Чтение онлайн

Согласно «Хеттским законам», существовало два вида земельной собственности — сельской общины и царская. В связи с этим часто цитируется фрагмент текста времени Хаттусилиса III, в котором говорится: «Страна принадлежит Богу бури. Небо и земля, а также люди принадлежат Богу бури. Он сделал Лабарнаса, царя, своим наместником и дал ему всю страну хеттов». Этот текст обычно приводят для подтверждения идеи о теократическом характере царской власти; к тому же он, как полагают, свидетельствует о верховных имущественных правах царя. Не следует, однако, забывать, что это лишь литературный документ, возникший на фоне абсолютистской власти царей Новохеттского царства, и что на его основе не могут быть объяснены отношения, существовавшие за триста лет до его создания.

В Старохеттском царстве сельская община состояла из свободных земледельцев. Основной социально-экономической единицей была семейная община, владевшая определенным земельным участком, передававшимся по наследству. Семейная община платила соответствующие размеру этого участка подати и несла обязательную воинскую повинность. Все это четко изложено в «Хеттских законах». Кроме того, в них указано, что вне общин находились служебные наделы царских чиновников. Существовали также хозяйства царя и членов его семьи, в которых — как можно прочесть в письме хеттского царя правителю Угарита — трудились «рабы рабов царя». Подлинных рабов, т. е. пленных и должников, среди них, очевидно, было немного; большинство составляли выходцы из общин.

Если «Хеттские законы» позволяют реконструировать структуру старохеттского общества, то «Указ» Телепинуса дает возможность проследить отдельные этапы роста могущества государства: Мурсилис I (около 1600 г. до н. э.), преемник Хаттусилиса I, завоевал столицу Ямхада Халеб, а затем разрушил Вавилон (1595 г. до н. э.).

Указ содержит также богатый материал, указывающий на чрезвычайно сложную обстановку в правящей верхушке. Члены царской семьи и прочие сановники каждый раз пользовались отсутствием царя, чтобы захватить власть. Создается впечатление, что это обстоятельство, а также рост могущества государства Митанни не дали возможности царю воспользоваться плодами своих военных побед. В результате старохеттские цари на протяжении полутораста лет оставались в стороне от значительных международных событий.

Расцвет и падение государства Хаммурапи

Если учесть необычайную сложность политико-этнической обстановки в Месопотамии начала II тысячелетия до н. э., то покажется поразительным огромный скачок, который проделало Вавилонское царство после того, как в 1792 г. до н. э. к власти пришел Хаммурапи. Это государство включало немногим больше десятка городов (Сиппар, Киш, Дильбат, Казаллу и др.), расположившихся в радиусе около 80 км вокруг царской резиденции — Вавилона. Таким образом, территория, на которую распространялась власть молодого царя, была невелика. Значительно более могущественным в этом регионе было государство Ларса, где с 1822 г. до н. э. царствовал Рим-Син; Северная Месопотамия в это время находилась под властью искушенного политика Шамши-Адада I. Едва ли Хаммурапи в первые годы своего царствования мог проводить самостоятельную политику.

Часть переписки из Мари свидетельствует о тесных связях между Хаммурапи и Шамши-Ададом. Из нее мы, например, узнаем про обещание выдавать вавилонских беженцев, оказавшихся на территории Мари; Хаммурапи, в свою очередь, гарантировал безопасность ассирийскому каравану. И если в датировочных формулах Хаммурапи, созданных с 12-го по 29-й год его царствования, мы читаем о его победах над Уруком и Рапикумом, то речь идет скорее всего о мероприятиях, санкционированных Шамши-Ададом, либо о тех, что осуществлялись после предварительной с ним договоренности и при его поддержке. Урук и Иссин находились под властью Рим-Сина из Ларсы, Мальгум и Рапикум — в сфере влияния Эшнуны. А поскольку Ларса и Эшнуна в то время достигли вершины своего могущества, кажется невероятным, чтобы Хаммурапи отважился вступить с ними в борьбу, не заручившись поддержкой и помощью Ашшура.

События, последовавшие после смерти Шамши-Ада-да I, в значительной степени это подтверждают. Лишившись сильного союзника, Хаммурапи на протяжении последующих 18 лет своего царствования лавировал между тремя великими правителями того времени: Рим-Сином, Ибаль-пи-Элем из Эшнуны и Зимри-Лимом из Мари, который пользовался поддержкой могущественного Ярим-Лима II из Ямхада.

Датировочные формулы Хаммурапи сообщают только о мероприятиях внутри страны — о строительстве городских стен и каналов, о создании и восстановлении статуй вавилонских богов, о сооружении статуи «царя справедливости» и т. п. Эти сообщения не случайны. Они, по всей вероятности, точно отражают политическую обстановку тех лет. Хаммурапи тогда не только не одержал ни одной серьезной военной победы, но и скорее всего понес кое-какие потери. Однако в последующие годы города Мальгум и Рапикум вновь упоминаются в числе его завоеваний.

Все это, по-видимому, свидетельствует о том, что в тот период отдельные государства вообще не имели возможности вести самостоятельную завоевательную политику. Сложная система тайных или открытых политических соглашений, взаимные обещания военной помощи, разветвленная шпионская сеть — таковы характерные признаки двадцатилетия, наступившего после смерти Шамши-Адада I, когда Зимри-Лим, вернув себе трон в Мари, приобрел некоторое превосходство. Однако было бы преувеличением утверждать, будто Мари в тот период было могущественной державой. В те времена мощь любого из государств зависела от того, какими союзниками ему удалось заручиться и насколько прочными окажутся эти союзы. Все решала не столько военная сила государств-сателлитов или племен-союзников, сколько постоянно изменяющаяся политическая обстановка Месопотамии.

Государство Мари в то время находилось в надежном союзе с Ямхадом, и в этом заключалась его сила, что хорошо понимал автор известного и широко цитируемого в различных трудах письма к Зимри-Лиму. В нем говорилось: «Нет царя, который бы сам по себе был сильнейшим. Десять или пятнадцать царей идут за Хаммурапи, мужем из Вавилона. Столько же идет за Рим-Сином, мужем из Ларсы, столько же — за Ибаль-пи-Элем из Эшнуны, столько же — за Аму-пи-Элем из Катны, и двадцать идет за Ямри-Лимом из Ям-хада».

Подобным образом рассуждал и Хаммурапи, заручившийся дружбой с правителем государства Мари. Речь шла, с одной стороны, о том, чтобы обезопасить северо-западные границы государства, где проходил важный для него торговый путь. С другой стороны, как показывает переписка из Мари, Хаммурапи неоднократно получал военную помощь государства Мари и благодаря его посредничеству — Ямхада. Войсками этими он пользовался, как правило, лишь для демонстрации своей силы перед Ларсой, Эшнуной и дружественным ей Эламом. Из датировочных формул явствует, что в эти годы дело не доходило до военных столкновений, хотя конфликт постепенно назревал, вынуждая противников находиться в постоянной боевой готовности. Это вызывало недовольство союзников Хаммурапи. В связи с тем, что обстановка на юго-восточных границах все более осложнялась, Хаммурапи, нарушая соглашения, медлил с возвращением наемных войск в Мари и Ямхад. Правители этих государств напряженно следили за ходом событий, поскольку Хаммурапи был для них столь же важным союзником, как и они для него. Вавилонские войска не раз поддерживали Зимри-Лима в его бесконечных стычках с пастушескими племенами.

Так сложился тройственный союз (Вавилон, Мари, Ямхад), который, по всей видимости, был особенно выгоден Хаммурапи. Транспортировка войск из Мари вниз по Евфрату представляла значительно меньше трудностей, чем передвижение в обратном направлении — из Вавилона вверх по реке. Это обстоятельство Хаммурапи неоднократно использовал в качестве предлога, чтобы нарушить свои обещания по отношению к союзникам. Позднее в письмах Зимри-Лиму он ссылался на неблагоприятные условия судоходства, помешавшие ему своевременно выслать наемные войска. В другом случае чрезмерный подъем уровня воды в Евфрате не позволил ему выслать в Мари обещанные отряды вавилонских воинов. Все это были, конечно, лишь отговорки. На самом же деле из-за сложной политической обстановки и непрочного положения Хаммурапи среди его конкурентов на юге Месопотамии каждый воинский отряд был для него на вес золота, потому что именно он мог решить исход борьбы.

Соотношение сил изменилось лишь во второй половине правления Хаммурапи (30-й год царствования считается переломным). Подстрекаемый Зимри-Лимом из Мари и, возможно, при его активном участии, Хаммурапи выступил против коалиции Элама, Субарту и Эшнуиы. Он нанес своим противникам решительный удар, Эшнуна была разрушена и навсегда вышла из политической игры.

С этого времени Хаммурапи приступил к последовательной реализации давно вынашивавшихся им планов подчинения всей Южной Месопотамии. На 31-м году царствования он выступил против могущественного соседа Рим-Сина и захватил не только Ларсу, но и страну Ямутбал, входившую в состав Элама. После этого пришел черед его недавнего союзника Зимри-Лима. Подробности этих событий неизвестны, о них лишь вскользь упоминают датировочные формулы. На 33-м году царствования Хаммурапи подчинил своей власти государство Мари, а два года спустя были разрушены его» городские стены. Мы ничего не знаем о судьбе правителя Мари и его двора, поскольку все местные источники умолкли навсегда.