Чтение онлайн

– С вас новый телефон.

– Новый телефон, – повторил Корли. – Замазано.

Сердце Шаны пропустило пару ударов.

– Подождите, что вы сказали?

– Я куплю тебе новый телефон и еще подарю тебе кое-что получше: настоящий хороший фотоаппарат, черт побери. Что-нибудь крутое со всеми прибамбасами – объективами и что там еще. Только скажи.

Слова выплеснулись у Шаны подобно рвоте изо рта пьяного:

– Зеркальный цифровой «Кэнон 5Д» с матрицей тридцать мегапикселей и телеобъективом с фокусным расстоянием от семидесяти до двухсот миллиметров!

– Если честно, – поморщился Корли, – я все равно ни хрена не запомню, так что как тебе такой вариант: я дам тебе денег, и ты сама купишь то, что тебе нужно? А если ты решишь вместо фотокамеры купить пива и в придачу наркоты, я никому не скажу… – Он снова поморщился. – Подождите, вы отец этой девчонки, так что вам я определенно скажу, точно? Ладно, как бы там ни было. Все это отстирается, как говорила моя мать.

– Я…

Однако Корли не дал Шане вставить ни слова. Он ткнул пальцем в ее отца.

– Как вас зовут?

– Чарли. Чарли Стюарт.

– Мистер Стюарт, мне жутко нужно где-нибудь остановиться. Могу я завалиться к вам в ваш… жилой фургон, по крайней мере до тех пор, пока не раздобуду собственное жилье?

– Разумеется, конечно… это означает, что вы… поедете с нами?

– Со стадом? Естественно. Полагаю, я заслужил «Значок пастуха».

У Шаны мелькнула отвратительная мысль: «Ты здесь ради внимания». Она прогнала прочь беднягу Марси, заподозрив ее в том, чем сейчас занимался Пит Корли. Он не настоящий пастух. У него здесь нет никого. Но опять же, он здорово всем помог. Пожалуй, больше, чем смог бы сделать любой из них… Шана подумала, не слишком ли сурово она его судит, но очень уж сильно она его ненавидела. Пит Корли ради внимания был готов на все. Самовлюбленный наркоман, до сих пор не вышедший из детского возраста.

Неудивительно, что отец Шаны просто обожал его.

Брр!

– Вы можете забрать себе мою койку, – сказала Шана, изображая на передней части головы безудержную любезность. – А я найду себе другое место.

– Шана, – тихо произнес ее отец, определенно пытаясь помешать ей испортить для него этот торжественный момент. – Подумай…

– Нет, нет! – отмахнулась та. – Вы будете спать вместе, расчесывать друг другу волосы и что там еще. – Она повернулась к Корли: – Я вернусь за деньгами.

– Замечательно. Но только не уходи далеко!

– Это еще почему?

Корли скривил губы в усмешке.

– Потому что иначе ты пропустишь фейерверк.

Как выяснилось, Пит Корли имел в виду настоящий фейерверк.

В качестве пусковой площадки он выбрал крышу жилого фургона Чарли Стюарта. Взобравшись на «Зверя», Пит стоял, широко расставив ноги, и запускал одну петарду за другой. Сопровождая каждую своими рок-штучками – хотя инструмента у него больше не было, он изображал, будто берет на гитаре аккорд, отправляя в ночную темноту очередную ракету. Пит крутился и размахивал руками. Высовывал язык. Показывал «козу». Небо озарялось огненными букетами – красными, оранжевыми, синими, пурпурными. Подтеки света, пачкающие мрак.

Грохот, хлопки, треск.

Раньше Шана обожала фейерверки. Ей хотелось, чтобы и этот ей также нравился. Однако всякий раз, когда очередная ракета взмывала вверх, девушка непроизвольно вздрагивала. Слишком уж это напоминало недавнюю стрельбу. Напоминало человека с пистолетом во время шествия по городу и даже напоминало про револьвер у нее в рюкзачке.

Поэтому, чтобы успокоиться, Шана смешалась с толпой пастухов. Она поздоровалась со своими знакомыми, такими как Алия и Мия. Другие, те, кого она не знала, – пастухи, журналисты и техники ЦКПЗ, у которых в настоящий момент не было особых дел, – все здоровались с Шаной, словно были с ней знакомы. Она предположила, что, наверное, сейчас так оно и было.

Наконец девушка нашла того, кого искала.

Арав стоял один, поодаль, задрав голову вверх. Огни фейерверка отражались в его очках. На лице у него застыло завороженное выражение. Шане очень захотелось, чтобы точно такое же зеркально отразилось и у нее на лице.

Увидев подошедшую девушку, Арав открыл было рот, собираясь поздороваться с ней.

Шана не дала ему такой возможности.

Закрыв ему рот своими губами.

После чего взяла его за руку и увела прочь, в темноту, в поля. Через ряды кукурузы туда, где больше не было никакого света.

4 ИЮЛЯ

Бернсвилль, штат Индиана

Мать Мэттью любила повторять: «Все, что происходит после полуночи, – это плохие новости», – и он находил, что обыкновенно так оно и есть. Разумеется, в молодости Мэттью в это не верил. Хотя он никогда не пил и не курил, ему нравилось романтизировать ночь. Луна в небе, звезды, безграничный простор пустоты: это позволяло ему чувствовать себя свободным и полным жизни, чего не бывало при свете дня. Тем не менее пастор его прихода – Гил Хайчек, круглолицый мужчина с мягким голосом и красивой гитарой, украшенной перламутровой инкрустацией, – выражался более определенно: «Ночь, Мэттью, – это то время, когда выходят дьяволы. Они прячутся там, где их не видно. Прячутся в длинных тенях и в черном небе над головой. А когда на них не смотришь, они стремятся скрыться и внутри тебя».

Поэтому, когда Мэттью вернулся домой в час ночи и застал Отом сидящую за столом на кухне, он понял, что мать говорила правду. После полуночи не происходит ничего хорошего. И вскоре ему предстояло понять, что в словах пастора Хайчека также была правда.

– Бо спит, – сказала Отом, когда Мэттью вошел на кухню.

Он молча кивнул, все еще несколько не в себе после вечера у Озарка. Не пьяный, заверил себя Мэттью. Просто немного возбужденный. Но садиться за руль в таком состоянии он имел полное право – в этом у него не было сомнений.

И тут его осенила абсурдная мысль: «Даже если это не так, на моей стороне был Бог – Он обязательно взял бы руль в свои руки, если б я этого не мог». Мысль это была ужасная, идущая вразрез со всем, что Мэттью считал своей ролью в этом мире: он знал, что Бог помогает тем, кто помогает себе сам. Но разве Бог также не поспешит на помощь тому, кто упадет? Мэттью тряхнул головой, прогоняя из головы эти мысли, словно лошадь, машущая хвостом, чтобы отогнать рой оводов.

Он сел за стол.

– Тебе понравилось в гостях у Озарка?