Чтение онлайн

Почему это так сложно?

Может быть, именно потому, что он знает обо мне всё, мне так тяжело. Потому что теперь на кону слишком многое.

Гриффин стоит за стойкой внутри магазина — точно так же, как в первый раз, когда Броуди привёл меня в Triple Mountain. Он улыбается, когда видит меня. Я должна пригласить этого человека хотя бы на ужин. Или выпить с ним кофе. Благодаря ему я успела дописать и опубликовать статью о Броуди в срок.

— Как дела, Кейт? — спрашивает он.

— Хорошо. Броуди здесь?

— На воде, но прямо за зданием, если хочешь посмотреть. Сегодня он не на порогах — просто помогает кому-то отточить технику.

— Отлично. Я пойду. Но вот... — Я достаю пробный экземпляр журнала и протягиваю ему. — Сначала хочу тебе кое-что показать.

Он листает страницы, и улыбка на его лице становится всё шире.

— Ты сделала это.

— Мы сделали. Без тебя у меня бы ничего не вышло.

— Это потрясающе.

— Выйдет в следующем месяце в Beyond.

Его глаза расширяются.

— В следующем? Как ты вообще это провернула?

— Честно говоря, мне просто повезло. Один редактор сказал, что им пришлось снять с номера главную статью — из-за ареста и каких-то обвинений. Я не вдавалась в подробности, но освободилось место, и моя статья идеально подошла, чтобы его занять.

— Броуди уже видел?

— Нет, только что получила экземпляр. Поэтому и пришла. Ну, в том числе.

— Он с ума сойдёт, — говорит Гриффин. — Думаешь, сработает? Спасёт программу?

— Не знаю. Очень надеюсь. Но точно не повредит.

Он аккуратно убирает пробник обратно в папку.

— Спасибо, Кейт. Броуди повезло, что у него есть ты.

Я улыбаюсь, не зная, сколько он на самом деле знает.

Прочищаю горло, стараясь унять внутреннего монстра ревности. Я могу контролировать только то, что в моих силах. Мои чувства — это мои чувства. Его чувства — это его чувства. Я подойду к этому разговору как взрослая.

— Кейт?

Я поднимаю глаза. Гриффин всё ещё держит папку и протягивает мне.

— Ты в порядке? Выглядишь так, будто проглотила лягушку.

Я беру папку, качаю головой.

— Всё хорошо. Я просто подожду Броуди на улице.

Ждать снаружи — не самая умная идея.

С деревянного стола за магазином открывается отличный вид на реку. Броуди в воде, без рубашки, только в спасательном жилете. С ним в воде — всего одна женщина, молодая, красивая, насколько можно судить под всем этим снаряжением, и явно очарованная Броуди. Она слишком далеко, чтобы я могла точно сказать, но вполне может оказаться той самой, с которой он был на фото.

Я почти собираюсь уйти, когда он поднимает голову и видит меня. Отлично. Теперь я застряла. И он слишком далеко, чтобы я могла понять по выражению лица, что он чувствует.

Я напоминаю себе, что пришла показать статью. И это не изменится, даже если он уже сделал новой девушке предложение.

К тому же, я устала убегать.

Я проведу этот трудный разговор.

Я больше не позволю страху мешать быть уязвимой.

Урок длится ещё минут пятнадцать. Броуди учит девушку делать эскимосский переворот — возвращать каяк в исходное положение после переворота, не вылезая из него. Я видела, как он делал это сам, когда мы были в Роббинсвилле, посреди бурной воды, но почти так же впечатляет смотреть, как он объясняет это другому. Я не слышу, что он говорит, но он показывает руками — на бёдра, на лодку, на весло. Женщина кивает, когда готова попробовать, потом переворачивается. Раз за разом её рука выныривает из воды и стучит по дну каяка — видимо, это сигнал, чтобы Броуди вернул её в вертикальное положение. Но потом, наконец, она делает это сама. Переворачивается обратно, широко улыбается и хлопает Броуди по ладоням обеими руками.

Я комок нервов, когда он несёт её каяк к сараю в конце стоянки. Его жилет висит на руке, обнажая загорелую грудь, рельефную и сильную. Я наблюдаю, как он убирает снаряжение и прощается с женщиной, и, судя по их общению, это просто ученица, а не подруга.

Это не мешает мне терзаться вопросами — насколько ему понравилось её обучать. Я весь в тревоге. Одна чёртова фотография — и я теряю связь с реальностью.

Но дело ведь не в ней. Я боюсь. Потому что проще переживать из-за другой женщины, чем признать, что боюсь куда большего. Я не думаю, что Броуди за неделю нашёл себе новую девушку. У этой фотографии может быть тысяча объяснений — я это понимаю.

Я просто... боюсь.

Боюсь, что он не чувствует того же. Боюсь, что даже если чувствует, я всё равно причиню ему боль. Боюсь, что он причинит боль мне. Боюсь, что если ничего не получится — мы потеряем нашу дружбу.

Я не представляю свою жизнь без Броуди. И не хочу такой жизни.

Я всё ещё сижу за столом, когда Броуди садится на скамью напротив. Его лицо закрыто — куда более сдержанное, чем я ожидала.

— Ты вернулась, — говорит он буднично.

— Привет.

— Как поездка?

— Хорошая. Долгая. А у тебя как поездка?

Он приподнимает брови. Точно. Он же не говорил мне, что куда-то едет.

Я пожимаю плечами.

— Ты был с Флинтом. Интернет знает всё о Флинте.

— А. Ну да.

Мы сидим в молчании, которое тянется, как вечность. Наверное, прошло не больше сорока пяти секунд, но от того, как он смотрит на меня, как солнце играет на каплях воды на его плечах — я буквально в агонии, и мысли прыгают во все стороны.

— Я писала тебе, — говорю я.

— Я видел.

Он совсем не облегчает мне задачу.

Я прижимаю ладони к столу, сосредотачиваясь на шероховатой поверхности дерева — это помогает зацепиться за настоящий момент.

— Броуди, прости, что уехала, не поговорив с тобой, — наконец говорю. — Я понимаю, что, возможно, это уже неважно. Что ты, может быть, уже решил, что тебе не стоит связываться с такой беглянкой, как я. И я пойму. Если та женщина на фото тебе дорога...

Я закрываю глаза — вдруг не могу закончить.

— Фото?

Мои глаза распахиваются. Он не видел это фото? Хотя... почему бы ему его видеть? Вряд ли он читает статьи со сплетнями о знаменитостях, даже если они о его брате.

— Это была фотография Флинта. Но ты тоже на ней. Кажется, на танцполе? Ты держишь кого-то за руку.

Он медленно кивает, сверля меня взглядом, который я знаю слишком хорошо — прямой, глубокий, до самой сути.

— А если она действительно что-то для меня значит... тебе было бы важно?

Я опускаю глаза, чувствуя, как к щекам приливает жар. Значит, всё-таки встретил кого-то. Я заставляю себя сделать глубокий, медленный вдох.