулась руки брюнетки. Но в тот же миг она нахмурилась.

– Анарель, - укоризненно произнесла она. – Неужто нельзя было подать графине хотя бы шаль? Ее руки просто ледяные...

Эльф опустил глаза, чувствуя, что вновь провинился, и Эвелаин продолжила:

– Простите его, графиня. Анарель – прекрасный воин, но до галантного кавалера ему очень далеко. Война ожесточила его сердце. Он потерял всю семью во время сражения с драконами и никак не может понять, что нельзя всех считать врагами. Ведь так, Анарель?

Королева строго посмотрела на эльфа, и тот поспешно кивнул, опасаясь ее гнева. Но затем она улыбнулась и вновь посмотрела на графиню.

– Я буду счастлива, если вы посетите сегодняшний бал, Лилит. Вы попали к нам как раз на праздник. Именно этой ночью на болоте расцветают бордовые лотосы. Эти цветы светятся, отчего и снег, и небеса кажутся алыми, точно кровь. Удивительное зрелище... Я подберу вам одно из лучших платьев своего гардероба. Вы будете неотразимы, Лилит.

– Вы очень великодушны, ваше величество!
– ведьма сдержанно улыбнулась, не спеша радоваться милости королевы. И она оказалась права. В тот же миг за спиной Эвелаин прогремел голос одного из сидящих за столом.

– А как же правила, моя королева? Было совершено незаконное перемещение, а это означает лишь одно – им всем нужно отрубить головы!

Королева обернулась и строго посмотрела на говорящего. Тот поднялся с места и сбросил с головы капюшон, который до сих пор скрывал его лицо. Его светло-серая кожа заметно отличалась от эльфийской, а сам мужчина был настолько огромен, что казался попросту великаном.

– Рагнар, перестань, - резко произнесла Эвелаин. – Среди них нет драконов, поэтому не вижу смысла продолжать эту кровожадную традицию.

– Эту, как вы выразились, традицию ввели ради вашей безопасности, королева, - рявкнул мужчина. – И если вы готовы впускать в свой дом каждого чужестранца, то я, определенно, против! Я не хочу прославиться орком, который не уберег свою королеву.

– Рагнар, я благодарна тебе, но Кристальные Земли помогали нам во время войны. Неужели я смею казнить их дочь и ее прекрасных спутников?

Королева тепло посмотрела на Мирию, но затем в спор вмешался еще один мужчина. Он, напротив, был очень низкого роста, с длинной густой бородой.

– Дварфы тоже не посчитают ваше решение мудрым, королева. Я предлагаю провести голосование.

Лилит заметно побледнела, Ингемар, напротив, выглядел угрожающе. Рейвен и Мириа терпеливо ждали своего приговора. Полицейскому казалось, что королева все равно имеет здесь решающее мнение, поэтому крики советников его настораживали, но не пугали.

Слово «Казнить!» посыпалось на путешественников одно за другим, и только один мужской голос сказал «Помиловать!». Только сейчас Лилит заметила красивого беловолосого мужчину с пронзительными зелеными глазами, который все это время сидел с краю и хранил молчание.