Чтение онлайн

– Показать, что всё отлично, - закончил мысль корреспондент. – Понимаю.

– Неужели?

– О, да. Как-то я возвращался с задания за городом. Меня подвезли на развалюхе до редакции. Выхожу из нее, костюм заляпан грязью. А на тротуаре стоит бывшая невеста с новым ухажером. Неприятно получилось.

– Да уж… - протянула я, округляя глаза. – Сочувствую.

– Спасибо, - Хантер грустно улыбнулся. И тут же продолжил интервью: - Значит, университетского ухажера зовут Андрей.

– Да.

– А кто такой Макс? Его упоминала твоя матушка.

Я чуть зубами не заскрежетала.

– Какой ты…

– Наблюдательный?

– Можно и так сказать, - смягчила я действительность.

– Мне показалось, что вы с сестрой пытались поделить одного кавалера.

– Не совсем так, - пробурчала я. – Наши с Максом семьи хотели породниться. Ты же знаешь, как это бывает. Деньги к деньгам. Родители договорились еще при жизни моего отца, что поженят нас с Максом. А он в итоге решил, что моя сестра его устроит больше. И договор не нарушил, и жену выбрал более удобную. И не смотри сочувственно. Ситуация не очень приятная. Все ведь знали, что мы вроде как помолвлены. Но я и облегчение испытала. Мне этот брак не был особенно нужен. Вот. Теперь ты знаешь, как обстоят дела.

– Если хочешь, я пойду с тобой на прием. В качестве пары или просто моральной поддержки.

– На прием? Какой прием?

– На тот, который устраивают твои родственники, чтобы твоя фотография появилась в газетах.

– Черти… - простонала я, обхватив голову руками. Я совсем забыла о маменькиной затее.

А ведь идти придется. Она не отстанет. Может, правда, взять Хантера с собой? Убью сразу двух зайцев. Во-первых, корреспондент меня подстрахует. Он это умеет. Во-вторых, мама взбесится, а это неплохо. Впрочем, идея была безумная.

– Тебе нельзя со мной. Нет-нет, я тебя не стесняюсь. Но на презентации будут журналисты. И фотографы. Ты попадешь в газеты вместе со мной. И дотошные… Прости, любопытные корреспонденты попытаются выяснить, что за фрукт разгуливает с наследницей-неудачницей семейства Грушевских. А тебя не существуют. Ни к чем привлекать внимание, в общем.

– Пожалуй, ты права, - согласился Хантер. – У моего попадания на страницы газет могут быть последствия, - он немного помолчал и спросил: - Значит, дело не в бывших ухажерах. И не в приеме. Но что же тебя огорчило, Амелия? Я ведь каждую минуту был с тобой и ничего странного не заметил. Хотя я, правда, дотошный.

Я на мгновение закусила губу, раздумывая, стоит ли признаваться. А потом решила, что нечестно утаивать от Хантера магические странности.

– Не хочу давать тебе ложную надежду, но… - я запнулась.

– У тебя появились идеи, как вернуть меня назад?

– Не совсем. Я кое-что видела. Недоступное остальным. Дважды.

И я рассказала о нитях на веранде и отражении дома Итона в стекле. Хантер, как я и опасалась, оживился.

– Значит, шанс вернуться есть! Нужно идти к веранде и, если нити снова появятся, потянуть!

– Прямо сейчас? – я сделала большие глаза. – И проторчать там весь вечер и ночь?

– Нет, конечно, ночь торчать не нужно, - проговорил Хантер с улыбкой. – Но завтра следует снова туда наведаться.

– Мне могло показаться.

– Или нет. Ты же дочь Серафима. Он путешествовал по мирам. Значит, и у тебя…

– Я не дочь Серафима! – перебила сердито. – А просто… потомок.

– В каком колене? – не удержался от любопытства корреспондент.

– Я – его внучка. У Серафима был роман в моей бабушкой. И в этом мире родился еще один Серафим. Правда, не обладающий магией.

Я тяжко вздохнула и поведала то, что слышала от Габриэля. Может, и не стоило. Но чутье подсказывала, что Хантеру можно доверять. Да и не тот он человек, который побежит рассказывать мою тайну семейству Моро. Особенно, если учесть его отношение к советнику мэра.

– В общем, сработало имя. Хвостатый… в смысле, Нельсон… Он желал перенести дочь Серафима. Бабушка изменила папино имя для окружающих. Но для магического мира оно осталось прежним. Так что я и дочь, и внучка Серафимов.

– Как интересно, - пробормотал Хантер. – Значит, отец не унаследовал способностей Серафима, а ты получили дар через поколение. И похоже, единственная из трех детей. Как причудливо работает магия.

– Я бы предпочла обойтись без этих причуд, - усмехнулась горько. – Жила бы себе и жила спокойно. В родном мире.

– Кто знает, кто знает, - улыбка так и не сходила с лица корреспондента. – Быть может, твое появление изменило некоторые события к лучшему. Разве ты ни на что не повлияла?

– Хм… - я задумалась. – В ночь моего появления на дом Моро напали. Это я перенесла Итона. По сути спасла. Хотя всё вышло само собой.

– Но, получается, без тебя бы Итон погиб.

– Верно. Вот только мы не знаем, жив ли он сейчас. Костяшка не устроила бы сумасшествие на приеме, если бы не злилась на меня.

– Тоже верно. Хотя Итон всё равно бы на ней не женился. Леди Кларисса определенно была девушкой для развлечений, а не для создания семьи. У Моро-младшего появилась бы официальная невеста, а любовница в лучшем случает осталась просто любовницей. И учитывая ее характер, устроила бы что-то мерзкое.

– Пожалуй, - пробормотала я и тоже улыбнулась. Благодарно.

Мне всё больше нравился Хантер. С ним было легко. Он не нервничал по поводу и без оного, рассуждал здраво, предлагал помощь. Приятно, когда рядом такой мужчина. Жаль, что Итон другой. Мне было бы гораздо легче смириться с ролью невесты.

В дверь позвонили.

– Наш ужин, - оповестила я и пошла принимать пиццу.

****

Трапеза прошла преимущественно в молчании. Хантер оценил еду нашего мира. Правда, не поверил, что пиццу можно есть руками. Особенно, когда я взялась за вилку и нож.

– Каждому свое, - поведала я. И велела: - Только не смейся. Я сначала отрезаю и съедаю корочку, а потом всё остальное. Так вкуснее.

– Раз вкуснее, значит, так и положено, - ответил на это корреспондент, попробовал грибную пиццу, издал мычание и на несколько минут оказался потерян для общества. В моем лице.

А дальше… Дальше мы попробовали рулетики с курицей и овощами, а потом сытые и довольные пили чай и делились вкусовыми пристрастиями. Мороженое я пока убрала в холодильник, чтобы достать через пару часов. Мне показалось забавным, что Хантер не фанат шоколада, зато обожает лакомства с карамельной начинкой. Мол, душу продать не готов, но натворить других глупостей запросто.

Я хотела рассказать, что могу отказаться от чего угодно, кроме мороженого, но случилась еще одна странность. Третья за день. И самая безумная.