Чтение онлайн

Берт глубоко вздохнул во сне, рука соскользнула в кресло, на лбу между бровями снова обозначилась глубокая складка.

Криста тихонько вышла в другую комнату и остановилась у открытого окна, вдыхая свежий воздух. Со стороны стрельбища доносилась далекая стрельба.

Криста закрыла окно. Как быть дальше? Ей было приятно сознание того, что Берт находится в ее квартире, что он сейчас безмятежно спит. Ей захотелось снова подойти к спящему Берту и взглянуть на его лицо…

* * *

Рядовой Древс, сидя за рулем закрепленной за ним «Волги», занимался тем, что, рассматривая сапоги опускающихся по лестнице офицеров, старался узнать, кто идет. Такую забаву подсказал ему ефрейтор Менерт, который хвастался, что по сапогам он всегда может узнать офицера.

Древс сначала не поверил ефрейтору и поспорил с ним. В день передачи машины Менерт и Древс вдвоем сидели на переднем сиденье, и Менерт действительно безошибочно узнал по сапогам шестерых офицеров, выиграв тем самым пари. Однако Менерт, который должен был демобилизоваться, проявил по отношению к Древсу рыцарское благородство, снизив ставку спора ровно наполовину. После этого они обмыли передачу машины, распив бутылку шампанского. Вечером Менерт сказал Древсу:

–  То, о чем я тебе говорил, не только забавное времяпрепровождение, но и познание человеческой психологии. Заруби себе это на носу. По сапогам и ботинкам всегда можно узнать человека. Скажу тебе больше: по сапогам можно даже определить, какие между офицерами отношения.

–  Ты просто волшебник!

Менерт наклонился к Древсу и продолжал:

–  Тут никакого волшебства нет, нужно всего-навсего, так сказать, по-научному смотреть на вещи и логически мыслить. Вот возьмем, к примеру, подполковника Пельцера. Тебе не раз придется его возить, и ты с ним познакомишься поближе. С ним я тебе посоветую никогда не терять спокойствия. Пельцер - крупная фигура в штабе полка и потому спускается по лестнице так, что носки его сапог выступают на несколько сантиметров за край ступеньки. Или возьмем другой пример: тот, чье положение в штабе не очень надежно, всегда бежит по лестнице, словно постоянно куда-то спешит. Во время ходьбы он никогда не успевает поставить каблуки вместе, как другие офицеры. А вот один из офицеров ставит ноги как-то по-особому мирно, да и вообще у него очень мирный, дружелюбный характер.

–  Кто же это такой?

–  Угадай…

Древс трижды попытался разобраться в сапогах и все три раза не угадал.

–  Рядовой Древс!
– донесся вдруг чей-то голос.

–  Я слушаю!
– Древс быстро выскочил из кабины. Из окна высунулся дежурный по полку:

–  Подъезжайте к столовой, там подождете майора Харкуса.

–  Слушаюсь!

Когда водитель подъехал к столовой, оказалось, что майор уже ожидает его. Первое, на что обратил внимание водитель, были неважно вычищенные ботинки командира полка, но вид у него был дружелюбный.

–  У тебя есть сапожная щетка?
– спросил майор.

–  Какой бы я был водитель, если у меня не оказалось сапожной щетки?!

Харкус засмеялся.

–  Давно водите машину?

–  Уже год.

–  Ну что ж, посмотрим. Поехали!

Майор был сегодня в прекрасном расположении духа. Когда машина выехала из поселка, Харкус спросил:

–  У вас есть девушка?

–  Разумеется.

–  Как у настоящего водителя, - пошутил майор.
– А с вами никогда не происходило такого: девушка пригласила вас пообедать, а вы после обеда вдруг уснули, а?

–  Такое возможно в двух случаях, - ответил Древс.
– Либо этот человек идиот, либо он просто очень устал.

–  Скорее второе.

–  Тогда возникают два предположения: или дама понимает причину, или она не понимает ее.

–  Полагаю, она поняла причину. Я даже уверен в этом.

Водитель внимательно посмотрел на командира и сказал:

–  Прошу прощения.

Харкус засмеялся.

Он приказал остановить машину задолго до того, как они подъехали к Фирталю. Выйдя из машины, майор снял ботинки и начал чистить один из них.

Водитель схватил другой ботинок, но майор задержал его руку и сказал:

–  С тех пор как я ношу военную форму, я сам себе чищу обувь.

Почти до самого Бургенау Харкус дружески разговаривал с водителем. Лишь перед самым городом майор достал из полевой сумки рабочую тетрадь и начал ее просматривать.

Через четверть часа машина остановилась перед широкими воротами, выкрашенными в светло-серый цвет. Во дворе, окруженные высокими елями и соснами, виднелись здания штаба дивизии.

Каждый раз, когда Харкус приезжал в штаб дивизии, его удивляли тишина и порядок, которые царили на этой территории. Чувствовалось, что здесь много и серьезно работают. Подчас предложения многих сотен людей находили свое выражение в одном-единственном приказе.

Харкус твердым шагом вошел в здание штаба. Атмосфера напряженной деловитости и тишина встретили его.

На какое- то мгновение Харкус пожалел, что после окончания академии не остался здесь, а попросился в полк, где теперь приходится вести беседы с недовольными офицерскими женами, обследовать подвальные и складские помещения, спорить с подчиненными по ясным, казалось бы, вопросам. В академии он изучал оперативное искусство и стратегию, которые в условиях полка оставались теоретическим грузом.

Но сомнения эти исчезли через мгновение, и притом так же неожиданно, как и появились. Харкус чувствовал, что он нужен в полку, и считал своим долгом сделать его отличной боевой частью.

Ровно в половине десятого майор Харкус вошел в кабинет полковника Венцеля. Полковник бросил на него беглый взгляд через очки и предложил сесть.

Майор сел и, достав рабочую тетрадь, положил ее перед собой на стол.

Полковник Венцель думал, что заметит на лице Харкуса растерянность и беспокойство, но не увидел ни того, ни другого. Майор держался молодцом. Он терпеливо ждал, что скажет полковник.

«Люди с таким взглядом и выдержкой знают, чего они хотят», - подумал Венцель и сказал:

–  Ну, товарищ майор, докладывайте о состоянии дел в полку.

Майор Харкус говорил тихо, краткими, ясными фразами. Время от времени он мельком заглядывал в тетрадь, рассказывая, что ему удалось сделать за прошлую неделю, чего пока не удалось. Со знанием дела он доложил о проверке первого артдивизиона, отметил ошибки и указал пути их устранения в ближайшем будущем.

Далее он остановился на результатах проверки боевой готовности штаба полка, шестой артбатареи и всего полка в целом. О недостатках, выявленных проверкой, говорил деловито, без пристрастия. Не обошел молчанием и положительное.

Из доклада майора полковник Венцель узнал, например, что четвертая артиллерийская батарея по показателям скорости и слаженности действий обошла все другие батареи полка, даже шестую. А командует ею всего-навсего унтер-лейтенант, который лишь год назад был командиром взвода.

Подъем всего полка по тревоге показал, что некоторые батареи подготовились к маршу быстро, даже скорее, чем этого требовали нормативы, однако артиллерийские дивизионы и весь полк в целом опоздали. Исходя из этого факта, майор Харкус сделал вывод о том, что полк пока еще не достиг уровня высокой боевой готовности.