Чтение онлайн

– Здесь? Навряд ли. Ты такая, потому что выросла в других условиях.

– Вы что-то знаете о моем мире? Бывали там?

Орлов кивнул.

– Карина, я обещал тебе кое-что… - Он задумался. – Но сегодня не получится. Договоримся так. Я приеду к тебе, как только смогу отлучиться из дворца. Полагаю, через неделю, максимум – две. И расскажу все, что знаю.

– Хорошо, Демьян Петрович.

А что мне еще оставалось? Только соглашаться и ждать.

– Не бойся процедуры. Ты справишься.

– Будет больно? – поинтересовалась я. – Это как клеймо?

– Лэр Сапфирус объяснит.

Ага, знакомый чародей. Тот самый, что лечил меня. Похоже, он постоянно живет при дворце.

Я впервые попала в кабинет чародея. Или лабораторию? Не знаю, как правильно называется эта комната. Стол завален манускриптами. Я стояла рядом и заметила рукописный текст на открытых страницах. В шкафах за стеклянными дверцами – банки и склянки с разноцветными жидкостями, как в кабинете химии. Посередине комнаты – лабораторный стол с весами, пробирками в штативах, колбами, горелкой, перегонным кубом и микроскопом. Пахло травами и чем-то сладким.

– Подождите здесь, - сказал лэр Сапфирус Орлову. – Княжна, идите за мной.

Через малоприметную дверь чародей провел меня в комнатушку с разожженным камином. У стены стояла широкая деревянная лавка, рядом – два стула. Здесь не было окон, а напротив камина висело огромное зеркало в серебряной оправе.

– Придется раздеться, - произнес лэр Сапфирус. – Но не полностью. Оголите любое бедро.

Князь Орлов ошибся, я не сильная. Я ловко притворяюсь, чтобы скрыть слабость, только и всего. Вот сейчас с места не могу двинуться от страха.

– Карина, вы меня слышите? – спросил лэр Сапфирус. – Вам помочь?

– Н-нет… А почему… бедро?

– Хотите, чтобы я поставил метку на руку? А как же… платья без рукавов?

– А-а… поэтому…

Во рту пересохло. Обнажаться перед мужчиной не так уж и страшно. Чародей не насильник, он вынужден делать свою работу. Однако я впервые представила, что будет, если я лишусь силы. Вернее, попыталась представить. Я перестану любить растения? Утрачу интерес к прогулкам? Насколько печать изменит меня и мои привычки?

– Не бойтесь, Карина, - мягко добавил лэр Сапфирус. – Вы ничего не почувствуете. Я погружу вас в сон.

Я кивнула и потянула вверх подол платья.

Он не обманул. Едва я устроилась на лавке, как уснула, а когда открыла глаза, чародей стоял у камина и смотрел на огонь.

Кожа на бедре горела и чесалась. Я хотела дотронуться до метки, но ладонь коснулась ткани, плотно прилегающей к бедру.

– Не прикасайтесь к метке, пока не перестанет припекать, - сказал лэр Сапфирус, не оборачиваясь. – После снимите повязку. Если захотите о чем-то спросить… пожалуйста, найдите меня.

– Но я уеду отсюда. Мне нельзя возвращаться в столицу…

– Сможете запомнить адрес? Борквилль, квартал Пекарей, дом четырнадцать, лиэру Блюму, для Корвина. Мне передадут письмо. Прошу, не записывайте, запомните.

– У меня такое чувство, что вы только что доверили мне нечто… личное, - призналась я, поправляя платье. – Но почему? О чем я захочу спросить?

– Поймете, когда придет время. Впрочем, вы можете обратиться к любому чародею, но тогда… - Он вдруг стукнул кулаком рядом с каминной полкой. – Это будет черной неблагодарностью с вашей стороны, княжна.

– Хорошо… Я ничего не поняла, однако поступлю, как вы просите.

– Повторите адрес.

Это все так странно! Что он имел в виду? И ведь спросить не у кого… Такое впечатление, что тайны и секреты вокруг меня растут, как снежный ком! Все на что-то намекают, однако толком никто ничего не объясняет.

– Куда теперь, Демьян Петрович? – спросила я, когда мы покинули покои чародея.

По ощущениям ничего не изменилось.

– Провожу тебя до экипажа, - ответил он. – Княгиня уже ждет. Мои люди сопроводят вас до места. Так мне будет спокойнее.

– Полагаете, с нами может случиться… что-то нехорошее? – ужаснулась я.

– Не думаю. Однако, кроме врагов, в дороге двух женщин могут подстерегать и неприятные случайности.

Что ж, наверное, это разумно.

– А… Гордей? – все же решилась я задать вопрос чуть погодя. – С ним я не увижусь… перед отъездом?

– Я против вашей встречи, - поморщился Орлов. – Вы только разбередите раны, пообещаете друг другу кучу глупостей. Ты будешь плакать, а он даже этого не сможет.

– Полагаете, мне… не стоит… надеяться?

– Я буду жесток, Карина. Полагаю, не стоит. Гордей не сдастся, однако рано или поздно он поймет, что единственная возможность быть с тобой – это отречение от семьи. Ему этого не простят. Вы будете счастливы друг с другом, и жить будете в достатке, благодаря твоему наследству. Но ваши дети станут изгоями. И еще…

Он замолчал и замедлил шаг.

– Что еще? – спросила я, так и не дождавшись продолжения.

– Ради тебя Гордей, не задумываясь, приносит себя в жертву. Уверен, он никогда не упрекнет тебя в этом. Но ты считаешь, что это правильно?

– Но я никогда не просила его, - растерялась я. – Не заставляла…

– Да, верно. Ты просто сказала, что любишь его.

– Разве это преступление?

– Конечно, нет. – Орлов остановился и, повернувшись ко мне, погладил по плечу. – Все хорошо, Карина. Не бери в голову. Ты ни в чем не виновата. Для меня дело, которому я служу, превыше всего, поэтому… я могу ошибаться.

– Мой отец! – внезапно осенило меня. – Он был вашим другом… И он выбрал мою мать, а не карьеру, верно?

Он криво усмехнулся и опустил голову.

– И это плохо закончилось, - вздохнула я. – Что ж, я поняла, что вы хотели сказать. И подумаю над вашими словами. Спасибо, что заботитесь обо мне, Демьян Петрович.

Мы вышли в парк, и я, вопреки услышанному, все ждала Гордея. Уговаривала себя, что это невозможно, отец запретил ему встречаться со мной… и ждала. Он сумеет сбежать. Сумеет проводить меня…

Разумом я понимала, что Орлов прав, нам лучше не встречаться, ничего хорошего из этого не выйдет. Но чувства не подвластны разуму. Я понимала, что не увижу Гордея – и желание увидеть его только усиливалось.