Чтение онлайн

— Моего р-разума? — послышались всхлипы.

— Ты сделал это с собой. Просто чтобы защититься, а теперь…

— Я п-помню… — простонал мужчина.

— Вот видишь.

— Я все помню, — выдавил он. Слез было настолько много, что они уже капали с подбородка и залили его костюм цвета бычьей крови. — Евсев…

— И снова здравствуй, — она холодно улыбнулась. — Пожалуйста, Фаддей, соберись. Мы…

— Евсев, — взвыл он, — я помню, что н-не я. Не я с-сделал. Это сделали со мной.

Мэм Мордаунт отпрянула от него, и улыбка пропала с ее лица.

— Дерьмо!

— Кто сделал это с тобой? Гидеон? — спросила я.

Рейвенор точно так же переписал воспоминания Реннера.

— Это Рейвенор? — спросила мэм Мордаунт.

Саур покачал головой, и из глаз брызнули слезы. Он смотрел на нее с умоляющим выражением на убитом горем лице.

— Мне очень жаль. Прошу.

Мэм Мордаунт посмотрела на него и тут же кивнула. С леденящим душу спокойствием она нацелила на него пистолет.

— Быстрее! — крикнул Саур, глядя ей в глаза.

Из ксеносского оружия вырвался обжигающий луч энергии. Он прошел через грудь мужчины, спинку кресла и пол позади, оставив после себя зияющий дымящийся туннель в диаметр большого пальца. Труп Саура подался вперед, его лицо уткнулось в бедра, а руки тыльной стороной уперлись в ноги.

— Трон Всевышний! — воскликнула я, находясь в шоке от увиденного. — Это было так необходимо?

— Он — растение, — безэмоционально ответила мэм Мордаунт. — Невольный. Его разум был стерт, после чего настроен на запуск при каких–то определенных сигналах. Например, в моем присутствии. Я просто молюсь о том, что я заставила бедолагу замолчать, прежде…

— Кажется, у тебя ничего не вышло, — тихо перебил ее Реннер.

Мы посмотрели вверх сквозь длинную стену окон с зелеными тонированными стеклами. Мы видели террасу на балконе и огромный город. В туманном послеполуденном небе появились звездочки: крошечные точки света, горящие слишком ярко. Сначала четыре, потом пять: одна синяя, две красных, желтая и янтарная. Они неслись к нам через весь город на огромной скорости.

Граэли.

— Нам конец, — произнесла Мордаунт.

— Я к этому не причастна.

— Знаю, глупая девчонка! — огрызнулась она. — Король искал меня все это время, и вот нашел.

— Что это? — поинтересовался Лайтберн, наблюдая с ужасом и восхищением за быстро приближающимися объектами. — Корабли? Огни кораблей?

И как мне ему объяснить эвдемоническую сущность? Как описать безжалостную, неумолимую мыслеформу граэлей, их сверхсилу, эфирную природу, принципы Восьми? Как рассказать об этом несведущему человеку, фактически ничего не знающему о варпе? Можно ли вообще упомянуть, что судьбой мне было уготовлено стать одной из них? Не было никакого смысла в этом, да и времени не хватало.

— Если они знают наше местоположение, нам нужно бежать, — отрезала я.

Мэм Мордаунт уже подошла к лорнетам.

— У нас уже нет такой возможности, — сказала она, рассматривая изображения, — нас окружили. Я насчитала двенадцать. Один из них уже на внутренней лестнице.

Мэм Мордаунт посмотрела на меня.

— Не будет никого бегства, — продолжила она, — Нам остается лишь пожелать всем естеством, чтобы защиты оказалось достаточно.

— А будет ли?

Она отрегулировала ксеносский лучевой пистолет.

— Я долго и дотошно готовилась к такой чрезвычайной ситуации. Шансы, что они обнаружат меня, всегда были высоки. Так что я надеюсь на то, что все обойдется. Но он послал так много...

— Что Вы такое сделали? Что заставило его охотиться на Вас?

— Я просто существую, — прорычала она, — знаю его секреты и могу о них проболтаться.

Первые граэли уже добрались до нас. Они плавали вдоль террасы, медленно, подобно тому, как цветы одуванчиков качаются на ветру. Каждый из них являлся крошечной яркой звездочкой. Мы уже слышали их треск и шипение сквозь стекло.

— У нас с Реннером нет никаких средств для сражения с ними.

— У тебя есть, — вновь огрызнулась она. — Твоя черная душонка - уже защита. Выключи ограничитель.

Я сделала, как она сказала. В тот же момент немая пустота моего гена парии заполнила апартаменты. Реннер вздрогнул. Мэм Мордаунт презрительно скривила губы. Даже я почувствовала себя так, словно множество зеркал отразили холод моего нуля прямо на меня.

Снаружи граэли немного отлетели назад, шипя и потрескивая, и тут же рванули обратно, на сей раз прямо к стеклу, светясь ярче, чем до этого.

— А дальше что? У нас при себе только огнестрельное оружие и мечи, бесполезные против них.

— Комод, — ответила она, не спуская глаз с граэлей, с оружием наготове. — В верхнем ящике лежит то немногое, что у меня есть...

Я подбежала к полированному пеналу, расслышав шипение и треск из коридора, напоминавшие электрический разряд — граэль столкнулся с заколдованной дверью, когда попытался попасть внутрь. Мгновение спустя звук повторился — крошечный шарик снова попытался войти, прикладывая больше силы.

В верхнем ящике лежало несколько амулетов на веревках, блокнотов с загнутыми уголками, сумочка из телячьей кожи на веревке, коробка из светлого дерева, напоминающая больше футляр для столовых приборов, два тяжелых металлических шара — осколочные гранаты. Они казались старыми, а их оболочки были отмечены повторяющимся узором, состоящим из черепа и шестеренки. Я сунула их во внутренний карман плаща.

— Амулеты? — крикнула я.

— Забудь о них. Это безделушки. Хватай коробку и сумку.

Четверо граэлей снаружи принялись биться в окна. Когда они касались стекла, раздавался дикий треск и появлялась вспышка — срабатывали обереги. Граэли отшатывались, затем вновь ударялись в окно, стучали по тонированным стеклам, словно назойливые насекомые, извергая дождь из искр—светлячков каждый раз, когда они наталкивались на ведьмовской барьер.

Я подняла сумку, и она звякнула. Внутри лежала пригоршня гладко отполированной гальки, больше напоминающей окатанное морем стекло, которое можно найти на пляже после долгих лет приливов и отливов. Каждая из стекляшек блестела табачно—коричневым цветом, и на каждой красовался шестигранный рисунок.