Чтение онлайн

Несправедливая оценка деятельности гиксосов, возникшая на основе более поздних источников, утвердилась прежде всего потому, что на последнем этапе II Переходного периода шла жестокая борьба. Возглавили ее Фивы, где в середине XVII в. до н. э. местная династия захватила власть на территории от Эдфу до Элефантины на юге и Абидоса на севере.

Находясь, по-видимому, в родстве с последними представителями XIII династии, фиванская династия управляла подвластными ей территориями, руководствуясь принципами, установленными царями XII династии. Ликвидировать преемственность должностей, которые в этом районе становились даже предметом купли-продажи, они, однако, не смогли. И тем не менее немногочисленные документы этого периода ясно указывают на то, что централизация в районах, подчиненных династии из Фив, находилась на более высоком уровне, чем на территориях, управляемых гиксосами. Это дало возможность первым царям Нового царства сравнительно легко восстановить централизованный государственный аппарат и избежать тех трудностей, которые пришлось преодолевать представителям XI и XII династий. Фиванским правителям удалось сохранить свою самостоятельность на протяжении всего периода господства гиксосов скорее всего потому, что их власть была почти абсолютной. По-видимому, случались локальные столкновения, в результате которых менялись границы Фиванского царства, поскольку в некоторых случаях власть гиксосов могла показаться местным князькам менее обременительной, чем централизованная гегемония Фив.

Вполне возможно, что постоянная угроза отпадения отдельных княжеств вынудила фиванских правителей поселить в Фиваиде пастухов-негроидов, устремлявшихся в эти годы в Египте из Юго-Восточной пустыни. Новые жители постепенно ассимилировались. Поступая на службу в египетское войско, они становились главной опорой трона. Военные подразделения, состоявшие из переселенцев-негроидов, были огромной силой в борьбе с сепаратистскими выступлениями в Фиваиде. Вместе с тем они составили ядро будущего войска, которому предстояло одержать победу над гиксосами.

Борьбу с гиксосами, начатую Камосом, победоносно закончил его младший брат Яхмос, явившийся, согласно традиции, основателем XVIII династии под именем Яхмоса I (около 1552 г. до н. э.). Традиция приписывает ему также разрушение главного города гиксосов Авариса (около 1540 г. до н. э.). Вскоре Яхмос I захватил крепость Шарухен, лишив таким образом гиксосов последнего опорного пункта на юге Палестины.

До нас дошла автобиография участника этих битв, тезки и верного слуги царя, служившего в египетском войске. Из нее следует, что война с гиксосами была лишь одной из многих войн, которые велись на территории Египта в середине XVI в. до н. э. и целью которых было установление единовластия фиванских царей. Борьба с гиксосами была не чем иным, как этапом на пути к этой цели.

Глава 7

Юго-Западная Азия

в Старовавилонский{52} период

Упадок царства III династии Ура и борьба за его наследство

В то время как в середине XXI в. до н. э. в Египте вновь образовалось централизованное государство, в Месопотамии, находившейся либо под властью царей III династии Ура, либо в сфере их влияния, наметились признаки совсем иного пути развития. Время после падения царства III династии Ура и его преемника, государства династии Иссина, явилось важной эпохой в истории Месопотамии. Начался новый этап в развитии общества и государства. Из многих причин, приведших в конце XXI в. до н. э. к катастрофе, в источниках отражены лишь причины политического характера.

В документах того времени фигурируют племена марту (амореев), вторжения которых со времени Гудеа представляли серьезную угрозу для жителей Месопотамии. В XXI в. до н. э. племена марту обитали к северу и югу от Вавилонии. Борьба с ними становилась все более ожесточенной. Вполне вероятно, что часть марту к тому времени уже не были полукочевыми пастухами и собирателями, хотя литературные тексты времени Гудеа характеризуют их как «диких жителей гор, которым чужды города и выращивание хлеба». Статистический материал показывает, что в эпоху III династии Ура их еще считали чужеземцами{53}.

Племена марту первоначально жили в горах Бишри, где, возможно, с ними воевал аккадский царь Шаркалишарри. Позднее они покинули места своего обитания и двинулись в Сирию, затем, переправившись через Евфрат, дошли до Месопотамии, где их и стали называть амурру (амореи), «людьми с запада». Сохранившие традиционные формы хозяйства, амореи представляли серьезную угрозу для оседлого населения: Шу-Суэн, желая защитить свое государство от кочевников, воздвиг стену, протянувшуюся к востоку от Тигра, в том месте, где опасность вторжений была особенно сильна[29].

Вот почему (может быть, это случилось еще до возведения стены) часть племен марту перешла Тигр в районе современного Багдада и поселилась в долине реки Диялы. С этого времени их стали называть ямут-бал{54}. Вскоре там, вероятно, образовался племенной союз, реально угрожавший месопотамской международной торговле, поскольку традиционный торговый путь из Месопотамии в Сирию проходил к востоку от Тигра. Этот путь был значительно удобнее и выгоднее для караванов, чем дорога вверх по Евфрату.

Положение чрезвычайно обострилось в правление последнего представителя III династии Ура Ибби-Суэна (2029–2006). По данным ономастики, большое числоцарских чиновников в то время составляли амореи. Многие из них занимали весьма высокие посты и пользовались доверием молодого царя. По-видимому, из этой среды вышел некий Напланум, захвативший в 2025 г. до н. э. город Ларсу, расположенный в самом центре монархии. В то же время в качестве самостоятельного государства выделилась Эшнуна, в которой еще один аморей основал свою династию.

Монархия оказалась под угрозой распада, тем более что прочие наместники городов, хотя и сохраняли лояльность по отношению к центральной власти, пассивно взирали на действия узурпаторов-амореев. Зато с большим интересом следил за событиями извечный враг Месопотамии Элам, дожидавшийся того времени, когда можно будет освободиться от власти Ибби-Суэна.

Пока Ибби-Суэн был занят борьбой с Эламом, некий царский чиновник по имени Ишби-Эрра стремился расширить свои полномочия. Использовав в качестве предлога близость амореев к Тигру, он добился от царя назначения на должность коменданта Ниппура и Иссина. Ниппур являлся главным религиозным центром царства III династии Ура. Город занимал ведущее положение в торговле с Ираном и страной Дильмун (Бахрейн). Незадолго до описываемых событий он был обнесен оборонительной стеной. Иссин же, еще недавно лишь незначительный населенный пункт, при создавшейся политической обстановке приобрел важное стратегическое значение. Надо полагать, что Ибби-Суэн колебался, прежде чем назначить своего подчиненного на столь важные посты. Их обширная переписка свидетельствует о хитроумии аморея, а также о том, что царь весьма трезво оценивал ситуацию. В конце концов, побуждаемый неблагоприятным пророчеством и страшным голодом, обрушившимся на Ур, Ибби-Суэн частично удовлетворил просьбу своего чиновника и назначил его наместником Иссина. Ишби-Эрра же самовольно подчинил себе еще и Ниппур. С этого времени он вел ежегодные записи событий, в которых отражены его действия, направленные на то, чтобы парализовать активность наместников Ибби-Суэна в Центральной и Северной Вавилонии[30]. В итоге Ишби-Эрра (2017–1985) наряду с Ибби-Суэном правил в качестве самостоятельного правителя и именовал себя «царем четырех стран света». То обстоятельство, что в его руках находился Ниппур, давало ему решительный перевес над всеми прочими узурпаторами-амореями.

На 23-м году царствования Ибби-Суэна на Месопотамию напали эламиты. Захватив Лагаш и Ур, они стали господствовать в южной части государства. Царь был схвачен и сослан в Анчан. Северную часть Вавилонии, где безраздельно властвовал Ишби-Эрра, эламиты не тронули: скорее всего их страшила военная мощь узурпатора. Впрочем, Ишби-Эрра сам начал военные действия против эламитов. Он захватил Ур. Власть над всей Южной Месопотамией перешла в его руки.

Интересно, что в литературном произведении «Плач о гибели Ура»[31], написанном спустя несколько лет после этих событий, вина за крушение государства III династии Ура возлагается на эламитов. Лишь в беглом упоминании о кутиях содержится, по-видимому, намек на роль, какую сыграл в описываемых событиях Ишби-Эрра. Обвинять в упадке царства III династии Ура человека, к которому перешла власть в этом государстве, было опасно. Центральное место в «Плаче» занимает описание ужасных страданий, причиненных Уру эламитами: «Пролилась кровь страны, как выливаются расплавленная медь и олово, а трупы таяли на солнце, как овечий жир».

Падение III династии Ура было обусловлено и политическими мотивами, и социально-экономическими противоречиями. В источниках почти не содержится сведений о губительной роли псевдолатифундий[32], несовместимых с тогдашним уровнем развития техники, о сокращении урожаев, связанном с засолением почв, о росте долговых обязательств и т. п. «Плач» дает представление о трудностях того времени: «Законность страны исчезла, мудрость страны рассеялась… на полях моего города нет ячменя, земледелец их покинул».