Чтение онлайн

– Помиловать, Эристель? Ты сказал, помиловать? – рявкнул Рагнар. – Да ты ничего дальше своего носа не видишь. Смотришь только под ноги, чтобы не пропустить какой-нибудь проклятый сорняк для своих отваров, а тем временем тут замышляют убить нашу королеву.

– Если бы королеву хотели убить, злоумышленник не отдыхал бы на постоялом дворе, ожидая стражу, - мягко произнес Эристель. – Повторяю, мой уважаемый друг, я против казни этих чужеземцев.

Затем беловолосый мужчина поднялся и приблизился к Эвелаин. Он был одет в длинный черный балахон, отчего несколько напоминал средневекового монаха, однако его голова не была покрыта капюшоном. Его длинные волосы, стянутые в конский хвост, едва не касались пола, отчего он походил больше на эльфа, нежели на человека.

– Когда-то я был таким же нарушителем, как и эти господа, но королева помиловала меня и дала шанс. А теперь, спустя четыре года, я нахожусь в этом достопочтенном совете и решаю судьбу таких же людей, как я? Не в этом ли ирония?

Эристель посмотрел на графиню и ободряюще улыбнулся ей. Затем его взгляд устремился на Анареля.

– Пытались ли наши гости оказать сопротивление, когда ты явился за ними? – спросил он.

Анарель задумчиво коснулся своего запястья, затем бросил взгляд на Рейвена, который недвусмысленно направлял на него свое странное оружие, затем насмешливо посмотрел на Ингемара и тихо произнес:

– Никак нет, Эристель. Они были любезны со мной и моими солдатами.

В глазах Ларсена промелькнуло удивление.

«Почему он солгал?» - подумал он. «Наверное, стоит поговорить с ним и попробовать помириться. Может, он - не такой ублюдок, каким кажется на первый взгляд?»

– Тогда я не вижу смысла причинять вред тем, кто не хочет вредить нам, - подытожил Эристель.

Королева усмехнулась и с вызовом посмотрела на орка. Тот пожал плечами и сердито уселся на свое место.

– Попомните еще мои слова, - пробормотал он.

Заметив, что грозовая туча в зале начала немного рассеиваться, Эвелаин продолжила:

– Вернемся к балу, - с улыбкой произнесла она. – Итак, Лилит, с вашим платьем помогаю вам я... С вашим..., - она посмотрела на англичанку и добавила, - Как ваше имя, прекрасная гостья?

– Мириа, ваше высочество, - девушка вновь изящно поклонилась, и королева ласково улыбнулась ей.

– Это удивительное имя, моя дорогая. Я попрошу вписать его в книгу эльфийских имен, чтобы оно вновь прозвучало на территории моих земель после вашего отъезда.

Англичанка смутилась и опустила глаза, не ожидая таких слов от королевы. Заметив это, Эвелаин продолжала:

– Ты скромна и невинна, точно водяной народ, поэтому моя фрейлина подберет тебя платье в своих традициях.

– Вы очень добры, королева! – прошептала Мириа.

Затем Эвелаин обратила взгляд на Эристеля, и тот, точно услышав какой-то беззвучный приказ, поклонился ей и приблизился к Ларсену.

– Ваше имя...? – начал он, выдерживая паузу.

– Ингемар. Ингемар Ларсен, - произнес капитан и протянул Эристелю ладонь для рукопожатия. Мужчина, явно не встречавшийся с таким жестом ранее, на секунду замешкался, но затем протянул руку Ларсену, и тот крепко пожал ее.

– Спасибо, что заступились за нас, Эристель.

– Я рад вам помочь, - понизив голос, ответил беловолосый и уже громче добавил:

– Кто бы хотел подобрать наряд Ингемару? Может быть вы, господин дварф?

– Не... Не..., - отмахнулся низенький бородатый мужчина. – Слишком высокий. Нет у нас таких одеяний, которые он сможет носить.

– Тогда, может быть вы, Рагнар? – Эристель перевел взгляд на орка. – На балах вы всегда выглядите безупречно.

– И наряднее королевы, - хохотнул дварф, отчего Рагнар в ярости треснул кулаком по столу.

– Вот и наряжу! Наряжу так, что вы почувствуете себя болотными червяками, господа-советники.

В зале прокатился хохот, но Эристель все-таки сдержал улыбку.

– Вот и решено.

Затем он приблизился к Рейвену и протянул ему руку, полагая, что этот человек тоже знает, как реагировать на этот жест.

– А как ваше имя?

– Рейвен, - американец ответил на рукопожатие, но едва их пальцы соприкоснулись, Эристель поспешно отдернул руку. На секунду на его лице отразилась тревога, но вот он резко обернулся к советникам и спросил:

– Кто поможет одеться нашему четвертому гостю?

Повисло молчание. Рейвен понял, что что-то пошло не так. Беловолосый мужчина больше не выглядел приветливым, и полицейского не могло это не тревожить.

«Проклятье, неужели он что-то почувствовал?» - лихорадочно думал он. «Но это попросту невозможно. Если бы я был похож на драконов, этот купол уже навредил бы мне... Мальчишки говорили Ингемару, что эта защита попросту испепеляет их. Но тогда почему на меня не действует здешнее дурацкое солнце?»

– Кто-нибудь? – повторил Эристель свой вопрос, оглядывая собравшихся за столом, но те по-прежнему молчали. Они холодно смотрели на Рейвена, точно видели в нем затаившегося врага.

Ингемар в тревоге обернулся на полицейского, ломая голову, чем бедняга мог им так не угодить. Он не цапался с эльфом, ни с кем не ругался, даже слова не проронил в отличие от самого капитана, но встречают его куда холоднее.

– Никто не хочет помочь нашему гостю? – продолжал Эристель.

– Это и не нужно, я не..., - начал было полицейский, но беловолосый положил руку ему на плечо и добавил: - Тем лучше для меня. Я сам одену вас, Рейвен. В одежду моего народа.

Эристель вновь посмотрел на совет, и в его пронзительных зеленых глазах откровенно читался вызов. Рейвен благодарно улыбнулся ему. Беловолосый человек вновь принял сторону чужеземцев, но в этот раз заступился за него лично.

V

Ингемар и Рейвен сидели в просторном помещении, поочередно посматривая на дверь. Их оставили дожидаться своих спутниц, пока те примеряли бальные платья. Из соседнего помещения то и дело доносился женский смех, отчего капитан несколько расслабился.

– Тебе нужно выпить, Харт, - тихо произнес он, глянув на полицейского. За эти три дня тот заметно осунулся, и Ингемару это не понравилось. Что-что, а боевой дух в команде должен был сохраняться.

– Вот мне все интересно, что постоянно вертится в твоей голове, Рейв? Хорошо, ты не настроен откровенничать с девчонками, но мне-то ты можешь сказать, - с этими словами капитан наполнил половину стакана виноградной настойкой и всунул его в руки полицейского. – Я из клуба не осуждающих, парень, но мне нужно понимать, за что наши новые друзья воспринимают тебя в штыки. У тебя есть хоть какие-нибудь соображения по этому поводу?