Чтение онлайн

– Что?

– Не что. Когда. Какое сегодня число?

– У вас что, провалы в памяти?

– Нет, у меня… – Он зарычал. – Просто скажите, дружище, какое сегодня число, черт побери.

– Третье.

– Третье чего?

– Июля, болван.

Корли встал. Что явилось ошибкой. Он покачнулся, словно сломанный фонарный столб. Выбросив руку вперед, ухватился за спинку койки, борясь с головокружением. Проклятье, что произошло? Он помнил, как танцевал, увертываясь от солдат, как бренчал на гитаре, – затем приклад, обрушившийся на голову, после чего он упал. Солдаты раздавили его гитару. Били его ногами по голове. Девчонка все это фотографировала…

Если сегодня по-прежнему еще третье июля, что произошло с тех пор, как он очутился здесь? Когда солдаты принялись разгонять стадо? В пять часов дня, кажется, так?

– Который сейчас час?

– Девять с небольшим.

Нужно посмотреть новости.

– Дайте мне пульт.

– Я смотру передачу.

– Да какую-то… мерзость. Что с вами стряслось? Вы торчите в больнице и смотрите передачу про кальмаров… пожирающих других кальмаров? Я хочу сказать, вам правда интересно? Это же полная хрень, дружище!

По телевизору: «Когда они нападают на добычу, глаза у них зажигаются красным огнем, отчего их прозвали "красными дьяволами"…»

– Мне нравятся передачи про природу, – сказал старик. – К тому же я нахожусь здесь дольше вас. Мне удалили желчный пузырь. А вас просто трахнули по голове.

– Мне наплевать, что было с вами. Дайте мне пульт!

– Не дам!

– Вы знаете, кто я такой? – Пит терпеть не мог прибегать к этому. Что, разумеется, было неправдой. Ха-ха, он это обожал, но ни за что не признается вслух, нетушки. Фальшивая скромность являлась наиболее эффективным оружием в его арсенале.

– Какая-то большая шишка.

– Да. Да! Я правда большая шишка. Очень большая, твою мать. Я рок-звезда! А теперь отдай мне пульт!

– Похоже, вот почему вся местная пресса толпится под окнами, – задумчиво произнес старик. – Телевидение, фотографы… Вы создаете проблемы.

«Ну да, а что еще показывать в новостях?»

Шатаясь, Пит добрел до соседней койки и ткнул скрюченным обвиняющим пальцем в старика, словно Смерть, выбравшая очередную душу, которую нужно извлечь из бренной оболочки.

– Ты сейчас отдашь мне этот пульт, старик, иначе я лично разыщу твой старый поганый желчный пузырь и запихну его обратно туда, твою мать, откуда его вырезали, это понятно?

– Да, пожалуйста. – Старик протянул Питу пульт. – И вовсе необязательно прибегать к насилию. Вот в чем ваша проблема, больших шишек. Всегда хотите сделать по-своему, всегда хотите…

Однако Пит уже отключился от его нудных причитаний. Направив пульт на телевизор, он вызвал меню, собираясь найти канал местных новостей, но вместо этого наткнулся на Си-эн-эн. Тоже неплохо.

Он переключил телевизор. И тотчас же увидел на экране свое собственное лицо.

Фотография. Нужно сказать, практически идеальная, запечатлевшая тот самый момент, когда приклад винтовки обрушился ему на голову. Мгновение было выбрано безупречно. Глаза закрыты. Рот застыл в кривой гримасе, словно у боксера, отправленного в нокаут. Можно даже было разглядеть морщинки, оставленные на коже прикладом, словно складки, оставленные ногой на плохо уложенном ковролине.

– На этом снимке мы видим вокалиста группы «Мерзкий пошляк» Пита Корли, получившего удар прикладом по голове от солдата национальной гвардии… – говорил диктор.

На экране фотография сменилась кадрами с корреспондентом, стоящим в сумерках перед больницей. Перед этой самой больницей, предположил Пит.

– Врачи говорят, что Корли получил сотрясение мозга, в настоящее время его состояние стабильное…

В этот момент в палату вошла врач. Женщина свирепого вида с кучей рыжих волос и челюстями престарелого бассета.

– Мистер Корли! – радостно улыбнулась она. – Рада видеть, что вы встали…

– Тсс! – цыкнул на нее Пит, снова поворачиваясь к телевизору.

В новостях показывали стадо. И, видят боги, оно шло вперед. Вместе с путниками двигались пастухи. Солдат рядом не было.

Послышался голос диктора:

– Многие считают, что именно нападение на Корли заставило президента Хант отменить приказ через считаные часы после того, как он был отдан.

Корли стиснул кулак. Да!

– Мистер Корли, мы не могли бы поговорить о том, как вы себя чувствуете?..

– Мы обязательно поговорим, – резко перебил врача Пит. – Но не сейчас.

– Он – та еще заноза в заднице, – донесся с койки голос старика. – Если хотите знать мое мнение, изувеченный парень.

Корли завороженно опустился на койку.

«Многие считают, что именно нападение на Корли… заставило президента Хант отменить приказ…»

Он это сделал! Президент пошла на попятную.

Дальше было интервью с какой-то девушкой – нет, с той самой девушкой, той, которая фотографировала. Внизу на экране появилось ее имя: «Шана Стюарт». Диктор сказал, что она пастух, сестра «первого лунатика», и, что самое главное, именно она сняла на свой телефон то, как Пит получил прикладом по голове.

– Мне было страшно, – говорила девушка. – Солдаты начали стрелять в воздух, мы все очень перепугались. Это дало солдатам возможность оттеснить нас, многих сковали наручниками – знаете, такими пластиковыми лентами. Потом они добрались до меня и… – Она грустно улыбнулась. – Они гро… они разбили мой телефон. – Шана показала экран, покрывшийся паутиной трещин. – И просто швырнули его мне под ноги. Но он по-прежнему работает.

– Однако сделанные вами снимки не пострадали? – спросил корреспондент.

Шана покачала головой.

Далее она рассказала, что, когда сидела на обочине в наручниках, к ней подошел корреспондент местного канала и спросил, можно ли ему посмотреть фотографии. Девушка разрешила, и не успела она опомниться, как корреспондент уже вывел символический снимок Пита, оглушенного ударом приклада. Она сделала и другие фото – солдаты разбивают его гитару, затем бьют его ногами. Два из этих снимков показали по телевизору. Пит поморщился. Ему стало больно от одного их вида. Гудящий мозг напомнил ему, что он видит не кого-то, а самого себя. Порой слава приобретает такие причудливые формы… Пит дистанцировался от своего собственного образа, словно он не имел ничего общего с человеком на фотографиях. Один – лишь тень другого, отражение в зеркале.