Кодекс Магических Зверей. Гепталогия
Шрифт:
– Вот это бой! – вновь прокомментировал сосед справа и заметил мою реакцию. – Первый раз видишь, как звери магию применяют?
Я кивнул, не отрывая взгляда от поля.
– Здесь только лучшие! – продолжил он. – Вон тот, слева, в белоснежной форме, ученик Первой Академии, – мужик сплюнул под ноги. – А его соперник – ученик паршивенькой школы, у него вообще шансов нет.
– Я думал, в городе есть только Академия Мастеров Зверей, – задумчиво произнёс я.
– Ты чего, мы же в столице! – удивился мужчина. – Чего тут только нет! Конечно, Академия считается одним из лучших заведений империи, но в неё, в отличие от Первой Академии, в которой учатся лишь невероятно богатенькие детишки, хотя бы может попасть обычный человек. А так на Арене выступают лишь лучшие из лучших, элита подрастающего поколения. Будущее империи.
Я кивнул.
Медведь тем временем не удержал равновесие и рухнул на песок. Мужчина в чёрной мантии с золотой эмблемой на груди поднял руку:
– Бой окончен! Победа за представителем Первой академии!
Трибуны взорвались аплодисментами. Кто-то свистел, кто-то кричал от восторга, кто-то вскочил и тряс кулаками. Женщина, зажимавшая рот, теперь хлопала в ладоши, её лицо раскраснелось, на висках заблестел пот. Длинноволосый мужчина сел обратно и с размаху хлопнул соседа по спине:
– Ну, что я говорил! Эти богатенькие всех порвут!
Его сосед, ещё не отдышавшийся от криков, молча кивал.
В это же время ящер, гордо подняв голову, возвращался к парню в белой форме, а медведь и его хозяин брели к выходу.
– Первая академия снова в деле, – прокомментировал сосед. – У них всегда звери высшего класса. Деньги, знаешь ли, многое решают.
Я провожал взглядом медведя. Его мощная фигура выглядела сломленной: он хромал, и каждый шаг выдавал боль поражения. Хозяин шел рядом, положив руку на загривок зверя, и что-то тихо говорил. Я не услышал слов, но увидел, как медведь прижал уши и опустил голову.
– Следующая пара! – объявил мужчина в чёрной мантии, который, по всей видимости, являлся судьёй. Его голос прокатился над ареной, заставив толпу замереть.
На арену вышел парень в потрёпанной безрукавке из толстой кожи. Рядом с ним, припав к земле, шёл зверь, напоминавший гибкую пантеру. Его тело покрывала густая пепельно-серая шерсть, которая при каждом движении переливалась золотыми полосами.
Морда зверя была широкой, с мощными челюстями, из-под верхней губы виднелись два длинных, слегка изогнутых клыка, похожих на сабли. Уши короткие, плотно прижатые к черепу, но я заметил, как они едва заметно двигались, ловя каждый звук. Лапы широкие, с огромными подушечками, заканчивались когтями, которые даже в спокойном состоянии впивались в песок, оставляя глубокие борозды. Хвост, толстый у основания и сужающийся к концу, медленно ходил из стороны в сторону, как маятник, отсчитывающий секунды до броска. Система назвала его Золотым Клинкозубом.
На другой стороне поля вышел его соперник – коренастый парень в зелёной мантии с капюшоном. Рядом с ним, тяжело переступая с лапы на лапу, возвышался зверь, напоминавший гигантского барсука. Тело, покрытое грубой шерстью бурого цвета, было приземистым, но невероятно мощным. Широкая грудная клетка выступала вперёд, огромная голова с плоским лбом и маленькими, глубоко посаженными глазами, сидела на короткой шее. Из постоянно приоткрытой пасти свисали толстые нити слюны, а челюсти, казалось, могли перекусить стальной прут, но главным оружием зверя были его короткие, несоразмерно массивные передние лапы с когтями, похожими на изогнутые кирки. Система назвала его Железношёрстным рудокопом.
– Бой! – голос мужчины в чёрной мантии прокатился над ареной.
Клинкозуб рванул вперёд с бешенной скоростью, оставив после себя лишь золотую вспышку. Рудокоп, напротив, не двинулся с места, а лишь слегка присел, вонзившись когтями передних лап в песок.
Клинкозуб атаковал с фланга, пытаясь зайти за спину, но рудокоп развернулся с неожиданной для его габаритов резкостью и взметнул лапу в воздух. Клинкозуб в последний момент ушёл в сторону, и когти рудокопа лишь скользнули по его боку, вырвав клок серой шерсти.
– Увернулся! – крикнул кто-то сзади. – Ах, чёрт, чуть-чуть!
Трибуны взревели. Кто-то разочарованно выругался, кто-то, наоборот, закричал от восторга, но все как один подались вперёд, ловя каждое движение. Женщина в соседнем ряду прижала ладони к щекам, её глаза расширились, а губы беззвучно зашевелились. Мужчина с бородой вскочил с места, сжав кулаки, и что-то выкрикнул, но его слова утонули в общем гуле.
Клинкозуб снова бросился в атаку. Он кружил вокруг рудокопа, нанося удары с разных сторон, и в последний момент ускользая от атак противника. Его когти оставляли на боках рудокопа неглубокие, но кровоточащие царапины.
– Он его достал! – заорал кто-то с нижних рядов.
Другой голос выкрикнул:
– Да что ему эта царапина? Смотри, как он его сейчас!
Азарт накалялся, воздух будто звенел от напряжения.
Рудокоп же, казалось, не замечал боли. Он лишь тяжело перекатывался с лапы на лапу, встречая каждую атаку ударом своих лап-кирок. Песок взлетал фонтанами, оставляя на поле глубокие воронки.
– Давай! Сделай его! – заорал толстяк справа от меня с безумным огнём в глазах.
В какой-то момент клинкозуб замешкался. Рудокоп, словно только этого и ждал, бросился вперёд. Его лапа обрушилась на спину противника, и когти вонзились в плоть.
Трибуны ахнули. Женщина в соседнем ряду вскрикнула, зажав лицо ладонями, но тут же разжала пальцы. Толстяк справа замер с открытым ртом, и его кулак, занесённый для удара по колену, так и застыл в воздухе.
Клинкозуб издал пронзительный визг, переходящий в сдавленный рык, но не упал, а извернувшись всем телом, вцепился клыками в лапу рудокопа, и челюсти его с хрустом сомкнулись.
Рёв зверя и крики толпы слились в один сплошной гул. Кто-то визжал, кто-то орал:
– Держи! Держи, не отпускай!
Волосатый мужчина схватился за голову, а женщина в первом ряду, которую я заметил краем глаза, вскочила и замахала руками, словно сама участвовала в схватке.
Рудокоп низко взревел, заставив задрожать каменные ступени трибун. Люди, сидевшие рядом со мной, на секунду замерли, но их лица тут же исказились ещё более жадным восторгом.
– Рви! Рви его! – слышалось со всех сторон.
Рудокоп нанёс удар свободной лапой по голове клинкозуба и оглушил его. Тот разжал челюсть, и рудокоп, воспользовавшись моментом, навалился на него всей массой. Клинкозуб рухнул на песок, и рудокоп, встав над ним, занёс лапу для последнего удара.
На трибунах на миг наступила тишина, а затем тысячи глоток разом закричали и засвистели. Люди вскакивали, обнимались и потрясали кулаками. Женщина впереди вновь упала на своё место, обмахивая лицо ладонями. Волосатый мужчина тяжело опустился на скамью и лишь выдохнул: «Ну даёт…».
– Бой окончен! Победа за представителем Академии «Глубинная сталь»! – объявил мужчина в чёрной мантии.
Во время этого объявления хозяин клинкозуба подошел к зверю, упал на колени и что-то зашептал, прижимаясь лбом к окровавленной морде. Клинкозуб медленно поднял голову, тяжело и прерывисто дыша.