Когда кончится тьма
Шрифт:
Я провёл большим пальцем по её подбородку, глядя в глаза, принимая лучший подарок, который она могла мне дать.
ТРИДЦАТЬ ДВА
ДО
ПЕРЛ
Прижимаясь к груди Эша, я всё ещё чувствовала на его коже запах Нового года. Остатки пива, которое я ему подавала, и дым из бара. Праздник, на котором я всегда боялась работать, хотя деньги были потрясающими. Всё потому, что было так много людей, что я едва могла передвигаться, и все были невероятно неряшливыми, становясь всё пьянее с каждым часом.
Вчера было по-другому.
Эш стал моим лучиком света.
Самый милый, нежный мужчина, пришедший со своими друзьями только для того, чтобы провести со мной всю ночь. Когда в баре начали обратный отсчёт, Эш искал меня в толпе, пока не нашёл, и наши губы встретились, когда часы пробили полночь.
Я не могла желать лучшего рабочего дня.
Или лучшего способа начать год.
И глядя на его лицо, я искренне не понимала, как мне так повезло.
Я была просто благодарна, что перестала убегать, иначе упустила бы что-то невероятно прекрасное.
Эш пошевелился, когда я провела пальцами по его щетине, его глаза медленно открылись.
— Мм-м, — простонал тихонько Эш. — Доброе утро. — Он провёл рукой по моей обнажённой спине, массируя между лопатками. — Как спалось?
— Прекрасно.
Он поцеловал мой лоб, задержав губы на несколько лишних секунд.
— Я рад.
— У тебя похмелье?
Я подала Эшу достаточно пива прошлой ночью, чтобы предположить, что у него, вероятно, немного болит голова, хотя его глаза были ясными, и он не морщился.
— Всё не так уж и плохо.
Эш запустил руку в мои волосы, перебирая пряди, и я прижалась лицом к его груди, это движение было таким расслабляющим.
— Какие у тебя планы на сегодня?
— Поскольку Фрэнк не поставил меня в график на сегодня, и у меня нет домашней работы, в планах ничего нет. Но мне нужно скоро зайти домой и проведать бабушку.
— Я пойду с тобой.
Я замерла, и, видимо, он это почувствовал, потому что добавил:
— Перл...
Эш много раз предлагал пойти со мной. Я отказывала или избегала ответа каждый раз. Но когда подняла взгляд с его груди, Эш коснулся рукой моей щеки.
— Не прячь её от меня. Бабушка — человек, которого ты любишь больше всего на свете; поделись ею со мной.
— Эш… — Мой голос прозвучал так тихо. — Дело не в ней.
Я села, скрестив ноги перед собой.
Эш положил руку мне на колено, и повернулся ко мне боком.
— Поговори со мной.
Я посмотрела в окно на очаровательную улицу напротив нас, где располагалась милая кофейня, куда мы часто заходили, и ресторан, куда он водил меня несколько недель назад. По краям стояли особняки, вероятно, стоимостью в несколько миллионов.
— Место, где я живу, совсем не похоже на это.
— И что?
Я посмотрела на Эша, но он, казалось, не был тронут моим кратким описанием. Мне нужно было, чтобы тот понял.
— Дело в том, что мне неловко показывать тебе мой район, когда я сравниваю его с твоим.
Эш обхватил мою щёку, поглаживая пальцами кожу за ухом.
— Я хочу увидеть каждую часть тебя, Перл. Даже те, которые заставляют тебя чувствовать себя неловко. И веришь или нет, я был бы очень горд, если бы ты показала мне свой дом.
Я смотрела ему в глаза, ища ответы.
— Я не понимаю.
— Ты работаешь в баре почти каждый день недели, учишься в колледже на дневном отделении, играешь главные роли в студенческих спектаклях, поддерживаешь свою бабушку, обеспечиваешь семью едой, оплачиваешь все счета.
Эш положил пальцы мне на сердце.
— Ты делаешь всё это без посторонней помощи; всё это лежит на тебе. И тем не менее, ты каждый семестр попадаешь в список лучших студентов.
Он оставил ладонь на том же месте, но протянул пальцы к моему плечу.
— Большинство студентов, вроде меня, не смогли бы справиться даже с половиной этого. Нам всё даётся, и мы не работали ни дня в своей жизни. Так что вместо того чтобы беспокоиться о том, что я подумаю, ты должна гордиться тем, что показываешь мне всё, ради чего ты так усердно трудилась.
Я огляделась вокруг: подобранная в тон мебель в его комнате, дорогие подписанные майки в рамках на стене, пушистое одеяло, которое подходило к наволочкам.
— Ты прав, — тихо сказала я. — Может, это и не самое лучшее место, но оно наше.
В его глазах не было осуждения, только восхищение.
— И я буду любить это место.
Я знала, что это следующий шаг в наших отношениях, просто он был непростым. У меня не было опыта, я не знала, как справиться с этой уязвимостью, как продолжать раскрывать все свои стороны, когда каждая из них приносила новые, неизведанные эмоции.
Но я научилась бы, потому что скрывать что-то было бы несправедливо по отношению к Эшу.
Когда он начал разминать мои мышцы, расслабляя меня, я закрыла глаза.
Я глубоко вздохнула и сказала:
— Хорошо, — открыла глаза и посмотрела на Эша. — Я отведу тебя домой.
ТРИДЦАТЬ ТРИ
ДО
ЭШ
Никогда не был в Роксбери. Самая дальняя остановка, до которой я доезжал на оранжевой линии, была Масс Авеню, где я навещал друзей в Северо-Восточном университете. Но я слышал разные истории об этом районе — невозможно было не слышать, ведь он считался одним из самых опасных, кишащих бандами районов города.
Когда мы с Перл вышли из поезда, в моей голове были образы того, как я представлял себе этот район, и реальность полностью оправдала эти ожидания. Почти везде были граффити, тротуары были завалены мусором, прямо на скамейке, мимо которой мы проходили, совершалась сделка с наркотиками.
Перл вела себя так, будто ничего не замечала, и я предположил, что она просто привыкла ко всему этому. Я был уверен, что если бы провёл здесь большую часть своей жизни, то тоже привык бы.
Пока я держал Перл за руку, она другой рукой указала на здание напротив нас.