Чтение онлайн

– Сэр, позвольте мне осмотреть ее! – крикнул я. Но ослепленный горем отец не мог отпустить дочь. Он начал всхлипывать. Я попробовал забрать обмякшее тело молодой женщины из его рук. Мне удалось заставить Стротерса отпустить ее, и я осторожно положил тело на пол.

А потом я увидел ее лицо. Его прекрасные черты были искажены ужасом, глаза выпучены, губы мучительно искривлены, язык высунут. Из верхней части ее груди торчал серебряный нож для вскрытия писем. Его окружали брызги крови, окрасившие лиф ее розового платья.

Зная, что она мертва, я тем не менее предпринял необходимые действия и снова проверил пульс. Его не было. Тогда я вытащил свой носовой платок и дрожащими руками осторожно развернул его на ее лице, закрывая ужасное зрелище. Я поднял глаза. Над нами нависало кольцо испуганных слуг.

– Мне очень жаль, – сказал я, – но я ничего не могу сделать.

Холмс въехал в кресле в библиотеку и, остановившись позади слуг, внимательно осматривал помещение.

Стротерс, рыдая, снова припал к телу дочери.

– Отойдите все от тела! – прорвался сквозь общий ропот высокий тенор Бодена. Все обернулись и увидели судью, стоящего в дверях с графом и Мейсоном, который, очевидно, и привел их. Воцарилась тишина. Мейсон предупредительно поддерживал руку графа.

– Очевидно, произошло убийство, – объявил Боден, легко принимая командование. – Всем – отойти и ничего не трогать!

– Да уж! – хмыкнул Холмс, временно выйдя из образа. Боден бросил на него пристальный взгляд.

Граф неуверенно шагнул вперед.

– Аннабель? – прошептал он. – Аннабель?

Слуги расступились, чтобы он хорошо видел тело. Я стоял на коленях рядом с убитой хозяйкой поместья с одной стороны, Стротерс – с другой.

Теперь граф мог как следует рассмотреть свою мертвую жену. Он застонал, и его колени подогнулись. Мейсон и еще один слуга подхватили его, когда он начал падать.

– Доктор! – крикнул Мейсон, стараясь плавно опустить своего хозяина на пол.

Я ничем уже не мог помочь леди и поэтому бросился к графу. Он лежал на толстом ковре без сознания, его глаза трепетали, пульс сильно участился. Шок? Горе? Какова бы ни была причина, он находился в бедственном состоянии.

– Бренди! – крикнул я, ослабляя его воротничок. Бренди принесли немедленно.

– Сейчас же очистите помещение! – скомандовал Боден, затем, уже мягче, обратился к Стротерсу: – Дэниел, прошу вас… не могли бы вы…

Стротерс оторвал взгляд от мертвой дочери, которую снова прижимал к груди. С горестным стоном он осторожно опустил ее на ковер.

– Я сожалею о вашей потере, сэр, – сказал Боден, – но это место преступления. И все должны покинуть его. Незамедлительно.

При поддержке двоих слуг Стротерс вышел из библиотеки, двигаясь как в тумане, еще один слуга выкатил в коридор кресло с Холмсом. Боден подошел к телу и, скинув мой носовой платок, снова открыл жуткое зрелище.

– Печально, – сказал он, – весьма печально.

Он оглядел комнату. Остались только дворецкий, граф и я. Граф уже сидел, в ужасе глядя на искаженное лицо жены. В какой-то момент у него начался приступ тошноты, и я встал между ними, закрывая ему обзор.

– Доктор, помогите лорду Пеллингему покинуть библиотеку, – велел Боден.

– Мистер Боден, – начал я, – возможно, леди умерла не от…

Но Боден в бешенстве перебил меня.

– Если только вы, доктор, не опытный полицейский, предоставьте расследование мне. Делайте, как вам велено! Сейчас же!

Нас всех выставили в соседний коридор, а графа усадили там же в кресло. Проглотив обиду, я продолжил заботиться о нем. Он уже пришел в сознание, но все еще тяжело дышал, судорожно хватая ртом воздух, и стонал. Стротерс сидел напротив и молча плакал.

Холмс держался в стороне от остальных, внимательно наблюдая.

Я ввел графу сильное успокоительное, и его дыхание стало более ровным.

– Аннабель, Аннабель, – бессмысленно повторял он, постепенно замирая.

Молодой лакей, светловолосый и худой, как тростинка, подбежал к двери библиотеки. Мейсон заметил его и окликнул:

– Ричард! Вернись к своим обязанностям!

– Сэр, за мной послал мистер Боден, – задыхаясь от быстрого бега, произнес парень. Я почувствовал, как Холмс немного отъехал в сторону.

Чуть помедлив, Мейсон кивнул в знак согласия.

– Тогда иди, Дикки, – разрешил он. Белобрысый лакей вошел в библиотеку и прикрыл за собой дверь.

Дикки!

Успокоительное, которое я ввел, подействовало, и граф кивнул.

– Ему нужен помощник вынести тело, – сказал я.

Пока Мейсон распоряжался, чтобы двое слуг увели Пеллингема, я повернулся к Холмсу. Он неподвижно сидел в своем кресле, но я не сомневался, что он наверняка был вне себя от сожаления и разочарования.

– Спокойно, – шепнул я.

Дверь распахнулась. На пороге библиотеки появился Боден в сопровождении лакея Дикки.

– Где граф? Я раскрыл это дело.

Мы с Холмсом обменялись удивленными взглядами.

– Я сделал графу укол успокоительного, – ответил я. – И сейчас он у себя в спальне. Боюсь, он проспит до утра.

Боден топнул ногой.

– Мейсон, немедленно приведите сюда камердинера, Помероя, и не дайте ему сбежать. Не исключено, что он попытается!

Мне казалось, что Холмс чувствовал себя так, будто он находился на пожаре, а сделать ничего не мог. Мейсон подал знак нескольким лакеям, а я тем временем подошел к Стротерсу, чтобы проверить его состояние. По лицу старика все еще текли слезы, и он весь дрожал от горя. Он крепко сжал мою руку.

Холмс вдруг подъехал и остановился прямо перед этим несчастным человеком.

– Я… со мной все будет в порядке, – пробормотал Стротерс. – Я… я…

– Сэр, может, вам сделать укол успокоительного? – спросил я.

– Возможно, ему просто нужно выговориться, – мягко заметил Холмс.

Стротерс вздрогнул, затем вытер слезы.

– Ни то, ни другое, но все равно благодарю. Мне нужно… Мне нужно… Чего бы хотела от меня Аннабель?

В этот момент двое рослых слуг втащили перепуганного Помероя и поставили его перед Боденом.