Туда — на вершины тропа уводила,Где отблеск снегов голубой…У Господа милости я не молила,Не чаяла встречи с тобой.Высокого солнца веселые бликиСкользили по серой скале,И нежились кустики спелой черникиНа склонах оврага в тепле.Меж гладкой скалой и глубоким оврагомТропинка была так узка.По ней ты спускался уверенным шагом,Ты мне улыбался слегка…Ты снова уходишь… сутулятся плечи…Закат догорает на льду…Пылающий глетчер, алеющий вечер,Нежданную нежность нечаянной встречи —Я бережно в память кладу.
III. «Мы вниз спешим вдоль переулка…»
Мы вниз спешим вдоль переулка,В горах последний луч угас,И сердце отбивает гулко:«В последний раз. В последний раз!»Внизу, у белого вокзалаДымит игрушка-паровоз.Я в детстве, помнится, игралаС букетиком бумажных розВ прощанье Рыцаря и Дамы,И плакала от грустных фразСентиментальной мелодрамы.Теперь гляжу в последний разБез слов, без слез, окаменелоВ твои застывшие черты.Но руки… руки рвут цветы —Альпийских роз живое тело.
IV. «Телефонную книгу далекого города…»
Телефонную книгу далекого городаПерелистываю, теребя,И не веря в смерть, как не верила смолоду,В этой книге ищу тебя.Пусть измерила версты, земные пространства я, —Не проникну сквозь времени мглу.Где ты ныне, мой друг? На чужбине ли, странствуя,Иль в соседнем медвежьем углу?Отзовись! Вновь на горы подымемся снежныеИ озер заблестит бирюза.Я пришла, чтобы снова насмешливо-нежныеИзумленно раскрылись глаза.Я пришла, чтоб вернуть наше счастье сторицеюПосле долгих неласковых лет…Но беспомощно пальцы дрожат над страницею,Где заветного имени нет.
V. «Ende der Welt» (Долина в Альпах)
Замкнули горные отрогиЗапущенный зеленый луг.Здесь упирались все дорогиВ непроходимый полукруг.Залитый золотистым зноем,От злобы и забот вдали,Дышал задумчивым покоемЗабытый уголок земли.Застигнутые зябкой дрожью,Мы — пред загадкою конца —Беззвучно подошли к подножьюСкалистого полукольца.Казалось, за зубчатой граньюЗмееобразного хребта,Там — недоступная сознаньюЗияющая пустота…
VI. В швейцарском шале
Я летом под одною крышейС ним провела четыре дня.Он был стройней других и выше,И глаз он не спускал с меня.На много лет меня моложе,Застенчив, горд и нелюдим,Старался он казаться строже.Я не была знакома с ним.На склонах гор его встречала;Когда ж в горах висел туман,В киоске книжном у вокзала.За мной входил он в ресторан,Глядел, не говоря ни слова,Учтиво уступал мне путь.Я иногда была готоваЕго за что-то упрекнуть.Когда мы с мужем уезжалиИ выносили наш багаж,Глазами полными печалиОн посмотрел на экипаж.Он вышел, будто ненарочно,За нами из шале во двор.Какой-то страстью непорочнойЗажегся синий-синий взор.И вслед за нашею коляскойПо спуску узкому меж скал,Дорогой глинистой и вязкойОн почему-то побежал.За мной ли он бежал вдогонку?!И с непонятною тоской,Как огорченному ребенку,Ему махнула я рукой…
VII.Карнавал в Базеле
На каждом перекрёстке пляски,Нога скользит по конфетти,И вздор нашептывают маски,Шутя, мешают мне пройти.На два часа, меж поездами,Я с гор спустилась в городок.Брожу с веселыми шутами,Гляжу на их живой поток.Как маска, мой загар в узорах,И запах снега в волосах;Я помню лыжный бег в просторах,Созвездья в темных небесах.А тут — фонарики цветныеСовсем затмили звездный свод.В три дня хотят собрать шальныеЗапасы радости на год.Ведь, сразу после карнавалаВсе разойдутся по домам,Где добродетельно и вялоВернутся к прерванным делам.А день уже уходит третий…Но снова взвился серпантинИ, забывая всё на свете,Пьеретту обнял Арлекин.
«Всё, что было давно, мной почти позабыто…»
Лучше слепое Ничто,Чем золотое Вчера.
Н. Гумилев
Всё, что было давно, мной почти позабыто.Завтра — миф. Нет Сегодня, Исчезло Вчера.Но в душе, в глубине, в подсознании зарытаПрежних лет золотая пора.Я устала, устала — я жажду покоя,Темноты, пустоты… За какие грехиСуждено до сих пор утомленной рукоюМне писать молодые стихи?Но не лучше ли, вновь побеждая усталостьИ в слезах молодея, писать до утра?Пусть Ничто подождет!..Нет, со мной не рассталось, —Вот смеется и плачет Вчера!..
«Первый подснежник. Оттепель марта…»
Первый подснежник. Оттепель марта.Солнечный зайчик на желтой стене.Шелест тетрадей. Низкая парта.Девочка с мягкой косой на спине.Он заблудился, тот день предвесенний, —Осенью поздней внезапно возник,Повесть о жизни — мое сочиненьеПеречеркнул, как плохой черновик:Много исканий, но мало в них смысла…Новую жизнь напишу мастерски!Годы исчезли, как лишние числа,Стертые губкой с классной доски.
Похвала близорукости
Вы видите звезды — блестящие точки,А я — золотистый поток.В письме вы читаете ясные строчки,Я — душу меж дымчатых строк.Не хочет доверчивый взгляд близорукийПроникнуть сквозь розовый дым:Я вижу тебя после долгой разлуки,Как прежде — всегда молодым…
Шаги
Не забуду: когда умиралиПод косой полевые цветы,К нам в усадьбу из синей далиЯвился ты.Каждый вечер в темнеющем залеЯ ждала, чтобы скрипнул паркет.Каждый вечер шаги звучали…На зов — ответ.Снегом, снегом окутало крышу…Я сказала: «Прощай, мы — враги»,А в биении сердца слышуТвои шаги…
«Как живые, стонали ступени…»
Как живые, стонали ступени,Захрустел золотистый песок,И очнувшись от утренней лени,У причала качнулся челнок.Он беспечно в чужие печалиНаше хрупкое счастье унес…С вёсел крупные капли спадали,Словно капли тяжелые слез.
«Когда-нибудь мы встретимся опять…»
Когда-нибудь мы встретимся опятьИ, может быть, друг друга не узнаем.На перекрестке будем мы стоять,Следя глазами за трамваем.Усталые, как будто в полусне,Без всяких дум случайно станем рядом.От скуки по прохожим и по мнеСкользнешь ты безучастным взглядом.И в этот миг — средь городской толпы,Как от толчка, внезапно вздрогнем оба:Ржаное поле, свежие снопыМелькнут на месте небоскреба.Почудятся в осенней полумглеПод фонарями улицы дождливойСледы копыт на взрыхленной землеИ дом с колоннами за нивой.Туда мы мчимся узкою межой.Туда — домой!.. Тут, в тесноте трамвая,Меня коснешься, женщины чужой…Я отстранюсь, не узнавая.