Чтение онлайн

— Ну что ж, леди Тео, не знаю, как и благодарить вас за всё, что вы для меня сделали. Когда я впервые вас увидел, я подумал: ни за что эта ничтожная смертная мне не поможет. Но вы помогли. Вы гораздо умнее, чем кажетесь. — Гном сиял так, будто отвесил ей величайший из возможных комплиментов.

— Э-э… спасибо, Дуин. И спасибо за то, что позволил мне помочь. Только не делай больше ничего такого, за что тебя снова упекут. Не хочу больше заключать за тебя сделки. — Она подмигнула ему, и тот хохотнул.

— Тогда, полагаю, пришло время прощаться!

— Нет, — сказала Тео. — Просто «до встречи».

Она протянула руку с монетой, чтобы Дуин её взял. Но, к огромному удивлению Тео, гном лишь взглянул на монету и тут же попятился.

— Погодите, это что такое?

Тео видела, как в его голове со скрежетом и пробуксовкой закрутились шестеренки понимания, словно у ошалевшего мула на сидровом прессе.

— Монета в счет твоего долга, — сказала Тео, пытаясь остановить его раньше, чем его мозг окончательно заклинит.

— Тебе?

— Именно так я добилась твоего освобождения. Я приняла твой долг.

— Я думал, это значит, что ты его просто оплатишь! Ты что это, собираешься заставлять меня что-то делать?!

— Ты думал, я возьму на себя твой долг, а ты взамен ничего не сделаешь? Это так не работает, Дуин. К тому же я сама не могу заставить тебя что-то делать, потому что работаю на фею, так что ты будешь должен ей. Она велела мне передать тебе это.

— Фею?! — Дуин ахнул и отшатнулся. Он с ужасом уставился на монету в её протянутой руке, будто та могла ожить и сожрать его. Но тут его взгляд стал свирепым, и он злобно уставился на Тео. — Ты… ты… лживая предательница! Подлый тыквенный жук! Убери это от меня! Прочь!

— Прости? Я вообще-то тебя только что на волю выпустила!

— Нет-нет, мерзкая ты капустная гусеница, ты меня предала!

— Ничего подобного. Просто возьми монету, и мы сможем уйти.

— Помогите! Смертные нападают! Прочь, паутинный клещ!

— Никто на тебя не нападает! Бери монету!

— НЕТ!

Прежде чем Тео успела схватить его за руку и вложить туда монету, Дуин развернулся и припустил по коридору.

Недолго думая, она бросилась вдогонку, нагнала его в несколько прыжков и схватила за плечо. Дуин вскрикнул, разворачиваясь, и в его руке блеснул один из инструментов.

— А ну подожди-ка минуту… — начала она.

Но резкое давление и острая боль оборвали её на полуслове. Тео и Дуин в шоке уставились друг на друга. Дуин очнулся первым и перевел взгляд на её живот. Она проследила за его взглядом и увидела торчащую из своего платья одну из тех затертых рукояток, что висели у него на перевязи. Это было странно: что она там забыла?

Дуин взвизгнул и снова бросился наутек, но Тео было не до него. Она не могла оторвать глаз от садового инструмента, застрявшего чуть ниже и левее пупка. Внезапная вспышка боли пробилась сквозь замешательство и волнами разошлась от засевшей в теле лопатки.

Первым её нагнал Каз; он сразу оценил её ошарашенный вид.

— Меня… меня пырнули! — Что?

Вместо объяснений Тео просто начала орать.

— Всё в порядке, Тео. Всё нормально, — он говорил быстро, выставив руки перед собой, точно перед испуганной лошадью, которую пытаются поймать, пока она не умчалась.

— Ни черта не нормально, Каз! Меня пырнули садовой лопаткой!

— Тише, тише. Ты быстро поправишься. Всё хорошо. — Судя по его тону, он понимал: она не столько разваливается на части, сколько готова взорваться.

— Этот гном меня зарезал, Каз!

Он направил её к стене. Она пристроила ладони по обе стороны от лопатки, не решаясь к ней прикоснуться. Когда адреналин начал спадать, боль усилилась, а бок запульсировал вокруг стального вторжения.

— Тео, я её сейчас вытащу. Будет больно. — Мне и так больно!

Финеас только что подбежал и замер как вкопанный, увидев Каза и Тео.

— Тебя пырнули! — Розовый румянец начал сходить с его щек, унося с собой все остальные краски и оставляя Финеаса почти серым. — О нет. Нет, нет. Мне пора. Я не могу. Нет, нет, нет. — Он прижал руку ко рту, будто его вот-вот стошнит, и припустил по коридору вслед за Дуином.

— Не обращай на него внимания, — бросил Каз. Тео отметила про себя: когда кто-то в ужасе убегает от тебя, позыркав на рвоту, это плохой знак. — Ты готова?

Прежде чем она успела кивнуть, он ухватился за рукоять и дернул. Лопатка вышла вместе со струей крови. Она вскрикнула и выругалась, согнувшись пополам, пока Каз снова не выпрямил её, прижав спиной к стене. Он швырнул лопатку на пол за собой и опустился перед ней на колени, подбирая подол её юбок и используя лишнюю ткань, чтобы прижать открытую рану.

Тео посмотрела на инструмент на полу: лезвие покрывала красная вязкая жидкость, бликующая в свете фонарей — её кровь. Руки Каза тоже были алыми, кровь уже просочилась сквозь слой ткани. Тео была готова первой признать, что она не врач, но была почти уверена: слишком большая часть этой субстанции сейчас находилась снаружи её тела.

Дыхание стало частым и прерывистым, воздух словно не доходил до дна легких. Но как бы быстро она ни вдыхала, ей казалось, что этого мало — будто из комнаты выкачали весь кислород.

— Очень больно, — выкрикнула она; её голос звучал так, будто он принадлежал кому-то другому, бесконечно далекому.

Ощущения зашкаливали. Всё её тело сосредоточилось в одной точке — в разрезанном животе, превратившемся в сплошную агонию. С каждой секундой в голове мутилось всё сильнее.

— Каз… Каз… мне плохо. — Просто держись, пока рана не затянется. Тео?

До этого он действовал с холодным упорством, пытаясь унять кровотечение, но, взглянув на неё, остановился.

— Сядь, — приказал он, помогая ей сползти по стене.

Но сердце колотилось. Колотилось так сильно, что она чувствовала удары в голове. Слишком быстро. Если оно бьется так быстро, значит, оно с такой же скоростью выкачивает из неё кровь. А при такой скорости она точно истечет досуха.

— Я умру. Я умру. Я умираю, умираю, умираю. — Она никогда особо не задумывалась о том, как именно уйдет из жизни, но вариант «быть выпотрошенной садовой лопаткой гнома в коридоре эльфийского дворца, который еще сегодня утром был сказкой», определенно не входил в её список.