Чтение онлайн

Единственными источниками света в тоннеле остались фонари. Темноту расчерчивали лучи галогенного света, выхватывая то чье-нибудь лицо, то неровный выступ стены, то камни под ногами. Джемма двинулась вперед, и голос Нормана теперь раздавался у нее из-за спины:

— Об ирландских пиктах стало широко известно где-то ко второму и третьему векам. Есть задокументированные свидетельства отношений пиктов со скоттами и бриттами, их противостояния с англами и саксами… Но вот ирландская пиктская история до римского завоевания — большая загадка для историков. Ученые, как правило, знают о пиктах то, что им известно очень мало…

Доу, кажется, этот экскурс не удовлетворил, потому что следом Джемма услышала его противно-недовольный голос:

— А из интересного?

Норман определенно не понял, на что тот намекал. Он издал неуверенное «м-м-м», а потом продолжил:

— Ну, из интересного… О, ну, допустим, интересно то, что у валлийцев пикты носят название «прайдин», а Британский остров называется Прайдэйн. Так что существует теория о том, что слова «бритты» и «Британия» изначально могли происходить от языка пиктов и уже потом так назвали и сам остров…

Доу его прервал:

— Я имел в виду интересное для нашего дела.

— Уточняй, — тут же смущенно огрызнулся Норман. — Может быть, тебя интересует история древних британцев, мне-то откуда знать… Так что если захочешь что-нибудь узнать об ирландском праве, древнейшем, между прочим, в Британии, — обращайся, не стесняйся.

Джемма ощутила укол гордости. Этот мальчик стал самостоятельным и может постоять за себя! Впрочем, она быстро отвлеклась. Всю ее сосредоточенность забирали темнота впереди и чувство нарастающего ожидания, которое заставляло ее быть нетерпеливой.

Она подняла свой фонарь повыше, направляя его во мглу впереди, и спросила:

— Доу, Блайт. Чувствуете что-нибудь?

— Роген, хватит принимать нас за сверхъественные радары, которые ты можешь включить и выключить.

В этот же момент свет фонаря Джеммы выхватил первую преграду. Тоннель впереди начал довольно резко расширяться и сразу вывел их к трем проходам поменьше, заставив всю процессию притормозить. Кэл присвистнул: один из тоннелей, самый левый, был не выше человеческого роста. Рельсы под ногами разветвлялись и уходили во все три стороны. Джемма поджала губы.

— Налево пойдешь, — пропел Доу, переводя луч света с одного темного провала на другой, — в беду попадешь, направо пойдешь — счастье найдешь, прямо пойдешь…

— Коня, блин, потеряешь, заткнись пожалуйста, — проворчала Джемма, пытаясь сосредоточиться.

Она прислушалась к себе. Может быть, цепь натянется в какую-нибудь сторону? Ч­то-нибудь подскажет ей, где именно Купер?

Если бы что-то и хотело ей подсказать, оно не успело.

— Давайте так. Я пойду в левый. — Кэл принялся указывать лучом фонаря поочередно на все проходы. — Джемма с Киараном — в центральный, а Норман с Сайласом — в правый?

— Разделиться? — подал голос Блайт. Луч его фонаря плавно перетек на Кэла. — Сейчас? — И в его голосе читалось мало удовлетворения.

— Тебе не хочется оставаться со мной наедине, что ли? — обернулась Джемма. — Тю! Вот это обидно.

Луч фонаря Блайта врезался ей в лицо так, что пришлось резко заслониться рукой. Вот же засранец!

— Вас обидишь, — ничего не выражающим голосом ответил он, но фонарь отвел, позволяя Джемме проморгаться.

О­ткуда-то из темноты злорадно хмыкнул Доу.

Джемма закатила глаза:

— Ну так за мной, вампиреныш, шевели лапками.

И направилась в тоннель. За спиной раздались осторожные шаги Блайта.

— Если что — кричите! — посоветовал Кэл, светя им в спину.

Ну что, Купер, где же ты? Куда ты меня ведешь?

Где ты?

Норман обводил фонарем неуютные извилистые каменные стены, создавая причудливые тени по углам, и сам же от них вздрагивал. Нервировала темнота, нервировали собственные шаги, а еще больше нервировало то, что шагов Доу в этой темноте слышно не было. Каждый раз, когда свет падал на то место, где тот шел секунду назад, его там не оказывалось. Это возвращало Нормана к тому моменту, когда он проснулся в машине в одиночестве.

И к тому, что последовало после.

Вздрогнув в очередной раз, Норман сделал несколько импульсивно быстрых шагов вперед и чуть не налетел на особо крупный камень. Он выругался себе под нос, обшаривая фонарем окрестности, но Доу нигде не было. Да чтоб его!

— Это не смешно, — просипел он в непроглядную черноту, но его дрожащий голос далеко не ушел. Здесь вообще, кроме него самого, ничего не было слышно: шаги и голоса остальных смолкли почти сразу, как они разошлись по тоннелям, будто темнота отрезала их друг от друга. Сначала туман, теперь вот это… — Ни разу.

Он поднял фонарик, решив искать не под ногами, а рядом с собой, и почти провернулся вокруг своей оси, прежде чем из темноты на него налетела жуткая тень.

Норман почти вскрикнул. Потом почти выругался:

— Ты!..

Жуткая тень — какое точное описание — на поверку оказалась лицом Доу в облаке мехового воротника капюшона. Он продолжил за Нормана:

— Очень веселый парень, я в курсе. Что ты ищешь у себя под ногами? Купера?

— К­акие-нибудь зацепки, — огрызнулся Норман.

Хотелось демонстративно пройти мимо, задев вы­пендрежника плечом, но мгла за спиной Доу была такой непо­движной и густой, что Норману стало просто-напросто страшно. «Не страшно, — нервно поправил он себя, сжимая кочергу, — а бессмысленно. Я не Джемма и Кэл, чтобы рисковать ради позерства, вот так вот».

На некоторое время он даже сам себе поверил.

Они двинулись дальше, и Норман старался не выпускать Доу из пятна света.

— Так что ты думаешь насчет Купера? — раздался через некоторое время пространный вопрос.

Норман удивленно уперся взглядом в чужую спину:

— По поводу?

Его рисунков? Снов Джеммы? Действительно ли он здесь? Почему ты задаешь вопрос так, будто продолжаешь разговор? Обычно тебе вообще неинтересно ничье мнение!

— Ты ведь аналитик, разве нет? — И снова это пренебрежение. — Я хочу услышать твой анализ той части происходящего бреда, который касается Купера.

Не хотел он ничего слышать. Это была какая-то проверка на вшивость, вот что.

Норман уже даже не обижался. С гонором гоэтиков могло соперничать только самомнение артефактологов: эти всегда полагали свою работу более интеллектуальной, чем у других оперативников. Что ж, в этом была доля справедливости, наверное: они должны были уметь разбираться в хитросплетении энергий, работать с характерными признаками, и обычно помощь аналитиков им особо не требовалась. Неудивительно, что Доу считал работу Нормана бесполезной.