Чтение онлайн

— Я понимаю, господин капеллан. Но разве не должны они сопротивляться, раз уж нелюдь их заразила?.. — В мужчине говорило не любопытство, а отчаяние. Потому что глядя на тех, кого уводили прочь, он невольно проецировал это на своих родных, оставшихся за стенами Визегельда.

Да, их всех перевезли в центр города, охраняющийся не хуже иного замка. Но ведь охраняла их всё та же стража, в рядах которых сотник видел сейчас множество заражённых.

А если зараза коснулась тех, кто никуда не выходил без оружия и поодиночке, то насколько широко она могла распространиться среди беззащитных гражданских?..

— Сотник… — Капеллан тяжело вздохнул, обернувшись. — Порой поверхностное знание опаснее незнания, поэтому я просто не успею рассказать вам всего.

— Если держать людей в неведении, то нелюдей от этого меньше не станет… — Мужчина сглотнул вставший в горле ком. — … господин капеллан. Мы даже не знаем толком, с чем боремся и чего ожидать от этих тварей. Может, будь иначе, и мы бы давно справились с ними?

— Отнюдь. — Вопреки ожиданиям Карела, капеллан не продемонстрировал ни намёка на гнев. — Представьте себе крестьянина, который на словах объяснит знатному господину, как правильно выращивать пшеницу, как бороться с вредителями, как ухаживать за почвой, как пахать… много ли из того усвоит знатный господин, даже будь у него такое желание?

— Не думаю…

— Верно. Потому что на деле это сложная наука, кажущаяся чем-то простым. Такому не научишься за полчаса. Так и с чуждыми… но проблема куда шире. — Капеллан поймал взгляд сотника. — Если я расскажу вам всё, что знаю, то, возможно, здесь и сейчас вы и ваши люди действительно станете действовать эффективнее. Но после кризиса эти знания, «от самого капеллана», расползутся по Империи, непредсказуемо изменяясь. Получившуюся страшилку начнуть использовать люди, и мы получим очередную «охоту на ведьм», которая уже не раз лишала Империю травниц и знахарок, учёных людей и просто красивых от природы. Потому что повесить на человека ярлык легко и просто. А страх сделает остальное.

Капеллан поднял руку, похлопав Карела по плечу.

— Оставьте борьбу с нелюдью нам, сотник. А сами выполняйте свою работу достойно, и кризис будет преодолён. Потому что такова воля Трона.

— Такова воля Трона. Благодарю за объяснения, господин капеллан…

— Возвращайтесь к своим офицерам. Приказ вот-вот будет озвучен, и вы будете нужны там. — Капеллан вполне конкретно указал пальцем, где именно находится это «там». — Заодно подбодрите своих людей. Мы многого ждём от вас, сотник.

Мужчина ударил себя кулаком в грудь…

— Будет исполнено, господин капеллан!

… и вскоре присоединился к гарнизону, которому предстояло вернуться на свои посты, высвободив оттуда временно их подменивших солдат Имперской армии.

Вот-вот должна была начаться долгожданная чистка, одна из самых крупных и важных.

Не первая, но должная стать последней…

Во второй раз я очнулся посреди ночи, чувствуя себя лишь немногим лучше прежнего.

Все силы ушли на то, чтобы понять: выход за пределы тела и магии сказался на моём теле ровно так, как должен был. Старые раны усугубились, добавились новые… но что бы ни делали со мной варвары на протяжении многих дней, это помогало.

Даже после боя с Буром и зачистки заражённых в крепости я чувствовал себя хуже. Исключение составляла разве что магия, которая сейчас отзываться не спешила.

Но я не паниковал: привык, проведя месяцы в мире воспоминаний и иллюзий.

В третий раз мне «повезло» проснуться ранним утром, ровно в тот момент, когда старый шаман напевал гортанный, ритмичный речитатив, восхваляющий духов и Смерть как аспект магии. Одновременно с этим он снимал повязки, наносил на моё тело дурно пахнущие мази и менял травы в, как я выяснил немногим позже, черепах, звериных и людских.

Их вокруг лежанки было немало, и мои мысли на этот счёт не внушали особых надежд.

Правда, выводы делать я, опять же, не торопился. Уповал на то, что это не часть магической практики, а варварская традиция.

После был и четвёртый раз, и пятый, и десятый. Краткие мгновения в реальности растягивались в минуты, потом — в часы.

Онемение, сковывающее конечности, постепенно рассасывалось, а сознание обретало всё большую ясность. Шаман всё реже лично заглядывал в шатёр, присылая вместо себя Шора, своего помощника. Ничего связанного с магией тому не поручали, так что вместе с подростком «на огонёк» заглядывала и его бабка, знакомая мне заочно.

Изида. Звучное, редкое имя, которое никак не ожидаешь встретить в северных племенах некогда отколовшихся от Империи людей. Говорящие-с-духами обычно предпочитали нечто более простое, потому как имена новорождённым давали как раз-таки духи.

По крайней мере, так об этом говорилось в книгах, ведь возможности узнать об этом из первых уст у меня не было по вполне понятной причине.

Варвары не любили имперцев, и мы отвечали им полной взаимностью.

Не из вредности или чувства собственного превосходства. Просто говорящие-с-духами слишком часто провоцировали проблемы, решение которых обходилось Империи большой кровью. Риск и опасность были намертво вшиты в концепцию их магических практик, а сами шаманы не контролировали своё колдовство от и до.

Считали, будто духам и магии нужно оставлять некоторую степень свободы… и за счёт этого регулярно радовали тварей из-за Кромки, позволяя им воплощаться в материальном мире в теле очередного совершившего фатальную ошибку шамана.

Такие «воплощённые» чудовища долго не существовали, и чаще всего не успевали даже просто добраться до границ Империи. Вот только сами варвары нет-нет, да пытались вернуться туда, откуда когда-то выдворили их предков.

И преуспевали в этом, превращаясь в своего рода тлеющую искру, готовую вспыхнуть пожаром в самый неподходящий момент…

— Он ведь должен был давно уже очнуться, разве нет? Раз духи отпустили его разум? — Вопрос, заданный Шором, заставил меня внутренне напрячься.

Старуха в ответ причмокнула губами, не переставая перебирать кости, служащие основой для моей лежанки. Она как раз вытащила очередную кость, и теперь, судя по звукам, — а я за это время наловчился на слух воспринимать если не всё, то многое, — внимательно ту осматривала.

— Не всё так просто, мальчик мой. Быть может, духи и отпустили разум этого юноши, но готово ли его тело воспрянуть ото сна? — Гулко ударилась об пол кость, показавшаяся Изиде негодной. Прокашлявшись, она потянулась за следующей. — Никто кроме тебя не ждал того, что он вот-вот встанет на ноги и умчит по своим делам, Шор. С такими ранами, да разочаровав духов, в одиночку он не выживет…

— Но старого Нериада ты убеждала в обратном, бабушка. Что имперец опасен, что за ним нужен присмотр…

По уху прошёлся скрипучий старческий смех:

— Ты слишком юн, и потому не уловил посыла, мальчик мой. Я предупреждала не об угрозе, а о том, что юноша этот… — Меня легонько ударили косточкой по лбу. — … может навредить себе и нам, едва открыв глаза. Много ли надо сил, чтобы расколоть черепа, собираемые десятилетиями? Или свести на нет наши усилия в тщетной попытке зачерпнуть магию прежде, чем восстановится нутро, тут же и погибнув? Нет. Мы не желаем ему зла, что есть чистая правда. Но убедить в том того, кто видить в нас врагов…