Чтение онлайн

Это были они? Они вернулись? Не потому ли Гидеон не называл имен, чтобы не выдать нас?

Конечно, я не узнаю ответов на эти вопросы еще какое-то время, поэтому просто расскажу о том, что произошло дальше. Расскажу, что знала на тот момент. На этом ветхом деревянном мостике я обдумывала варианты и пыталась развеять страхи. Операция сорвалась, но ее еще можно было выполнить. Если я отступлю, то только для того, чтобы спрятаться, поскольку я не смогу найти Гидеона и помочь ему, и шанс найти нашу цель может исчезнуть навсегда. Но с другой стороны, чтобы продолжать эту операцию в одиночку, без всякой поддержки, нужно обладать нестандартным мышлением.

Слишком большой риск.

— Лайтберн?

— Ты где? — ответил Реннер по нашей связи.

— Совсем рядом. Говори.

— Ну, мы прочесали здесь все. Ослепленных войной больше не осталось, но три дверных проема запечатаны этими проклятыми символами. Думаем, что заблокирована каждая лестница, ведущая наверх.

Из кармана я достала флакончик для духов: один из тех симпатичных флакончиков Кары, который переделала для своих нужд.

— Реннер, я поднимусь одна.

— Что?

— Что слышал. Оставайся на месте и приглядывай за Сауром. Подкрепления не будет. И не задавай лишних вопросов. Если вы сможете найти безопасный способ подняться, идем вместе, но если нет, то оставайтесь на месте и ждите моего сигнала.

Лайтберн недвусмысленно начал возмущаться, но я отключила микро-бусину, тем самым заставив этот укоряющий голос исчезнуть.

Я открыла флакончик и подняла вверх. Когда Тимурлин поранил меня, я успела наполнить сосуд своей кровью, прежде чем перевязала рану. Никакого желания заниматься самоистязанием у меня не было. Хоть капли крови в маленькой бутылочке и стали мутными и набухшими, я все-таки надеялась, что даже этого будет достаточно..

Практически сразу я услышала тяжелые хлопки крыльев.

Комус Ноктюрнус приземлился на мост передо мной с такой осторожностью, что его огромная туша едва касалась опасного выступа. Он присел, сложив огромные крылья за спиной. Повисла тишина. Я заметила, что на его подбородке и краешке губ виднелось около двух или трех пятен крови. Мне даже не хотелось знать, откуда эта кровь, но его глаза стали яркими от ярости, и мне стало страшно от мысли о том, что ангел вновь мог впасть в хищное безумие, от которого он страдал. Я сняла наруч.

Ангел вздохнул, и с плеч создания спало сдерживаемое напряжение.

— Как самочувствие? — спросила я.

— Уже лучше, — ответил он. — Нравится мне свежий воздух и свобода. Но эта ярость всегда рядом. Я думал, что пролетел ее, но она осталась, и иногда...

— Иногда?

— Иногда я забываю, кто я, и временами наступает затмение.

— Ты — Комус Ноктюрнус.

Он кивнул.

— А ты утешение, нуль.

— У тебя кровь на лице, — осторожно начала я.

Он нахмурился и поднес огромную мраморную руку ко рту.

— Ох.

— Мне стоит об этом переживать?

— Голуби, — пристыженно ответил он, — еще я поймал ворона вон там, над церковным двором. Мою жажду трудно...

Я подняла руку, чтобы он помолчал.

— Ты все еще мне подчиняешься, Комус Ноктюрнус?

Он кивнул:

— Естественно.

— Тогда я хочу туда, — продолжила я, указывая на «гнездо» наверху.

Он выпрямился во весь рост и навис надо мной:

— Это можно устроить.

Безо всяких предисловий ангел обнял меня. И я тут же утонула в его крепких объятьях, но в них уже не было той ярости, с которой он держал меня на ступеньках у Королевского Створа. Даже минутки не осталось, чтобы подготовиться или обдумать, мудро ли я поступаю. Он крепко обнял меня руками и соскользнул с платформы.

Мы упали. Ветер бил по ушам. Мир вращался вокруг — выпуклая и панорамная перевернутая линия горизонта, шпили, ковер-город — и все это проносилось мимо с такой неумолимой скоростью, что я закрыла глаза и уткнулась лицом ему в грудь. Может быть, я даже вскрикнула или сказала такие слова, из-за которых в приличном обществе на меня бы посмотрели искоса. Но падение прекратилось. Я услышала, как трещат нечеловеческие крылья, бьющие воздух в полете. Почувствовала огромную силу мышц, как грудная клетка и бока ангела двигались, словно сейсмический поток рядом со мной. И, сожалея обо всем, я прижалась к нему.

Мы снова обрели вес, гравитация тянула нас вниз, но его крылья боролись с ней. Мы накренились и взлетели. Солнечный свет заливал мои зажмуренные глаза. Я чувствовала жар и силу крепких рук. Ощущала не-аромат этой белой плоти, похожий на запах порошка тонкого травертина или ауслита в холодном храме.

Ветер дул мне в лицо. Я открыла глаза. За стиснутым изгибом его необычайной груди я увидела мелькающий фасад Дома-Колонны, нисходящий вихрь из окон, стен, причалов, балконов, кабелей, балок, досок и подпорок. Дышать было невозможно, настолько сильно дул ветер. Как же ему это удавалось?

И как только он посмел опуститься на землю снова, если вся эта свобода принадлежала ему?

Мы поднялись над вершиной Дома-Колонны, выше всего оставшегося мира. Мельком я заметила разрушенный пейзаж верхних платформ, ржавые остовы мертвых кораблей, краны и грузовые верфи. Я увидела разъеденные кости судов, некогда курсирующих между звездами, и целые ряды разрушающихся десантных кораблей Милитарума, ожидавших на летних палубах, словно экспонаты окаменелых птиц в музее. А за ними - вся чаша мира и неба. Я могла разглядеть всю Королеву Мэб, каждую окраину, каждый чертог, как лишь Бог-Император может смотреть на нее с высоты Золотого Трона. И тут мы вновь нырнули внутрь, вновь в невесомость, перевернулись и влетели под край высоких дворов, прямо в тень, прочь от солнца. Мы парили между массивных балок вокруг смазанных маслом колонн из свисающих цепей, таких громадных, что ими можно было перетянуть весь мир. Он висели мертвыми, словно остановившиеся маятники гигантских часов. Новый взмах крыльев, и мы рванули вперед, ускорившись так, что я закричала от беспомощности. Мы пронеслись над низкой и величественной чугунной аркой, над крышами и мимо кучно расположенных контейнеров и наконец-то пролетели сквозь щель в адамантиновой оснастке.

После этого мы приземлились.

Я отошла от него, восстанавливая равновесие и ощущая собственный вес. Он вопросительно посмотрел на меня. Я не смогла сдержать смех.

— Почему?

— Думаю, что больше я никогда не буду этого делать.

— Я сделал тебе больно?

— Нет, Комус. Это такой сомнительный опыт, что я не уверена, что смогу его повторить еще раз. Я создание, призванное ходить по земле, а не летать в небе, как ты. Это... весьма волнительно и пугающе. Но и радость приносит.

Ангел медленно кивнул.

— Это единственное спасение, которое я знаю, кроме тебя. Небо и ты, нуль. Единственные друзья, которым я могу доверять. Это то самое место?

Я огляделась вокруг — мы стояли на огромном балконе под кромкой порта, может быть даже на остатках того, что некогда служило террасой на крыше квартиры.

— Да, — ответила я и замолчала, обдумывая дальнейшие действия. — Думаю... — Я обернулась, но ангела уже нигде не было.

Я подошла к перилам и попробовала связаться с Реннером или Сауром, но никто из них не ответил. Либо бусинам не хватало радиуса, либо эта масса литого металла и других стройматериалов между нами не пропускала сигнал.