Чтение онлайн

«Ты послушай себя», – подумал Корли. Убеждая себя в том, что все позади, что нужно скомкать это и отправить в мусорное ведро. Вот какова была главная цель этого турне после воссоединения – а Злобный Элвис даже говорил о том, чтобы записать альбом с новым материалом; он уже сочинил несколько песен, которые могут стать «началом чего-то», и даже добавил, что можно будет иронично назвать так новый альбом: «Начало чего-то».

«Да, да, приятель, чудесно, замечательно!» – сказал Корли, не желая признавать правду: от одной этой мысли ему захотелось блевануть кровью. И отсюда этот долбаный чертов паралич: он не хочет просто свернуться в клубок и умереть, но также у него нет никакого желания отправляться в турне и записывать новый альбом. Он застрял где-то между увядшей славой рок-группы, чьи лучшие дни остались в прошлом, и молчаливым ожиданием могилы.

Корли думал о ней как о пастбище. То есть, когда туда попадаешь, перестаешь быть полезным, но ты еще не мертвый.

Стиснув кулак, он замахнулся…

Костяшки пальцев ударяют в стекло, зеркало трескается, затем кровь, затем…

Ничего этого не произошло. Кулак застыл в воздухе. Зеркало осталось целым. «Во мне больше не осталось огня. Не могу даже разозлиться так, чтобы разбить зеркало». В далеком прошлом он разбил бы зеркало, пнул бы ногой раковину, насыпал бы на фаянсе «дорожку» кокаина…

Господи, как же сейчас пришелся бы кстати кокаин!

И тут стук в дверь.

– Если ты не принес мне кокаин, я не желаю с тобой говорить! – крикнул Корли.

– Это Элвис, – послышался голос за дверью. Невеселый голос.

– Извини, Элв, я тут личинку откладываю.

– Выходи! Я знаю, что ты просто уставился в зеркало, твою мать.

«Тоже мне, психоаналитик!» У Корли мелькнула мысль, что Элвис установил в сортире скрытую камеру, извращенец; однако правда заключалась в том, что Элвис знал его так хорошо, как никто другой. Они основали группу в тысяча девятьсот… кхе-кхе… восемьдесят втором году, в ту пору лучшие друзья, и лучшими друзьями они оставались с тех самых пор и по сей день – но в то же время и заклятыми врагами, потому что постоянно были готовы вцепиться друг другу в горло.

Открыв дверь, Корли вышел из туалета. Элвис ждал его в полумраке коридора. Позади виднелись стойки с усилителями и микрофоны.

– Ты собираешься нас подставить, – сказал Элвис, и Корли уловил в его тоне осуждение. – Я теперь ясно вижу.

– Черта с два!

– И это будет уже не в первый раз. Помнишь, пять лет назад? Речь шла даже не о турне, «Найк» предложила устроить всего один концерт…

– «Найк» – ты что, издеваешься надо мной? Да она ничего толком делать не умеет, взять хотя бы кроссовки… это какие-то ботинки для среднего класса, блин!

– Однако ты ничего не имел против, когда «Найк» использовала нашу песню в рекламе…

– Я сказал тебе тогда, что ничего не имею против того, чтобы продавать наши песни для рекламных роликов, потому что среди режиссеров есть настоящие художники, они снимают музыкальные клипы и телевизионные шоу, с настоящими актерами! Блин, «Найк» захотела использовать наших «Обезумевших обезьян» в своей глупой рекламе обуви – флаг ей в руки. – Ну вот, опять проклятый ирландский акцент – «руйки» вместо «руки». – Это же не то, как если б долбаные кроссовки начинали исполнять эту песню всякий раз, когда их натягивали на ноги! Господи, ты только представь себе такое!

– Так почему же ты сейчас собираешься пойти на попятную?

– Ба, столько крови уже утекло…

– Вся эта кровь выплескивается на мой берег, Пит. Для меня это турне значит очень много. Проклятье, Пит, шесть городов – большие стадионы. Толпы безумных поклонников, пиротехника, по обе стороны от сцены огромные экраны…

– Знаешь, – перебил его Корли, – я вот тут подумал, нам нужно что-нибудь поскромнее. Более интимное. Клубы, бары, маленькие концертные залы для привередливых ценителей, твою мать…

– Козел, ты просто дрейфишь!

– Нет.

Однако он действительно трусил.

И понял это только сейчас.

Но остальным он ничего не скажет.

Что, как прекрасно понимал Корли, будет полной задницей. Он просто поступит так, как считает нужным. Никому ни хрена не скажет, просто тихо отойдет в сторону, словно Гомер Симпсон [73] , скрывающийся в этих долбаных кустах.

Элвис шагнул к нему вплотную. От него пахло – господи, от него пахло салатом. Винегретом. «Козел, винегрет – это не рок-н-ролл!»

– Слушай, обратной дороги нет. Мы отыграем это турне. Шесть городов. Большие толпы. Я заменил бы тебя, но заменить тебя невозможно, как невозможно заменить Тайлера в «Аэросмите» или Акселя в «Ганз энд роузиз». Ты сделаешь все как надо, после чего мы вместе сядем за работу над новым альбомом. Он выйдет, попадет в хит-парад, и мы, твою мать, получим существенную прибавку к деньгам, отложенным на пенсию!

– Мне не нравится, как ты разговариваешь со мной. – Пит облизнул губы. – Уверен, и остальным это также не нравится. Я пойду прогуляюсь.

– Я расскажу.

– Что расскажешь и кому? Все уже и так знают, что ты козел…

– Я расскажу всему миру про твоего дружка Лэндри.

Лоб у Корли стал горячим, в то время как в груди у него похолодело.

– Я… – Он не смог найти слов. – Ты не… это не…

– На этот раз я не собираюсь оставаться долбаной мумией, блин! – вскипел Элвис. – И не позволю тебе обосрать такое дело! – Смягчив тон, он добавил: – Я нанял частного детектива, чтобы накопать на тебя какое-нибудь дерьмо. Мне уже было известно, что ты якшаешься с мужчинами… извини, что вываливаю всю эту грязь, но тебя нужно держать в узде…

Его голова дернулась назад от удара. Не удержав равновесия, Элвис отступил на несколько шагов назад, зажимая разбитый нос. Кровь хлынула из обеих ноздрей, словно из неисправного крана.

Корли тряхнул рукой, стараясь унять разлившуюся по ней боль.

– Ты беня удабив, бвин! – пробормотал Элвис.

– Да, я тебя ударил, блин. И если ты еще вздумаешь угрожать мне или моим близким, дружок, в следующий раз будет гораздо хуже.

Отпихнув Элвиса, Корли быстро пересек студию.

– Эй, приятель, ты куда? – окликнул его Куик, крутя палочку.

– На улицу, твою мать! – обернувшись, крикнул Пит.

Раина порывисто кивнула. Он ответил ей тем же. После чего распахнул дверь и вышел.