Князь Московский
Шрифт:
Ллос – это разрушение.
Разрушение в полном понимание этого слова.
И эту тварь я принёс в этот девственный от магии Мир.
Когда энергия в моём магическом источнике начала подходила к концу, меня опять посетила знакомое неприятно тянущее чувство в груди.
«Ладно, хватит на сегодня, надо пойти и выдать задания своим приспешникам. Интересно, а девчонка придёт или придётся искать нового кандидата на ее место? Не хотелось бы, кандидат почти идеальный, только внешность поправить, ну и физиологию… можно ещё улучшить связки с суставами, и увеличить плотность кожного покрова…» - так размышляя, развеял магический конструкт и стёр руны с пола, кинул ковёр на место и стал одеваться для встречи с Окунем.
Пока облачался в свой костюм для выхода «инкогнито», проверил сон супруги, ну и посмотрел, как развевается наш ребёнок.
Елизавета спала как младенец. Очень красивый и соблазнительный.. кх.. да…
И с плодом нашей любви тоже было всё хорошо, единственное, что меня смущало, так это то, что я до сих пор, не могу понять какой пол у ребёнка.
Выйти тихо получилось, меня мог заметить только дежурный казак. Но, собственно как и все казачки, что несли караул во дворце, свою службу они исполняли достаточно формально и по ночам обычно спали на посту. Чем я и пользовался.
Конечно, мне это не нравилось, спать на посту это последнее дело, и если бы меня застукал спящим на посту мой «капитан», то шрамы от его экзекуции сохранялись бы на мне всю оставшуюся жизнь. И даже магией их свести не получилось бы, прецеденты имелись.
Пока добирался до места встречи, подпитывался энергией из накопителя, и подходя к каретному сараю, накинул на себя простенькие маскирующие чары. Но даже такая не сложная манипуляция зародила тянущую боль в груди. Пришлось на минуту остановится, и переждать чувство дискомфорта, так как от боли в источнике стало не эфемерно подташнивать.
«Да, таким образом я долго не протяну» - думал я потирая грудь, стоя в переулке, что соседствовал с нужным мне зданием. Запах стоял удушливый, то ли кто-то умер давно, то ли это мусор воняет так. Вполне возможно, что и золотаря тут давненько не было.
Добравшись до сарая, тихо свистнул. Тень на коньке встрепенулась.
– Эй, котёнок, слазь вниз!
– не громко позвал я свою юную приспешницу. Видно было, что она колеблется, и ей не хочется встречаться с неизвестным.
– Ты что, только силу понимаешь или своя голова на плечах тоже присутствует?
– решив такими словами зацепить её самолюбие.
И через небольшую паузу, понял что это сработало, когда по черепице прошелестели звуки мягких и осторожных шагов.
Миг,и передо мной очутилась чуть сутулая фигурка подростка. Одежда на ней была бесформенной и состояла из абсолютно причудливых лохмотьев, что складывались в странную композицию. Наверное, если она ляжет у стены на улице, то никто и не поймёт, что это человек.
Она была напряжена и на сей раз была вооружена каким-то заострённым штырём, что держала в руке, хоть и неуверенно, но чувствовалась некая школа.
Но она меня не видела, поэтому крутилась на месте и пыталась отмахиваться своей железкой от всех теней, что, как ей казалось, тянули к ней свои страшные лапы.
—Тише, Котёнок, спрячь коготки, я сегодня не в настроении играть.
– когда произносил эти слова, подросток, резко обернулась в мою сторону, но ничего разумеется не увидела.
— Иди на мой голос, сегодня будет ночь знакомств.
– проговорив эти слова, тихо двинулся в сторону входа в сам каретный сарай.
Девочка ещё постояла чуть на месте, явно опасаясь неизвестности, но всё же пересилила страх, и сделала неуверенный шаг вперёд.
Я видя её внутренние метания, проговорил.
– Не волнуйся, сегодня будем просто общаться!
– уже чуть громче сказал я, всё же отошёл почти к углу не маленького строения.
Она собралась и пошла за мной. Её фигурка напоминала мне взведённую пружину, что в любую секунду распрямится и дать стрекача. И это было понятно. Ночь, хоть и лунная, но в грязном и вонючем переулке это не играет большой роли, видно только силуэты предметов и тени.
Весь мир этого времени состоял из теней и их тихих перешёптываний .
Голос из темноты, ироничный и насмешливый, не ясные обещания и странные поступки...
Да я бы сам трижды подумал, прежде чем следовать за ним.
Но видно девчонка не из робкого десятка. Ну и жизнь у неё не ахти, приходится хвататься за любой подвернувшийся шанс, тем более, настолько харизматичный как я, хе-хе…
Глава вторая.
Скрежет открывающейся створки ворот, казалось, мог разбудить весь город.
В ночной тишине звук несмазанных петель прозвучал как стон умирающего.
У меня было подозрение, что на Окуня не сел рабский поводок, и бандит попробует выкинуть какой-нибудь фокус, например, в виде пули в силуэт или арбалетного болта. Хотя я не был уверен, распространено ли в этом мире такое оружие.
Именно поэтому створку ворот каретного сарая я открывал так, чтобы не оказаться в проходе.
Из тёмного провала, которым мне показался вход в сарай, дохнуло застоявшимся духом конюшни и крысиным помётом.
Я поморщился. Не то чтобы я был сильно брезглив, но грязь и неряшливость никогда не любил.
В самом помещении было семь человек: шесть спали в разных позах на полу, а один стоял за кирпичной колонной и сжимал в поднятой руке какое-то оружие.
Плавно и тихо проскользнув в открывшуюся щель проёма, я сам встал за той же колонной, что и мой слуга.
— Окунь, Окунь, рыбка хищная, — раздался тихим змеиным шорохом в темноте помещения мой голос. — Ты что это решил меня этой железкой испугать?
При первых звуках моей речи бандит чуть вздрогнул, но револьвер опустил.
— Нет, господин. Простая предосторожность.
Его голос был глух и без эмоционален; если бы я не видел его ауру, то подумал бы, что это какой-нибудь голем...
«...Голем! Точно! ...И душу можно вселить...» — меня захватил поток ассоциаций, но, встряхнув головой, я отогнал их. Не время.
— Я смотрю, твои товарищи легли отдохнуть? Надеюсь, их искать не будут?
— Нет, господин, это отребье. Таких никогда и никто не ищет. — Его аура даже не колыхнулась; он рассуждал об этих личностях как о неодушевлённых предметах, и к их смерти он был полностью равнодушен.