Чтение онлайн

Симь же раздаянымъ на учение книжное, и сбысться пророчество на Руской земл, глаголящее: «Вь оны дни услышать глусии словеса книжная, яснъ будеть языкъ гугнивыхъ». [260] Си бо не бша прди слышали словеса книжная, но по Божью строенью и по милости своей помилова Богъ, якоже рече пророкъ: «Помилую, егоже хощю». [261] Помилова бо ны «Пакы банею бытия и обновлениемь духа», [262] по изволению Божию, а не по нашим дломъ. Благословенъ Господь Иисусъ Христосъ, иже възлюби новыя люди, Рускую землю, и просвти ю крещениемь святымь. Тмже и мы припадаемь к нему, глаголюще: «Господи Иисусе Христе! Что ти въздамъ о всихъ, яже ты въздасть намъ, гршнымъ сущимъ? Недоумеемь противу даромъ твоим въздати». «Велий бо еси и чюдна дла твоя, и величью твоему нсть конца. В роды и родъ въсхвалимъ дла твоя», [263] рекуще съ Давидомъ: «Придете, възрадуемься Господеви и воскликнемь Богу, Спасу нашему. Варимъ лице его исповданиемь»; [264] «Исповдающеся ему, яко благъ, яко въ вкы милость его», яко «избавилъ ны еси от врагъ наших», [265] рекше от идолъслужитель. И пакы рчемь съ Давидомъ: «Воспойте Господеви пснь нову, воспойте Господеви вся земля, воспойте Господеви, благословите имя его, благовстите день от дни спасение его, възвстите вь языцхъ славу его и во всхъ людехъ чюдеса его, яко велий Господь, хваленъ зло», [266] «И величью его нсть конца». [267] Колика ти радость: не единъ, ни два спасаеться! Рече бо Господь: «Яко радость бываеть на небеси о единъмъ гршниц кающемся». [268] Се же не единъ, ни два, но бещисленое множьство к Богу приступиша, святымь кресщениемь просвщени. Якоже пророкъ рече: «Въскроплю на вы воду чисту, и очиститеся от идолъ ваших и грхъ ваших». [269] И пакы другый пророкъ рче: «Кто яко Богъ отъемля грхы и преступая неправду? Яко хотяй милостивь есть. Тъ обратить и ущедрить ны, погрузи грхы наша въ глубин». [270] Ибо Павелъ глаголеть: «Братья, елико насъ креститься въ Христа Иисуса, и въ смерть его крестихомся, погребохомся убо с нимъ крещениемь вь смерть; да якоже въста Христосъ от мертвых съ славою отчею, якоже и мы въ обновлении житья поидемь». [271] И пакы: «Ветхая мимоидоша, и се быша нова». [272] «Нын приближися намъ спасение, нощь успе, а день приближися». [273] «Им же привдение обртохомъ врою» князя нашего Володимера «вь благодать сию, им же восхвалимся и стоимъ». [274] «Нын же свободивъшеся от грха, поработившеся Господеви, имате плодъ вашь вь священие». [275] Тмже долъжни есми рабътати Господеви, радующеся ему. Рече бо Давидъ: «Работайте Господеви съ страхомъ и радуйтеся ему с трепетомъ». [276] Мы же вопиемь къ владыц Богу нашему, глаголюще: «Благословенъ Господь, иже не дасть насъ в ловитьву зубомъ их. Сть скрушися, и мы избавлени быхомъ» [277] от прелести дьяволя. «И погыбе память его с шюмомъ, и Господь вь вкы прбываеть», [278] хвалимъ от рускихъ сыновъ, поемь въ Троици, а дмони проклинаемы от благоврныхъ мужь и от говиньныхъ женъ, иже прияли суть кресщение, покаяние вь отпущение грховъ, нови людье крестьяньстии, избрани Богомъ».

Володимиръ же просвщенъ самъ, и сынови его, и земля его. Б бо у него сыновь 12: Вышеславъ, Изяславъ, Святополкъ, и Ярославь, Всеволодъ, Святославъ, Мьстиславъ, Борисъ и Глбъ, Станиславъ, Позвиздъ, Судиславъ. И посади Вышеслава в Новгород, а Изяслава в Полотьсц, а Святополка в Туров, Ярослава в Ростов. И умершю же старйшому Вышеславу в Новгород, и посади Ярослава в Новгород, а Бориса в Ростов, а Глба вь Муром, Святослава в Деревх, Всеволода в Володимр, Мьстислава вь Тмуторокан. И рече Володимеръ: «Се не добро есть: мало городовъ около Кыева». И нача ставити городы по Десн, и по Устрьи, и по Трубешеви, и по Сул, и по Стугн. [279] И поча нарубати мужи лутши от словенъ, и от кривичъ, и от чюдии, и от вятичь, и от сихъ насели и грады; б бо рать от печенгъ. И б воюяся с ними и одоляя имъ.

Въ лто 6497. Въ лто 6498.

В лто 6499. По сем же Володимиру живущю в закон крестьяньстм, и помысли создати каменую церковь святыя Богородица, [280] и, пославъ, приведе мастеры от Грькъ. Заченшю здати, яко сконча зижа, украси ю иконами и поручивъ ю Настасу Корсунянину, и попы корсуньския пристави служити вь ней, вда ту все, еже б взялъ в Корсуни: иконы, и ссуды церковныя и кресты.

В лто 6500. Володимръ заложи град Бльградъ, [281] и наруби въ н от инхъ град, и много людий сведе в онь, и б бо любя городъ сий.

Въ лто 6501. Иде Володимиръ на Хорваты. [282] Пришедшю же ему с войны хорватьской, и се печенз придоша по оной сторон от Сулы, Володимеръ же поиде противу имъ. И усрт я на Трубеши на броду, кд нын Переяславль. И ста Володимеръ на сей стран, а печенз на оной, и не смяху си на ону сторону, и они на сю сторону. И приха князь печенскый к рц, и возва Володимира и рече ему: «Пусти ты свой мужь, а я свой, да ся борета. Да аще твой мужь ударить моимъ, да не воюемься за три лта <…>. Аще ли нашь мужь ударить вашимъ, да воюемь за три лта». И разидостася разно. Володимеръ же, пришедъ в товары, посла по товаромъ бирича, глаголя: «Нтут ли такаго мужа, иже бы ся ялъ с печенжаниномъ брати?» И не обртеся никдже. И заутра прихаша печенз, а свой мужь приведоша, а наших не бысть. И поча тужити Володимръ, сля по всимъ воемь своим. И приде единъ мужь старъ к нему и рече ему: «Княже! Есть у мене единъ сынъ дома менший, а сь четырми есмь вышелъ, и онъ дома. От дтьства си своего нсть кто имъ ударилъ. Единою бо ми сварящю, оному же мнущю уснье, и разгнвася на мя, преторже черевии руками». Князь же, се слышавъ, и рад бысть, и посла по нь борзо, и приведоша и ко князю, и князь повда ему вся. Сьй же рече: «Княже! Не вмь, могу ли со нь, да искусите мя: нтуть ли вола, велика и силна?» И налзоша волъ силенъ, и повел раздражити вола, и возложиша на нь желзо горяче, и пустиша вола. И побже волъ мимо нь, и похвати вола рукою за бокъ и выня кожю с мясы, елико ему рука я. И рече ему Володимръ: «Можеши ся с нимъ бороти». И назавьтре придоша печенз и почаша звати: «Нсть ли мужа? Се нашь доспль». Володимръ же повел той ночи облщися въ оружье. И выпустиша печенз мужь свой, и б превеликъ зло и страшенъ. И выступи мужь Володимръ, и възрвъ печенжинъ и посмяся, — б бо средний тломъ. И размривше межи обима полкома, и пустиша я к соб. И ястася крпко, и удави печенжинина в руку до смерти. И удари имь о землю. И вьскликоша русь, а печенз побгоша, а русь погнаша по нихъ, скуще , и прогнаша их. Володимръ же, рад бывъ, и заложи городъ на броду томь и нарче и Переяславль, зане перея славу отрокъ. [283] Володимиръ же великомь мужемь створи того и отца его. Володимиръ же възвратися вь Киевь с побдою и славою великою.

Въ лто 6502. Въ лто 6503.

Въ лто 6504. Володимиръ же видивъ церковь свршену, и вшедъ в ню и помолися Богу, глаголя: «”Господи Боже! Призри с небеси и вижь. Пости винограда своего. И сврши, яже насади десница твоя”, [284] люди сия новыя, имже обратилъ еси сердца в разумъ, познати тебе, истиньнаго Бога. И призри на церьковь сию, юже создахъ, недостойный рабъ твой, во имя рожьшая ти матери и приснодвыя Марья Богородица. И аще помолиться кто въ церкви сей, то услыши молитву его и отпусти вся грхы его молитвы ради пресвятыя Богородица». И помолившюся ему, и рекъ сице: «Се даю церкви сей святй Богородиц от имния своего и от моих град десятую часть». И положи, написавъ, клятьву вь церкви сей, рекь: «Аще сего посудить кто, да будеть проклятъ». И вдасть десятину Анастасу Корсунянину. И створи же празникъ великъ в той день бояромъ и старцемь градьскым, и убогимъ раздая имние много.

По сихъ же придоша печенз к Василеву, [285] и Володимръ с малою дружиною изыиде противу имъ. И съступившимся имъ, не могъ Володимръ стрьпти противу, подбгь, ста под мостомъ, и одва укрыся от противных. И тогда общася Володимръ поставити церковь вь Василев святое Преображение, б бо празникъ Преображению Господню въ день, егда си бысть сча, Избывъ же Володимръ сего, постави церковь и творяше празникъ, варя 300 переваръ меду. И зваше бояры своя, и посадникы, и старйшины по всимъ градомъ, и люди многы, и раздаваше 300 гривенъ убогымъ. И празнова князь Володимеръ ту дний 8, и възвращашеться Кыеву на Успение святыя Богородица, [286] и ту пакы творяше празникъ свтель, съзываше бещисленое множьство народа. Видяше же люди крестьяны суща, радовашеся душею и тломъ. И тако по вся лта творяше.

Б бо любя книжная словеса, слыша бо единою еуангелие чтомо: «Блажении милостивии, яко ти помиловани будуть», [287] и пакы: «Продайте имния ваша и дайте нищимъ», [288] и пакы: «Не <…> скрывайте соб скровища на земли, идеже тля тлить и татье подъкоповаеть, но скрывайте соб скровище на небесих, идеже ни тля тлить, ни татье крадуть», [289] и Давида глаголюща: «Благъ мужь милуя и дая», [290] Соломона слыша глаголюща: «Дая нищимъ, Богу в заемь даеть». [291] Си слышавъ, повел нищю всяку и убогу приходити на дворъ на княжь и взимати всяку потребу: питье и яденье, и от скотьничь кунами. [292] Устрои же се: рек, яко «Немощнии, болнии не могуть доити двора моего», повеле устроити кола и, вьскладываше хлбы, мяса, рыбы и овощь разноличьный и медъ въ бочках, а вь другыхъ квасы, возити по градомъ, [293] вьпрашающе: «Кде болнии, нищии, не могы ходити?» И тмь раздаваху на потребу. И се же творя людемь своимь: по вся недля устави по вся дни на двор вь гридници пиръ творити и приходити бояромъ, и гридьмъ, и соцькимъ, и десятникомъ [294] и нарочитымь мужемь и при княз и безъ князя. И бываше на обд томь множьство от мясъ, и от скота и от зврины, и бяше же изобилью всего. Егда же подопьяхуться, и начаху роптати на князя, глаголюще: «Зло есть нашимъ головамъ: да намъ ясти древяными лжицами, а не сребряными». И се слышавъ, Володимиръ повел исковати лжици сребряны ясти дружин, рекъ сице, яко «Сребромъ и златомъ не имамъ налсти дружины, а дружиною налзу сребро и злато, яко ддъ мой и отець мой <…> доискася дружиною злата и сребра». Б бо любяше Володимиръ дружину, и с ними думаа о строеньи землинемь, и о устав земленемь, и о ратхъ. И б живя с князи околными его миромъ: с Болеславомъ Лядьскымъ, и сь Стефаномъ Угорьскымъ и съ Ондроникомъ Чьшьскымъ. [295] И б миръ межи ими и любы. И живяше Володимиръ въ страс Божии. И умножишася разбоев, и рече епископи Володимеру: «Се умножишася разбойници, почто не казниши?» Он же рче: «Боюся грха.» Они же рша ему: «Ты поставленъ еси от Бога на казнь злымъ, а на милование добрымъ. Достоить ти казнити разбойника, нъ съ испытаниемь». Володимеръ же отвргъ виры и нача казнити разбойникы <…>. И рша епископы и старци: «Рать многа, а еже вира, то на конихъ и на оружьи буди». И рече Володимиръ: «Да тако буди». И живяше Володимиръ по устроению ддню и отню.

Въ лто 6505. Володимеру шедшю к Новугороду по врхъние во на печенгы, б бо рать велика бес пересту. В то же время увдаша печенз, яко князя нту, придоша и сташа около Благорода. И не дадяхуть вылсти из града. Б бо голодъ великъ вь град, и не лз Володимиру помочи, и не б лз поити ему, и еще бо ся бяхуть не собрали к нему вои, печенгь же б множьство много. И удолжишася, остояче вь град люди, и б глад великъ. И створиша вче вь град и рша: «Се хочемь помрети от глада, а от князя помочи нтъ. Да луче ли ны умрети? Вдадимся печенгомъ, да кого ли оживят, кого ли умертвять, уже помираемь от глада». И тако свтъ створиша. И б же одинъ старець не былъ в вчи томь, вьпрашаше: «Что ради створиша вче людье?» И повдаша ему, яко утро хотять ся людье передати печенгомъ. Се же слышавь, посла по старйшины градьскыя и рече имъ: «Слышахъ, яко хочете передатися печенгомъ». Они же рша: «Не стрпять людье голода». И рече имъ: «Послушайте мене, не предайтеся за три дни, и азъ что вы велю и створите». И они же ради и общашася послушати. И рече имъ: «Сберете по горьсти овса, или пшениц, ли отруб». Они же, шедше, ради снискаху. И повел женам створити цжь, в немже варять кисель, и повел копати кладязь, и вьставити тамо кадь, и налья цжа кадь. И повел копати другий кладязь и вьставити тамо другую кадь. Повел имь искати меду. Они же, шедше, взяша лукно меду, б бо погребено вь княжи медуши. И повел росытити воду велми и вьльяти вь кадь и в друземь кладяз тако. Наутря же посла по печенгы. Горожани же рекоша, шедше, печенгомъ: «Поимете к соб тали наша, а васъ до 10 мужь идете вь градъ и видите, что ся деть вь град нашемь». Печензи же рад бывше, мняще, яко хотять ся передати, а сами избраша лучшии мужи вь град [296] и послаша я вь град, да розъглядають, что ся деть вь град у нихъ. И придоша вь градъ, и рекоша людие: «Почто губите себе? Коли можете перестояти нас? Аще стоите 10 лт, что можете створити намъ? Имемь бо кормьлю от земля. Аще ли не вруете, да видите своима очима». И приведоша я кь кладязю, идже цжь, и почерпоша вдромъ и льяху в латкы. И варяху пред ними, и яко свариша пред ними кисель, и поемь я, и приведоша кь другому кладязю, и почерпоша сыты, и почаша ясти первое сами, потом же и печенз. И удивишася, рекоша: «Не имуть сему вры наши князи, аще не ядять сами». И людье нальяша корчагу цжа и сыты от кладязя и вдаша печенгомъ. Они же, пришедше, повдаша вся бывшая. И вариша кисель, и яша князи печенжьстии и подивишася. И поемше тали своя, а онхъ пустивше, и вьсташа от града, и вь своя идоша.

Въ лто 6506. Въ лто 6507.

Въ лто 6508. Преставися Малъфридь. [297] В се же лто преставися и Рогъндь, мати Ярославля.

Въ лто 6509. Преставися Изяславъ, отець Брячьславль, сынъ Володимрь.

Въ лто 6510.

Въ лто 6511. Преставися Всеславъ, сынъ Изяславль, внукъ Вълодимрь.

Въ лто 6512. Въ лто 6513. Въ лто 6514.

Въ лто 6515. Принесени святии вь святую Богородицю.

Въ лто 6516. Въ лто 6517. Въ лто 6518.

Въ лто 6519. Преставися цесарици Володимеряа Анна.

Въ лто 6520. Въ лто 6521.

Въ лто 6522. Ярославу сущу в Новгород и урокомъ дающю 2000 гривенъ от года до года Кыеву, а тысящю Новгород гридемъ раздаваху. И тако дааху вси посадниц новьгородьстии, а Ярославъ поча сего не даяти Кыеву, отцю своему. И рче Володимиръ: «Теребите путь и мосты мостите» — хотяше бо ити на Ярослава, на сына своего, но разболся.

Въ лто 6523. Хотящю ити Володимру на Ярослава, Ярослав же, посла за море и приведе варягы, бояся отца своего. Но Богъ не дасть дьяволу радости. Володимеру же разболвшюся, в се же время бяше у него Борисъ, а печенгомъ идущимъ на Русь, и посла противу имъ Бориса, а самъ боляше велми, в нейже болести и скончася мсяца иуля въ 15 день. Умре же Володимиръ, князь великый, на Берестовъмь, и потаиша и, б бо Святополкъ в Кыев. [298] И нощью же межи клтми проимавъше помостъ, в ковьр опрятавши и ужи свсиша и на землю, и възложивъша и на сани, и везоша, [299] и поставиша и вь святй Богородици церкви, юже б самъ создалъ. Се же увидвше людье и снидошася бе-щисла, и плакашася по немь, бояре аки заступника земли ихъ, убозии акы заступника и кормителя. И вложиша и вь гроб мраморяни, спрятавше тло его с плачемь великим, блаженаго князя.