Книга белой смерти
Шрифт:
Его дети – Коннор и Сиобан.
Лэндри встал. Поза его была красноречивая: руки скрещены на груди, подбородок напряжен, сухожилия на шее выступили, словно контрабасные струны. Лэндри был в бешенстве.
(В бешенстве Лэндри бывал очень жарким.)
– Да, подобный удар твоей карьере ни к чему.
– Конечно. Я же должен и об этом думать, разве не так? Что? Так. Мир не был готов, когда мы только выходили в эфир, и он не готов и сейчас. Я хочу сказать, ты только взгляни на все это дерьмо!
– Мир был готов принять Дэвида Боуи [64] ! – прищурился Лэндри.
– Может, Боуи и трахался с Джаггером, но женился он на Иман.
– Ну Фредди Меркьюри [65] .
– Фредди также был бисексуалом, и к тому же он был гений. Он был настолько талантлив, что мог заявить всем, что трахается с домашними цветами, козами или… в общем, ты сам все знаешь. Диапазон голоса в четыре октавы! Мужчины, женщины и люди всех остальных полов пускали лужицы чистого пузырящегося сексуального сока, слушая этот голос!
64
Дэвид Боуи (наст. Дэвид Роберт Джонс, 1947–2016) – британский рок-музыкант, певец и автор песен. В 1972 году заявил о том, что является бисексуалом, однако впоследствии признался, что сделал это в рекламных целях. Иман Мохамед Абдулмаджид – фотомодель, его вторая жена.
65
Фредди Меркьюри (наст. Фаррух Балсара, 1946–1991) – британский рок-музыкант, певец и автор песен, вокалист группы «Куин». Он упорно уклонялся от разговоров о сексуальной ориентации, но, по словам знакомых, был бисексуалом.
– Ну «Джудас прист». Вокалист – педик.
– Роб Хэлфорд [66] – да. Но всплыло это только когда – в девяносто восьмом году, да? – Корли сделал вид, будто точно не помнил, но он прекрасно все помнил. То знаменитое интервью он помнил наизусть. Хэлфорд увидел свой шанс и ухватился за него. Мгновение полной свободы, когда он не просто «вышел из чулана» [67] , а вышиб ногой дверь и вырвался на волю, вопя во весь голос свежую версию «Нарушая закон» или, быть может, «Ждите, это еще не всё». Тогда Корли подумал: «Может быть, и я когда-нибудь поступлю так же». Но он этого не сделал. Он остался в уютной темноте чулана. Затем женился. Завел детей – господи, это была та еще штучка, точно. Время шло, и Корли погружался в ложь все глубже и глубже, словно тонул в зыбучем песке. Чем глубже он погружался, тем труднее становилось выбраться.
66
Роберт Джон Артур Хэлфорд (р. 1951) – британский музыкант и автор песен, известен в первую очередь как вокалист хэви-метал группы «Джудас прист». В 1998 году признался в том, что является гомосексуалистом.
67
Come out of the closet (англ.) – открыто заявить о своей нетрадиционной сексуальной ориентации (дословно: «выйти из чулана»).
Корли был знаком с Хэлфордом, хотя и не очень близко. Его группа «Мерзкий пошляк» появилась на десять лет позже «Джудас прист», и вращались они в разных кругах: «Прист» исполнял чистый хэви-метал, в то время как «Мерзкий пошляк» ходил по тонкой грани между роком и панком. Обозреватель музыкального журнала «Роллинг стоун» написал про их дебютный альбом 1984 года: «Представьте себе, что "Лед Зеппелин" и "Секс пистолс" [68] устроили оргию, а появившийся на свет в результате этого ребенок был взят на воспитание Стивеном Тайлером и Джоуи Рэмоуном [69] – вот так приблизительно звучит "Мерзкий пошляк"».
68
«Лед 3еппелин» – британская рок-группа, признанная одной из самых успешных, новаторских и влиятельных в современной истории; «Секс пистолс» – британская панк-группа, ставшая инициатором так называемой панк-революции в Великобритании.
69
Стивен Тайлер (наст. Стивен Виктор Талларико, р. 1948) – американский певец, вокалист рок-группы «Аэросмит»; Джоуи Рэмоун (наст. Джеффри Росс Хайман, 1951–2001) – американский музыкант, вокалист панк-группы «Рэмоунз».
Корли всегда хотелось поговорить с Хэлфордом об этом. О гомосексуализме, разумеется, не о музыке; если честно, разговоры музыкантов о музыке – это самое невыносимое восхваление себя любимого, какое только можно представить. Лучше говорить с ними о чем угодно другом.
– Вот видишь, Хэлфорд это сделал, – сказал Лэндри.
– Хэлфорд также нашел бога и стал трезвенником, и это показывает, какой хреновый у него вкус, правильно?
– Трус ты – вот ты кто! – Лэндри подкрепил свое обвинение, изогнув брови и скривив рот.
– Что? Фу, заткнись. Сядь и смотри свой телевизор!
Лэндри насупился, но поступил так, как было сказано.
– Так где это происходит? – продолжал Корли. – Я имею в виду этих путников. – Он ткнул пальцем в телевизор. На экране были кадры воздушной съемки, на которых толпа придурков брела где-то в глухомани. С одной стороны – поля сои, с другой стороны – поля кукурузы.
– Это Айова, примерно в шестидесяти милях от Айова-Сити.
– Ты полагаешь, что смог бы?
– Что, стать путником? Насколько можно судить, выбора у них тут нет.
– Нет, нет. – Корли прищелкнул языком. – Я имел в виду, стать пастухом. Одним из тех, кто их сопровождает. Просто отказаться от всего и идти следом за этой стаей чаек, словно фанат-поклонник, следующий за «Грейтфул дэд». Или, еще хуже, за «Фиш» [70] . – Он скорчил гримасу. «Фиш». Импровизации – заразный вирус. – Смог бы?
– Если б у меня там был любимый человек – смог бы.
– Смог бы? Просто забросить все к черту и идти, идти и идти?
70
«Грейтфул дэд» – американская группа, исполнявшая психоделический рок; «Фиш» – американская рок-группа, известная импровизациями и смешением жанров; обе группы имели организованные объединения своих поклонников, сопровождавших их во время турне.
– Кто-то едет на машине.
– Знаю. Караван безнадежных оптимистов.
– А ты бы так не смог. – Лэндри шмыгнул носом.
– Присоединиться к пастухам? Нет. Мне не нужно бежать от своей жизни. Она у меня достаточно неплохая. Хороший дом. Хороший счет в банке. Хороший ты.
– Хорошая жена, хорошие дети.
– Лэн, не надо!
– Мы можем пожениться. Теперь это разрешено законом.
– Ну, а не должно было бы. Надо было бы поступить наоборот. Запретить жениться и гетеросексуалам. И тогда было бы… – Корли изобразил ртом звук взрыва и вскинул руки вверх, показывая, как разлетается в клочья его рассудок. – Бабах! Американская утопия.
– Тогда мне, возможно, придется рассмотреть другие варианты.
– Лэн, нам с тобой хорошо вместе. Не надо это обсирать.
Лэндри просверлил его взглядом насквозь.
– Хорошо? Да. Точно. Хорошо. Очень хорошо. Но все сводится к одному траханью. Ты покидаешь свой тихий спокойный пригород и приезжаешь сюда, в большой плохой город, как будто это площадь Таймс-сквер в семидесятые, и говоришь своей жене, что будешь «репетировать с группой»…
– Мы правда репетируем! Мы собираемся воссоединиться!
– …а на самом деле ты заявляешься сюда. Мы даже не ужинаем вместе, хоть ты и заявляешь, что любишь меня. Мы не ходим в театр, в кино – никуда не ходим, но ты мне лжешь, говоришь, что я очень важен для тебя, для твоей музыки…
– О, ну не надо! Мы заказываем еду навынос. И смотрим кино. И мне с тобой правда хорошо. Но сейчас я хочу поговорить о нашем настоящем, а не о будущем.
В любом случае будущее – это сточный колодец. Обрыв…
– Так, собирайся и уходи, – резко сказал Лэндри.
– Я не хочу никуда уходить, твою мать. Мне здесь уютно.
– А мне нужно сходить в магазин.
– Не ври! В магазин пойду я, а ты останешься дома и будешь смотреть… этот долбаный парад гребаных придурков! – Внезапно у Корли в груди вспыхнула ярость, и хотя он сознавал, что ведет себя как ребенок, стремление наброситься на Лэндри было подобно подброшенному в топку углю. – Ты знаешь, что это такое? Эти путники? Это какая-то напасть. Страшная болезнь. Сам видишь. Хуже того, эта хрень может иметь какое-то отношение к террористам. Биологическое оружие, состряпанное имамами в своих подземных лабораториях – или украденное из наших лабораторий, так как я уверен, что охраняются они совсем не так, как должны были бы. И ты прекрасно понимаешь, что это правда, так что не смотри на меня так! Что происходит, когда этих путников, этих твоих так называемых паломников, пытаются остановить? Совершенно верно, они взрываются, твою мать, как самые настоящие бомбы. Точно, тут налицо терроризм. Это не апокалипсис. Это нападение!