Классическая драма Востока
Шрифт:
Мы слишком близко стоим к дороге. Отойдем в глубь чащи. Нужно выбрать другое место для нашей смерти!
Они отходят В глубь зарослей лесных. А мимо пробегают скороходы С большими фонарями, обливаясь Обильным потом, И кричат друг другу: — Скорей, скорей! Нам надо торопиться! Почтенная кормилица, конечно, Нас наградит! В святилище Исэ По настоянию ее должны Исполнить поутру священный танец С молебствием. Нельзя нам опоздать! Успеем до рассвета! Э! Вперед! Нас ждет богатая награда! Их крики затихают вдалеке… Ёсаку Со вздохом говорит:— Коман! Как ты думаешь? Чья это может быть кормилица? Верно, ребенок, которого она кормит грудью, тяжко занемог. Вот она и молит богов о его спасении. А мы обрекаем на бесполезную гибель две наши жизни. О, если бы мы могли отдать их в обмен на жизнь этого ребенка!
Коман сквозь слезы
С ним соглашается:
— О, я была бы счастлива умереть во спасение ребенка… Но не ради чужого, нет! Ради твоего мальчика, твоего сына, которого казнят на рассвете. О, я согласна пойти на любую пытку, на любую казнь; пусть меня изрубят на мелкие части всю, с головы до ног… Пусть погибнет моя душа, лишь бы спасти его!
В ее простых речах Звучит печаль Самоотверженной души, готовой Пожертвовать собою… Вот решимость, Которая сильней любых обрядов, Сильнее тысяч храмовых молитв!Масляный ад [322]
Действующие лица
Ехэй, торговец маслом, 23-х лет.
Токубэй, его отчим, владелец торговой лавки Каватия.
322
Полное название пьесы: "Убийство женщины. Масляный ад" ("Оннагороси. Абура-но дзигоку"). Эта двадцать третья по счету "мещанская драма" Тикамацу была впервые исполнена в осакском театре кукол "Такэмото-дза" 4-го числа пятого лунного месяца 1721 года.
Для удобства читателей обозначены действующие лица и авторская речь передана "рассказчику". Опущены обозначения темпа и ритма, заимствованные из театра Но. Действия разбиты на сцены. Примечания — В. Маркова.
Тахэй, старший брат Ёхэя, 26-ти лет.
Ситидзаэмон, торговец маслом, владелец лавки Тэсимая.
Ямамото Мориэмон, самурай, дядя Ёхэя.
Огури Хатия, знатный самурай, начальник Мориэмопа,20-тилет.
Ягоро Щетка
Краснорожий Дзэмбэй, приятели Ёхэя.
Восковая Свечка, богатый торговец воском из провинции Айдзу.
Белый Лис, монах-заклинатель.
Кохэй, ростовщик.
Горокуро, торговец бумагой, старик.
О-Кити, жена Ситидзаэмона, 27-ми лет.
О-Кику, 9-ти лет, ее дочь.
О-Киё, 6-ти лет, ее дочь.
О-Дэн, 2-х лет, ее дочь.
О-Сава, мать Ёхэя.
О-Кати— сестра Ёхэя.
Котику, девушка из "Дома цветов" в квартале Сонэдзаки.
Мацукадзэ, девушка из веселого квартала Симмати.
О-Камэ, хозяйка "Дома цветов".
Девочка-кабуро.
Хозяин чайного дома.
Предводитель паломников.
Паломники.
Слуги и служанки.
Гости, присутствующие на поминании.
Воины.
Стражники.
Посетители веселых кварталов.
Действие первое
Сцена первая
Место — на пути в горный "Храм милосердных очей" в селенье Нодзаки [323] .
Время — одиннадцатый день четвертой луны 1721 года.
Рассказчик
(Песня на плясовой мотив)
Новая лодка легко плывет, Са-ёй-ёй! Закрутила красотка меня, увлекла — "Новая лодочка любви!" Са-ёй-ёй! Я и ты, Ты и я, Вместе сливаются два ручья, Ситтонтон-ситтонтон. Тихо-тихо, как сквозь сито, Капли сыплются с весла. Сыплются капли, Льются речи. Волна — изголовье Для тайной встречи, Ситтонтон-ситтонтон. Я хотел бы вечно пить Из твоей прекрасной чары, Очарованный тобой. Эта чара, чара, чара, Словно полная луна Над равниною Мусаси, Ситтонтон, налей вина! Как шумно веселятся На разукрашенной ладье, Плывущей По реке Намадзу! Но эти люди, кто они? Хоть чайный домик в Сонэдзаки [324] Осиротел, — Его хозяин умер, — Но все ж почтенная вдова Успешно продолжает дело, И дело сладкие плоды приносит В руках хозяйки о-Камэ, Которая еще сама цветет Богатым цветом! Хозяйка На лодке с домиком Плывет к святым местам. Веселая компания на лодке. Красотка — девушка Когику, А с ней богатый гость Из северного края Айдзу, Набитый туго денежный мешок, Купец, известный здесь По прозвищу "Свеча", Точнее — "Восковая Свечка". Изрядно он сумел разбогатеть, Торгуя воском, И вот без удержу бахвалится богатством, Сорит деньгами, Чтоб слава не растаяла его, Как тает воск, Когда горит свеча. На днях он в Нанива приехал И сразу начал посещать Квартал веселья — Сонэдзаки И прилепился всей душой К селению любви. Его пленила Девушка Когику Из "Дома радости" — Тэннодзия. Простак в красотку по уши влюбился. Прилип, как воск, Улещивает, тешит, Зовет в театр, на богомолье, Он домогается ее любви, Пригоршнями бросает деньги. И вот увеселительная лодка Плывет, качаясь, в сторону Нодзаки. Жара запаздывает нынче. Все сроки сдвинулись — Ведь високосный год [325] . Уже четвертая луна, А в лодке зябко. Прохладный ветер дует вдоль реки. Да не беда! Любовные утехи горячат. Гуляки согреваются вином И знай себе поют: "Ситтонтон, ситтонтон, Са-ёй-ёй!"323
Селенье Нодзаки (ныне город) — местность в префектуре Осака, где в горном храме Нодзаки-Каннон находится статуя богини с одиннадцатью ликами.
Новая лодка(синдзо) — молодая девушка или жена, а в веселом квартале — девушка, которая только что была ученицей-кабуро, а теперь приучается к своему ремеслу под надзором старшей гетеры.
Над равниною Мусаси… — Равнина Мусаси возле Токио— поэтический эпитет к слову "луна". Река Намадзу протекает в северной части Осака, впадает в реку Едо.
324
Сонэдзаки— квартал любви в северной части Осака. На лодке с домиком… — Крытая на манер гондолы увеселительная лодка. Айдзу— местность в нынешней префектуре Фукусима на севере главного острова, оттуда поставлялись мед и воск.
Нанива— старинное название города Осака.
325
Ведь високосный год. — Периодически в лунный год вставлялся лишний месяц, и сезоны как бы сдвинуты назад. Считается четвертая луна, на самом деле — третья. Еще холодно: это, собственно, ранняя весна.
На высоте Орлиной восседая… — Согласно буддийским легендам, Сакьямуни (Будда), некогда восседая на Орлиной горе — в Индии, преподал свое учение, запечатленное в "Сутре Лотоса".
Амида и Кандзэон— его воплощения (аватары). Бодхисаттва Кандзэон, по-санскритски Авалокитешвара, в Японии превратился в женское божество — Каннон, видимо, под влиянием культа богини солнца Аматэрасу, а также, возможно, разных среднеазиатских культов. Существует множество изображений Каннон и тридцать три места, где ей поклоняются. В Нати (местность и город в префектуре Вакаяма), в храме Кумано, находится золотая статуя Каннон — в венце, восседающая на лотосе. Согласно народным поверьям, исполняет желания.
326
В год "Кабана//И брата младшего Земли" — то есть в 1719 г. Он обозначен при помощи двух циклических знаков, принятых для счета времени на Дальнем Востоке.
327
В далекий край Ямато. — Старая провинция Ямато (теперь префектура Пара) находится на довольно далеком для пешеходов расстоянии от города Осака. Принц Сётоку(574–622) — просвещенный правитель, насаждавший буддизм в Японии. Отмечалась дата его успения. Храм Хорюд-зи, выдающийся памятник архитектуры, был основан принцем Сётоку. "Отдернута завеса — перед "чудотворной" статуей после обновления храма.
328
Широкий капюшон//Надвинут на глаза… — Девушки из веселого квартала не выщипывали себе бровей, как это делали, по обычаю, замужние женщины. Но ремесло Кошку выдает слишком нарядный для купеческой жены пояс нагоя (из города того же наименования).
329
Над горою Атаго. — Священная гора возле Киото посвящена божествам грома. Там курятся благовонные костры из сандалового дерева. Далее соблюдена порядковая последовательность чисел: три столба дыма, четыре дороги.
…словно копья из яшмы… — Старинный поэтический эпитет к слову "дорога".
"Дракон и змея" (юго-восток). — Направления обозначались при помощи комбинации циклических знаков (вроде знаков зодиака). "Бык и Тигр" — северо-восток; "Овен и Обезьяна" — юго-запад.
Явата —торговый город в нынешней префектуре Окаяма.
"Гора тайных встреч" (Окаяма) воспета в японской поэзии. В одной старинной песне говорилось:
"Так и кажется мне, Стебли сусуки кивают, Словно манят меня На "Гору тайных встреч" Окаяма, Где виделся я с любимой".На этой горе росла "Сосна долголетия", одна из знаменитых сосен, которая служила предметом особого культа.
Сцена вторая
Рассказчик
Откуда эта женщина идет? Она живет на улице Хонтэмма, А эта узенькая улочка, пожалуй, Немногим шире, Чем тонкий стан ее Стройнее юной ивы. Как листья ивы, Волосы блестят, Недаром муж ее — купец, Почтенный Ситидзаэмон, Торгует маслом, Отжатым из семян растений: Душистым маслом для волос, Кунжутным маслом, Очищенным бальзамом для бумаги. Ее зовут о-Кити, И она Идет с детьми на поклоненье Будде. Кто дал ей имя [330] О-Кити — "Счастливая" — И так ошибся! Она еще в расцвете красоты. Поверить трудно, Что это — мать троих детей, Заботливая, добрая хозяйка, И каждый встречный Охотно смотрит на нее. Двух младших девочек она взяла с собой: Малютку бережно несет, А шестилетнюю ведет за ручку, И эта дочка теребит ее: "Маманя, я хочу попить чайку!" О-Кити видит чайный домик Невдалеке, У самого пути, Там можно выпить чаю, И закусить, и отдохнуть. О-Кити Да! Да! Зайдем! Передохнем немножко. Рассказчик Они вошли. Присели. А тут, гляди, Как раз шагает мимо Ёхэй — знакомый паренек Из лавки Каватия, лет этак двадцати. Лицом смазлив, Но мот, бездельник, И он еще живет В родительском дому, У отчима, на даровых хлебах, Под крылышком у матери своей. А дом и лавка Его родителей — Рукой подать, Как раз напротив дома, Где держит лавку Ситидзаэмон, Маслоторговец, муж о-Кити, И оба дома Соседством близким связаны И дружбой. И вот Ёхэй идет на богомолье, И с ним идут два закадычных друга: Вот этот — Ягоро, Известный всем под кличкой "Щетка", А вот — Дзэмбэй, Верзила красномордый. Все трое Торгуют маслом, но, вернее, — Способны лишь проторговаться. Все трое заодно В любовных похожденьях И завсегдатаи в квартале Сонэдзаки. Они проматывают все свое добро По вечерам, А утром дремлют в лавке, Как будто жизнь не стоит ни гроша — Пустое сновиденье… Но сейчас От сна очнулись, Они шагают бодро… И поочередно Несут увесистый бочонок, Пять мер вина, — Довольно, чтоб напиться Вдрызг всем троим, Еще в придачу ящик С закусками. Меж ними уговор: Как встретится им по пути монах, Тогда они меняются поклажей.330
Кто дал ей имя… — "Кити" (или "Ёси") — так читается иероглиф "счастье". Имя было выбрано неудачно, потому что те, кто дал его, не предвидели несчастной судьбы о-Кити ("Счастливицы").
Ёхэй.Эта мерзавка Котику, продажная тварь, здорово провела меня. Надула меня, надула. Мне отказала, а сама потащилась с этим богатым дружком, с Восковой Свечкой, прямо в Нодзаки, на празднество поглядеть. Дождусь, как пойдет она обратно по этой дороге, тут я ей и покажу!
Рассказчик
Как вдруг из глубины харчевни Его окликнул кто-то: "Эй, послушай, Ёхэй! А ну-ка, загляни сюда!" Ёхэй узнал по голосу о-Кити.Ёхэй.А-а! Да это о-Кити-сама отправилась в храм на поклоненье. И с двумя малышками? Знал бы я, пошел бы тебя сопровождать! А муженек-то твой, Ситидзаэмон, верно, остался присматривать за лавкой?
О-Кити.Нет, мы отправились вместе с ним, да по дороге он задержался по делам. Забот-то у него не оберешься! Вот и пришлось ему заглянуть в два-три места. Но не беда, он скоро должен здесь быть с моей старшей дочкой. Ну-ну, заходи сюда, присядь, отдохни. И друзей твоих можешь позвать!