Чтение онлайн

– Дык начальник вашей матушки меня в розыск объявил, как врага, - я поднялась и принялась оглядываться. – В тайный розыск. По официальной версии, я вроде как сильно не здорова.

Это была больничная палата, как я и «заказывала». Та самая палата. Светлая, с бежевыми шторами на широком окне. Кровать стояла посередине. Лежащей не ней Итон выглядел спящим. Не производил впечатление умирающего. Разве что был бледнее обычного.

– Всё плохо, да? – спросила я Лану. Вот кто выглядел паршиво. Она явно часто лила слезы. Так что я не ошиблась, когда предположила на приеме в честь помолвки, что между ней и Итоном были близкие отношения когда-то.

– Врачи не могут найти лекарство, - ответила Лана и сжала зубы в попытке сдержать новую порцию слез. – Вам лучше уйти, - добавила она через минуту, во время которой мы обе не сводили взгляды с лица Итона. – В смысле, вам опасно здесь находиться. В коридоре охрана. Если вас заметят, дело кончится ужасно. Для вас. Господин Моро считает, что вы сотрудничали с его врагами.

– А вы – нет?

– Я знаю, что вы спасли Итона. Дважды. Когда перенесли из родового дома и позже, когда Киллиан предлагал оставить его в камере – на растерзания детям луны. С чего бы вам менять решение?

– Я его определенно не меняла, - проворчала уставшим голосом.

– Зачем вы здесь? – спросила она, глянув пристально. Уж не ревность ли проснулась?

– Хотела увидеть ситуацию собственными глазами. Не удержалась, хотя и понимала, что это рискованная затея. Просто Итон… встал между мной и безумной Клариссой. А я…

– Сбежали? – подсказала Лана осуждающе.

– Нет. В смысле, не собиралась я никуда бежать. Моя магия… Я только учусь ею управлять. Временами она ведет себя, как ей вздумается. Вот я и перенеслась из ратуши. Очень далеко перенеслась.

Мы помолчали. А потом я спросила:

– Почему у докторов не получается найти лекарство? Я так понимаю, проблема в спящей магии Итона, на которую повлияли дети луны. Но если они повлияли один раз, почему не в состоянии всё исправить?

– Как вы всё это узнали? – изумилась Лана.

– Долгая история, - отмахнулась я. Не говорить же, что увидела во сне. – Пожалуйста, ответьте на вопрос.

– В теории дети луны могут помочь, - пояснила Лана после тяжкого вздоха. – Но это доступно тому, кто испортил магию Итона. Или его потомкам. Но тот маг давно мертв. И нет, это был не Карлайл, а его предшественник. У мерзавца не осталось ни детей, ни внуков. В смысле, нет живых потомков. Был внук, но он давно погиб. Так что надежды на благополучный исход мало.

Лана отвернулась к окну, штора как раз качнулась на ветру, открывая вид на вечерний город. Девушка не хотела, чтобы я видела, как болезненно исказилось ее лицо.

– Вам пора, леди Амелия, - проговорила она требовательно.

У меня на языке вертелись еще вопросы. Например, что случилось с Нельсоном, или не против ли вредная помощница Вильгельма Моро присутствия дочки в палате Итона. Но Лана явно больше не собиралась отвечать, да и за дверью послышались голоса. Причем один принадлежал папеньке Итона.

– Проверьте палату! Обереги зафиксировали вторжение!

– Там только леди Лана.

– Я сказал: проверьте немедленно!

Всё произошло слишком быстро. Лана испуганно охнула, затем зажала рот руками. Я попыталась покинуть палату. В смысле, потребовала от собственной неконтролируемой магии перенести меня отсюда. Увы результата не добилась. Дар не пожелал откликнуться. Я завертелась на месте. Глянула в сторону кровати, но под ней совершенно не было места. Уж точно не для меня. А шкафов в плате и вовсе не имелось. Впрочем, какая разница? Не дураков же нанимает Моро-старший. Они бы и под кроватью проверили, и в шкафах.

А дверь уже открылась, и в комнату ворвалась целая толпа.

– Ты-ы-ы! – прорычал папенька Итона, тыча в мою сторону трясущимся пальцем. – Хватайте! Живо!

Не знаю, о чем я думала. Кажется, вообще ни о чем. Просто вскочила на подоконник. Не в один прыжок, конечно же. На такие акробатические трюки отродясь не была способна. Просто у окна стоял стул. И в два этапа взобраться вполне получилось.

– Не подходите! – потребовала я, вцепившись одной рукой в открытую створку.

– Иначе что? – осклабился несостоявшийся свекор в мерзкой улыбочке. – Прыгнешь?

Я мысленно выругалась.

Нет, конечно, не прыгну. Итона не потрудились положить на первом этаже. Или хотя бы на втором, что тоже вообще-то так себе вариант для побега из окна. Моего теперь уже бывшего жениха положили гораздо выше. Посчитать отсюда было сложновато, но до асфальта этажей восемь-десять, не меньше. Придется соскребать, если прыгну.

Я заскрежетала зубами и уставилась на Моро-старшего волком.

– А впрочем, можешь прыгать, - вдруг объявил он. – Скажем, что ты не выдержала напряжения из-за болезни Итона и решила покончить собой. Устроим красивую панихиду. В семейном склепе, правда, хоронить не будем. Кремируем и развеем прах по ветру. Прилюдно. Это привлечет людей. Нашей семье многие посочувствуют.

– Козел! – не сдержалась я.

Ну в самом деле! Сын в любой момент может умереть, я записана в виновные без суда и следствия! Мерзавец даже разобраться не попытался! Сразу вынес приговор. А теперь еще о моей кремации рассуждает, выискивая выгоду для себя любимого!

Ух! Ну, натуральный козел!

– Ой… - пискнул кто-то из охранников.

Следом раздался нервный смешок, который тут же перешел в кашель.

А я… Я не удержалась. Во всех смыслах разом.

Прыснула со смеху, глядя на ощупывающего голову несостоявшегося свекра. Точнее, украшение, на ней появившейся. Как у оленя, ей богу. И тут же качнулась. Створка, за которую я держалась одной рукой, поехала на меня. Попытка схватиться другой рукой за штору закончилась треском рвущейся ткани и…

– Папочка! – завопила я, падая в оконный проем спиной.

Только и мелькнула мысль, что лететь этажей десять. А еще, что я не хочу кремацию.

И всё…

Нет, не настала тьма. Грохнуло! Подо мной. Кажется, ножки кровати не выдержали моего тела, свалившегося из-под потолка. Всё-таки девушка я не миниатюрная.

Стоп. Из-под потолка?

Я широко открытыми глазами уставилась наверх. И правда, потолок. Еще и люстра знакомая.

– Что тут слу… Ой, леди Амелия…

На пороге застыла служанка Дара, а до меня дошло, что нахожусь в спальне дома Итона. В том самой, где жила до памятного приема в честь помолвки.

Я перенеслась. Снова.

Оно, конечно, неплохо. Лучше проломить кровать, чем собственный череп об асфальт у больницы. Но с местом я всё же прогадала.

– Дара, давай ты не будешь шуметь, - попросила я, садясь. Заметила, что служанка бледнеет, а в глазах во всей красе отражается паника. Похоже дуреха верила россказням Вильгельма Моро обо мне. – Дара, я сейчас всё объясню, - пообещала, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

Но куда там.

– Помогите! – завопила служанка, бросаясь из комнаты.