Чтение онлайн

Бабушка Гизела вспомнила и прослезилась. Она даже сказала, что ей будет спокойнее, если именно она за Пашкой присмотрит. Уж она-то с него глаз не спустит!

Остальные поддержали, что тоже помогут, чем могут. Тоня и Елена Георгиевна приносили игрушки, хорошие, дорогие, хотя и не новые. Интерактивную стиральную машинку, игрушечный пылесос на батарейках, разные конструкторы, пирамидки, пистолеты и автоматы. Тоня с Еленой Георгиевной в семьях, где работали, про Пашку рассказали, и хозяева подсуетились, не только игрушки, но и свитеры, штанишки, курточки малышу отправили. Вещи были фирменными, отличного качества, отнюдь не обноски.

А тёти Олин ухажёр, влюблённый в неё инженер, так был потрясён этой историей, что загорелся желанием оказать посильную помощь жильцам! Он на свои кровные купил им в комнату кондиционер и сам повесил его на стену! (Вот что значит умный мужчина! Сразу понял, что именно нужно в данной ситуации.) В комнате людей битком, все впритык, как сельди в бочке, и ещё двое прибавилось. Не продохнуть! Постоянно открывая окно, можно и самим простудиться и малыша простудить. Кондиционер явился спасением. «Теперь мы сможем дышать!» - радостно сказала Елена Георгиевна, всегда задыхающаяся в такой душегубке.

Утром все на работу – бабушка Гизела кормит кашей Пашку и идёт с ним гулять. В Кунцево, недалеко от метро Молодёжная, был отличный лесопарк заповедник, где много сосен и лиственниц, чудесный воздух, и построена даже маленькая площадка для детей с качелями и турниками. В слякоть, конечно, особенно там не погуляешь, но в другое время всегда пожалуйста. Там зимой даже на лыжах катаются!

Бабушка Гизела уделяла прогулкам особое место, потому что экология в мегаполисах оставляла желать лучшего, а ребёнку для того, чтобы нормально расти, требовались хорошие условия. И, как бы ни трудно ей было передвигаться на больных ногах, она упорно вела Пашку в лесопарк на чистый воздух.

Они с Алисией, как и раньше, покупали в монастырской лавке два литра натурального молока, но теперь литр отдавали малышу. Ему варили и кашу, и молочную лапшу. И бабушка всегда строго смотрела, чтобы он всё съел. Уговорами, шутками-прибаутками кормила Пашку, а вечером отчитывалась перед Наташей. Она недоумевала: «Зачем вы мне это говорите? Я вам и так верю!» На что Гизела ей резонно возражала: «Мать обязана знать, чем питается её ребёнок. Он растёт. Ему нужны хорошие продукты и витамины».

С зарплаты Наташа платила за койко-место: полную стоимость семь тысяч за себя и половину – три с половиной тысячи – за Пашку. Спали они вместе на нижней полке тёти Оли.

Ночью, бывало, малыш просыпался и плакал, Наташа его успокаивала, и он потихоньку вновь засыпал. Никто не ругался и не высказывал своего неудовольствия, хотя привычного покоя лишены были все.

Как-то Пашка расплакался особенно сильно. Никак не успокаивался. Бабушка встала, подошла к ним с Наташей, Тоня слезла с верхней полки, тётя Оля тоже.

– Погода! – понимающе кивнула Елена Георгиевна.

– Давление меняется, вот он и плачет, - поддержала Тоня.

– Головка у него болит, - вздохнула тётя Оля.

– Головка, - подтвердила бабушка Гизела. – У меня тоже черепушка раскалывается. Так я вон какая здоровая бабища, а он кроха.

И вдруг дверь распахивается, врубается свет, и Римма с Люсей орать начинают.

– Убирайте его отсюда, иначе мы вам такое покажем! – заорала Римма, а Люська, которая её подначивает, сзади стоит и лыбится. – Добренькими прикинулись? Вы не одни здесь! У нас не детский сад, не приют. Есть специальные заведения, пусть эти двое туда и идут.

Пашка испугался и стал плакать ещё громче. Неожиданно для всех с верхней полки слезла Светлана, которая всегда молчала и ни во что не вмешивалась; она протёрла глаза и очень спокойно заявила:

– Вас что-то не устраивает? Так меня тоже! Я вот сфотографирую жрачку, которую вы из столовой воруете, и в фотки прокуратуру отправлю. А? Пусть разбираются. Воровать разве можно? Будьте честными до конца!

Известно, что Римма подрабатывала вместе с Люсей в столовой, и еду они таскали, причём в немалых количествах. Не тратиться на еду – это круто! Экономия получается существенная. А они приносили весьма вкусную и питательную еду: и нарезки ветчины, и целые пачки сливочного масла, и котлеты, и отбивные, и беляши с чебуреками, и фирменную столовскую рыбу в кляре. Холодильник всегда был забит до отказа, и, конечно, больше всего продуктов в нём принадлежало Римме с Люсей. Лишиться такого богатства не хотелось и ещё больше не хотелось иметь дело с прокуратурой.

Светина спокойная угроза отрезвила Римму, она не стала больше нарываться, приняв к сведению, что имеет дело с образованным человеком, способным на поступок, который может отразиться на всей Римминой незатейливой биографии, и, чертыхнувшись, она упёрлась в свою комнату досматривать десятый сон.

А тётя Оля с улыбкой посмотрела на Свету и сказала:

– Вот не ожидала от тебя! Думала, что ты живёшь по принципу, моя хата с краю…

А Наташа порывисто обняла Свету, которая окончательно проснулась. Та стояла в красивой прозрачной комбинации, демонстрируя женские прелести, смотрела на всех и улыбалась.

Пашка затих. Тут же выключили свет и улеглись по кроватям. Но не спалось. Все ворочались. Тогда Наташа со Светланой встали и, стараясь не шуметь, уплелись на кухню пить чай. Они тихонько подсмеивались, аккуратно гремя чайником и ложечками. Когда на кухне появилась тучная фигура Риммы, Светлана очень интеллигентно поинтересовалась:

– У вас какой-то вопрос?

– Я в туалет! – буркнула Римма и ушла пугать унитаз.

…

Самое интересное произошло позднее. Тоня принесла для Паши ультрасовременную игрушку – машинку с дистанционным управлением. Машинка была немного поцарапана, ещё у неё постоянно выпадывали из отсека батарейки. Вот почему её посчитали непригодной и отдали, типа, если сможете отремонтировать, играйте на здоровье. И верно! Где наша не пропадала? Русский человек с такими пустяками запросто справится. Пришёл тёти Олин инженер, отреставрировал корпус машинки и укрепил отсек. (С помощью обыкновенного скотча). Машинка зажужжала, заскользила по комнате. Пашка, как увидел, пришёл в неописуемый восторг! Он прыгал, визжал от радости. В нём от рождения сидел этакий мужичок, имеющий тягу к технике.

Но, вот беда, нормально поиграть ему было негде. Каморка, заставленная кроватями, представляла собой печальное зрелище: нагромождение разных вещей. Поэтому интересная легковая машина с дистанционным управлением то и дело ударялась своим носом о ножки кроватей и другие предметы, стоящие внизу.

И Алисию осенило!

Она разыскала Димона и огорошила его новостью:

– Дим, будь человеком, помоги, пожалуйста, пусти парня поиграть в твою студию. А то ему негде…

– У тебя есть парень? – как можно беззаботнее спросил Димон.

Алисия кивнула.

– А почему ко мне?

– А у тебя места больше! – заверила его Алисия.

Он стоял и ещё переваривал информацию, прежде чем сразу согласиться. Зная Алисию, сомневаться не приходилось, она просит о чём-то важном.

– Надолго?

– Ну… часа на два. Больше нельзя, он устанет.

Димон бы нашёл предлог, чтобы отказать, но уже очень хотелось посмотреть на Алисиного парня.

– Заедешь за нами? – спросил она.

Он часто заезжал и подбрасывал её на съёмки. Но сейчас слышать подобное Димону было неприятно. Но любопытство взяло верх!