Чтение онлайн

– Что ж я ему скажу, коли он моим отцом брезгует, - раздраженно ответила Елена.

Вышата подошел к ней как можно ближе и зашептал на ухо:

– Да не брезгует он твоим батюшкой, боится, что не захочешь потом с нами в Чернореч ехать, а у отца останешься. Пообещай ты ему, что с нами вернешься, он и передумает.

– Так ты ж воевода, а не он. Приказывай, так все и пойдут, и он тоже.

– Это вы друг с дружкой играйтесь, коли вам так хочется, - с укоризной покачал головой Вышата.
– Попроси, княгинюшка, тебя он послушает. Ведь сгинем все!

– Ладно!
– махнула рукой Елена.

Она плавно подплыла к Димитрию, гневно раздувающему ноздри.

– Послушай, - как можно более ласково пропела княгиня, - вам у отца опасаться нечего, не обидит он вас. Я все батюшке расскажу: что дрогой меня защищали и многое претерпели. Он вам поможет и дружину даст. И не сомневайся. Слово даю, нешто я батюшку не знаю? Домой вернетесь к женам да деткам.

– А ты?
– испытующе посмотрел на нее Димитрий.

– А что я? Мне дома следует остаться. Я позора избегу, князь - ненужной встречи, а приданое потом воротите. Свекровь пусть пришлет. Всем так лучше будет.

– Кроме меня, - сказал он, хватая ее за руку. Елена вырвалась, оглядываясь по сторонам.

– А говорила - любишь.

– Митенька, я княгиня, а ты женат, у тебя водимая есть, венчанные вы. А я тебя вечно помнить буду, Бога о тебе молить. Только, что замуж больше не выйду, то я тебе обещать не могу. Еже ли отец прикажет, так поперек его воли не пойду, но любить только тебя буду. То правда!

– Скажи, Елена, - срывающимся голосом заговорил Димитрий.
– Вот если бы явился сейчас пред тобой князь твой , на колени пал да прощения бы попросил... Ну, чтобы с ним ты осталась. Ты бы простила?
– он заискивающе заглянул любимой в глаза.

– Нет, - холодно ответила она.

Свирепея, Димитрий закричал так, что все оглянулись:

– Покуда крест не поцелуешь, что отцу ничего про князя своего не расскажешь да с нами в Чернореч не пообещаешь вернуться, к Мстиславу не пойдем!

Она попыталась что-то возразить, но он грозно рявкнул:

– Все уж я сказал!

Елена опять обвела печальным взглядом сгорбленных у костров людей, встретилась глазами с насмерть испуганной Парашкой.

– Хорошо, будь по-твоему, - сдалась она.

Елена подошла к Димитрию вплотную, потянула шнурок его нательного креста, вынула и поцеловала распятие, потом достала свой и тоже поцеловала.

– Доволен?
– спросила она.

– Доволен, - успокоившись, миролюбиво ответил Димитрий.

Вышата, наблюдавший за ними очень пристально, громко скомандовал:

– Всем спать, скоро двинем к Утице! К залесским в гости идем.

Димитрий раскинул попону с Ярого за телегой, подальше от костров, лег калачиком, уткнувшись головой в колесо. Ему никого не хотелось видеть, досада и злость грызли его изнутри. «Столько народу сгубил уж из-за своего упрямства да легкомыслия! За что они полегли? Враг ходит по земле, как дома у себя... Мстиславу вот теперь в ножки кланяться... А она тоже хороша: замуж опять собралась, другому детей рожать станет, а меня любить будет издалеча... Как же, забудет завтра уж...» Тяжелые мысли прервались, кто-то осторожно дергал его за сапог. Димитрий резко сел. Перед ним на коленях стояла заплаканная Елена.

– Ты чего, случилось что?

– Хоть тебе сказаться, не могу уже в себе таить. Из-за меня все беды наши, я тяжкий грех совершила. Вот Бог и карает, - и она зарыдала.

– Да ты о чем, какой грех?
– ничего не понял Дмитрий.
– Ты о ночи нашей вчерашней?

– Я дитя на смерть отправила, - страшным голосом прошептала Елена.

– Какое дитя?
– он тревожно начал вглядываться в ее лицо, уж не сошла ли от пережитого княгиня с ума.

– Никитку.

– Какого Никитку?
– с еще большим подозрением посмотрел на нее Димитрий.

– Знахарки внучка.

Димитрию сразу вспомнился бойкий мальчонка. «Ну, по крайней мере, княгиня в здравом рассудке».

– И куда ты его отправила?

– Через болото в Чернореч-град за помощью.

– Т-а-а-ак, - растирая виски, устало промолвил Димитрий и вопросительно посмотрел на Елену, - сказывай, раз начала.

– Как Забаву гридни поймали да через двор повели, знахарка все увидела. Перепугалась она сильно да прибежала в терем, в ноги мне кинулась. «Прости, - говорит, - княгиня, за вчерашнее, бес попутал. Что же я не знаю, что княгине от боярина деток не рожать. Только заставил меня боярин этот так тебе погадать, гривну вот насильно всунул. Боюсь я его. На вот, княгинюшка, забери. Не нужна она мне». И сует мне гривну твою.

– А ты что ж?
– ухмыльнулся Димитрий, рассказ Елены его позабавил.

– А я ей сказала, что не сержусь и чтобы гривну себе оставила. Да нет ли у нее кого на примете, кто болото хорошо знает да весточку в Чернореч снесет, чтоб подмогу навстречу нам выслали? Здесь ведь по прямой полдня пути всего. А она и говорит: «Так мой внучок, Никитка, все болото вдоль да поперек знает, ни леших, ни кикимор не боится. Он тебе весточку, княгиня, и снесет». Но я ведь не знала, что такой дождь-то будет... А теперь он сгинул, наверное, да точно сгинул. Разве ж можно выжить...

– Ох, Елена, что ж ты такая своевольная?
– сажая ее к себе на колени, укорил Димитрий.
– Ну, сказалась бы нам, мы бы с ним кого из воев отправили бы.

– Да как скажешься? Я вам предлагала воев успенских, так вы только отмахнулись, слушать не захотели... а теперь он сгинул, потоп в болоте, - и она опять зарыдала.

– Ну, будет, будет, - успокаивал Димитрий.
– Залез куда-нибудь на дерево да переждал. Завтра на рассвете проснется да к Чернаве выйдет. Шустрый он, ничего с ним не станется.

Елена стала успокаиваться.

– Правда, так думаешь, али чтоб меня утешить?

– Правда, видел я его, такой не утонет. Только не успеет он с подмогой.

Княгиня внимательно посмотрела на воя:

– Скажи, мы завтра умрем?

– Ну, что ты, нет, конечно! Доберемся до батюшки твоего, даст нам дружину, так этим ухарям заозерским наваляем, что и дорогу сюда забудут.

– И что ей надо-то, разлучнице этой? Зачем она погубить меня хочет? Уж князь от меня отрекся, дите ее признал. Думает, я за него цепляться стану, так пусть забирает, и так отдам.

– Не будешь за князя биться?
– зашептал ей на ухо Димитрий.
– А вот Гордей думает, что ты без сечи не сдашься.

– Ты что ж, про меня с Гордеем разговаривал?
– надулась Елена.

– Да так, случайно обмолвились.

– Да ну их всех, - махнула рукой красавица и неожиданно смело добавила.
– Поцелуй меня лучше, кто знает, что дальше-то будет.

– Я ж если начну целовать, уж остановиться не смогу. Сама знаешь, дурею я от тебя, - признался он откровенно, обнимая Елену за талию. Глаза его хищно засверкали.