Чтение онлайн

Крейн кивнул, выражая согласие, и потянулся к склянке.

– Записывай, – буркнул Вейд через плечо. – Ингредиент безопасен.

Перо Бренна скрипнуло по пергаменту.

Имерт между тем обошёл стол, двинулся в коридор и заглянул в мою спальню, после чего направился к двери в дядину. Он двигался плавно, без спешки, чем напомнил мне врача-педанта, который обходил палаты с одной и той же скоростью двадцать лет подряд.

Наконец, Калис и Дорн закончили с коридором и переключились на склад. На лицах имперцев не читалось ни вражды, ни любопытства, лишь сосредоточенность.

Крейн тем временем дошёл до средней полки.

– А вот это интересно, – произнёс он, откупоривая очередную склянку.

– Отвар сонного листа, – подсказал я.

– Я вижу. Сами варили? – спросил он.

– Да.

Травник поднес емкость к носу и принюхался.

– Качество выше среднего, – он чуть нахмурился. – Магистр, взгляните-ка сюда.

Вейд принял склянку, повертел в пальцах и поднёс к носу.

– Хм. По запаху – один в один работа мастеров вашей Гильдии, Теодор. – Вейд зыркнул на меня из-под нависших бровей. – Молодой человек, насколько я помню, во время недавнего экзамена такой же отвар у вас получился не настолько качественным. Поделитесь секретом, как вам удалось этого добиться за такое короткое время?

– Благодарю за столь высокую оценку, магистр. Никаких тайн – лишь ежедневная практика, – улыбнувшись, спокойно ответил я.

Имерт за моей спиной обронил:

– Уважаемые, ваши восторги мы занесем в протокол позже. Сейчас нас интересует исключительно один вопрос: есть ли в лавке яд.

– Разумеется, дознаватель, – травник чуть склонил голову. – Сразу скажу: ни в одной из осмотренных склянок нет ничего похожего на яд. Всё это стандартный набор хорошего целителя.

– Подтверждаю, – пробасил Вейд.

– Принято, – Бренн черкнул на листе.

Тем временем Калис закончил со складом и вернулся в главный зал.

– Господин дознаватель, – отчитался он. – Полы целые, тайников нет.

– Принято, – обронил Имерт и повернулся ко мне. – Что в спальнях?

– Кровати, личные вещи, сундуки с одеждой, – я пожал плечами. – Проверяйте, если необходимо.

– Необходимо. Дорн, займись.

– Слушаюсь.

Имперец направился в спальню, и я, помедлив несколько секунд, двинулся следом за ним. Ларк проводил меня взглядом и слегка кивнул.

Дорн вошёл в мою комнату, окинул скромную обстановку цепким взглядом и, не теряя времени, опустился на корточки у двери. Рукоять его ножа вновь сухо застучала по полу, по одной половице за раз. Я прислонился к косяку, скрестив руки на груди.

– Сундук открыт? – обронил он, не оборачиваясь.

– Да, открыт, – отозвался я.

Имперец поднялся, подошёл к нему и откинул крышку. Быстрыми, на удивление аккуратными движениями он перебрал содержимое, простучал внутренние стенки и закрыл. Затем Дорн прошёлся вдоль окна, проверил подоконник и заглянул за раму.

Следом направился к кровати. Когда рукоять ножа стукнула по доске на полу у изголовья, раздался глуховатый звук. Дорн замер, после чего повторил удар чуть в стороне, и дерево звонко отозвалось. Затем вернулся к первой точке – глухой.

– Господин дознаватель, – позвал имперец.

Вот и нашли старый тайник, в котором я когда-то прятал первую золотую марку.

В коридоре раздались шаги. Имерт появился в проёме, скользнул взглядом по комнате и кивнул Дорну.

Имперец извлек из-за голенища тонкий клин, поддел край доски, и та со скрипом поддалась. Под ней обнаружилась небольшая вырытая в земле ниша размером с ладонь.

– Пусто, – доложил Дорн.

Гальс кивнул.

– Продолжайте осмотр.

Имперец аккуратно вернул доску на место, постучал по ней костяшками пальцев и принялся за оставшуюся часть комнаты.

Минут через пять Дорн закончил с моей спальней и переключился на дядину, однако и там не обнаружил ничего интересного. Вернувшись в главный зал, он отчитался, что ничего больше не нашёл.

Имерт кивнул и обернулся к комиссии.

– Уважаемые, как успехи?

– Мы здесь закончили, – ответил Крейн. – Все лекарства в лавке проверены, ничего опасного не обнаружено.

Я медленно выдохнул. Не сказать, чтобы ждал иного исхода, но услышать это вслух приятно.

– Хорошо, – произнёс Имерт и повернулся ко мне, – На территории есть другие постройки?

– Да, – ответил я. – Во дворе загон для зверей, баня, кладовая с погребом и лаборатория.

– В таком случае – проследуем туда, – бросил он, делая шаг в сторону кухни, однако в этот момент во входную дверь постучали.

Один из имперцев открыл створку, и через порог переступил Берн – помощник дознавателя, который вел записи в кабинете Арены Когтя. Одной рукой он прижимал к груди тонкую папку, а второй держал небольшой мешок.

– Господин дознаватель, номерные бланки строгой отчетности и ингредиенты для демонстрационного изготовления корма доставлены, – доложил он.

– Отлично, – ответил Имерт.

Все члены комиссии расположились вокруг стола в главном зале. Берн открыл папку и разложил перед каждым по пергаменту с печатью и тонкой серебряной нитью, вышитой по левому краю.

Крейн пробежал глазами по тексту, кивнул, обмакнул перо и без колебаний расписался. Закончив со своим обязательством, он передал лист магистру, и взял в руки следующий.

Вейд изучал документ дольше, водя пальцем по строкам и шевеля губами. Наконец, он хмыкнул, прокашлялся и поставил на листе размашистую подпись.

– Не каждый день подписываешь такое, – проворчал он, передавая лист травнику, который принялся ставить свой автограф на обязательстве магистра.

– Так и есть, – согласился Имерт.

Калис, Берн и Дорн подписались молча, без единого вопроса. Бренн лишь мельком пробежал глазами по строчкам и поставил аккуратный автограф.

В итоге каждый из членов комиссии поставил подпись не только на собственном обязательстве, но и на экземплярах остальных, выступая свидетелями. Когда перекрестное заверение документов завершилось, Имерт Гальс собрал листы и поочередно припечатал пергаменты оттиском своего перстня.

– Ваш экземпляр, – сказал он, протягивая мне документ с поименным перечнем членов комиссии и строгими условиями защиты рецептуры.

Я взял его, аккуратно сложил вдвое и спрятал во внутренний карман куртки. В душе стало чуть спокойнее, будто кто-то ослабил туго затянутый ремень.

– Спасибо, – сказал я и, отступив в сторону, указал рукой на кухню. – Теперь прошу во двор.

Улица встретила нас ярким светом и непривычной тишиной. После духоты лавки чистый воздух показался прохладным.